— А где веревки? — вопросительно изогнул бровь Бальтазар.
И тут его внимание привлек мой заговоренный, эльфийский браслет. Огненные брови сошлись на переносице, а между ними пролегла глубокая морщинка.
— Я не могу его снять, — подняла руку, на которой красовался браслет. — Но на время удалось приглушить его энергию.
А кроме того, в последнее время я прям чувствую, как меняюсь в обратную сторону. Становлюсь самой собой. Простой девчонкой с Земли. Будто спадает напускное чужеродное спокойствие, и проявляется мой настоящий, долгое время приглушаемый характер.
«Только вот не хочется мне связывать эти ощущения с тем, после чего они начались, — покосилась я на Торина. — Не может же и в самом деле быть, что встреча с этим Драконищем откинула меня назад и помогла выбраться из Алатарского дурмана! Или всё-таки может?..»
Однако командора мой ответ не удовлетворил. Бесцеремонно обхватив моё запястье своей здоровенной ладонью, он стал рассматривать мерзопакостное украшение со всех сторон.
И вдруг ка-а-ак ЦАП!
Его собственная рука оказалась пойманной в стальной захват Торина. Так и стоим "жучка за внучку, внучка за бабку..."
То есть Бальтазар держит моё предплечье, Торин — Бальтазаровское...
М-да-а, ситуация...
— Что ты делаешь? — расширились глаза Бальтазара, уставившегося на сжатые пальцы Торина вокруг своего запястья.
— А ты?
— Я?!
— Отпусти. Её. — отчеканил Торин. — Сейчас.
Рыжий замер. Чуть склонил голову на бок. А затем его распахнутые глаза начали сужаться. И он медленно, не прерывая зрительного контакта с Торином, разжал пальцы. Еще и застыл так, с оттопыренными пальцами, показушно демонстрируя, что отпустил меня.
— Определенно, это не просто так… эта штуковина непростая, — сказал он, и мне послышалось, что Рыжий Дракон не только браслет имеет в виду.
Он не мог не заметить странного поведения Торина. Признаться, я и сама гадала, что происходит в голове моего знакомца. Потому что уже порядком подустала от его противоречивых действий.
— Есть в этой дыре хоть кто-то, разбирающийся в заговоренных безделушках? — рыкнул Бальтазар, ощутимо раздражаясь оттого, что перед ним нечто подозрительное с непредсказуемым эффектом.
— Ардор мог бы на нее взглянуть, — буквально физически почувствовала я, как наконец, расслабился Торин.
Может ли быть, что его отпустило из-за того, что внимание Рыжего переключилось с меня на эльфийское украшение?
— Пусть явится к кострам и поскорее, — скомандовал Бальтазар и зашагал туда, где крошечная полянка расползалась звездочкой, чтобы своими зелеными уголочками пролезть меж палаток.
Центральный пункт лагеря. Потухший костер посередине. Видимо, здесь воины собираются на ужин. И здесь же происходят важные собрания.
«Нужно будет поймать момент, когда Торин будет в более уравновешенном расположении духа, и расспросить его об этих вспышках параноидального собственничества по отношению ко мне. Если у него вообще бывают стабильные состояния. А-а, вспомнила, когда это Жракон становится относительно вменяемым! После обеда!» — размышляла я в ожидании Ардора.
Торин куда-то отошел, но периодически маячил в поле моего зрения.
Меня же его люди усадили на одну из самодельных скамеек, которые, по сути, представляли собой обтесанные бревна. И предложили выпить.
— Прости, крошка, эля Светлых у нас нет, — под туповатый гогот приятелей протянул мне какой-то здоровяк оловянную кружку. — Но думаю, в твоем положении любое пойло успокоит!
— Не побрезгуешь белопенкой, леди? — давясь смехом, спросил другой.
А я смотрела на окруживших меня увальней и не могла взять в толк, что их так рассмешило. Ну, подумаешь богатенькая мадам сидит на их кривоватых скамьях. Или это так неправдоподобно и прикольно в их глазах?
Пить хотелось до смерти, и абсолютно всё равно — какую бурду. Но из роли выходить было еще более смертельно.
— Горячий кофе или хотя бы чай вполне сойдут. Спасибо, — выдержанно улыбнулась я.
Торин, который как раз вновь появился поблизости, хмуро скосил на меня взгляд, но подходить не стал. Тем лучше. А то я уже и сама начинала подозревать, что мы с ним чуть ли не тайные любовники, неумело косившие под пленницу и похитителя. Настолько нелепо он реагировал в некоторых ситуациях.
Выглядело всё как, если бы он считал, что я его заноза, и только он имеет право меня задирать. Остальные же — руки прочь!
Пока я дожидалась Ардора, который, как стало известно из разговоров драконов, был дипломированным колдуном, прошла будто вечность.
Я всё надеялась, что процедура дознания и изучения браслета не отнимет много времени, и меня еще до того, как сядет первое солнце Амареза, проводят в одну из построек. Или на худой конец — в шалаш. Потому что, если меня не накормят ко времени захода второго солнца Амареза, я точно начну кусаться! И поагрессивнее скалящихся на меня сейчас человеко-рептилий!
В общем, чего бы я ни ожидала от драконов, была уверена, что мне удастся тут поесть и даже немного отдохнуть, когда допрос и дискуссии вокруг моей персоны завершатся.
Не знаю, в какую минуту он подошел, но, в конце концов, я поняла, что Ардор уже тут. Проследив за взглядами обсуждавших меня за глаза мужланов, я отметила появление нового дракона. Высокий и худощавый паренек, чей внешний вид никак не вязался с его чином.
«Это и есть их колдун? Продолжаю убеждаться, что Бальтазар прав, и на Амарез отобрали и сослали худших из худших адептов Драконьей Империи, — промелькнуло в уме. — По крайней мере, Торин иногда бывает полным отобранцем!»
Завидев меня, колдун, до того улыбавшийся мальчишеской улыбкой во все тридцать два, напустил на себя серьезный вид и приблизился. Присел напротив и, окинув с ног до головы взглядом умудренного опытом старца, принялся сканировать меня вдоль и поперек неприятной колючей энергетикой, что вытекала из его тощих рук.
Сцепив зубы, прикрыла глаза. Ничего страшного, побуду немного редким экспонатом. Всё лучше, чем всеобщей наложницей.
И мои надежды оправдались. Ну-у, как бы оправдались. Через пять минут, остановив сосредоточенный взор на браслете, Ардор выдал с видом знатока:
— Это не простая штуковина.
Чуть не прыснула я колючим смехом!
— Вы, несомненно, гениальны, уважаемый колдун! — не сдержала я сарказма.
Хорошо, что в этот миг запястье больно кольнуло, и смех застрял в горле, так и не вырвавшись наружу. Иначе я б имела неудовольствие выяснить, на что конкретно способны тутошние маги. И являются ли они приспешниками зла.
А еще Ардор оказался довольно наивным. Либо страдал запущенной формой нарциссизма. Потому что нисколько не обиделся,