Я, бывшая медсестра, чьим единственным приключением был пожар в соседнем отделении лет пятьдесят назад, оказалась второстепенной героиней фэнтези книги. И, судя по горькому привкусу, в самом драматическом моменте.
Вот это приключение на старости лет…
— Г-госпожа, вам прилечь надо, — рядом материализовалась взволнованная служанка. Благодаря роману я знала, что её зовут Мария. — Вы же ещё слабы, а лекаря не предвидится. Не хотелось бы лишний раз злить господина, он и так в последнее время постоянно гневается, на всех срывается, вам ли не знать об этом.
Да-да, вроде было что-то такое в тексте. Всплывал этот Руфус со своим скверным характером в книге. И всегда в самых неприятных моментах.
Я задумалась.
Горький привкус во рту настойчиво подсказывал: не болезнь скосила Ильмиру, а отравление. Кто-то хотел убить хозяйку тела или она сама решила наложить на себя руки? А муж, который «очень расстроен внезапной болезнью», запретил вызывать врача?
О-очень интересно.
Волна ярости и возмущения поднялась во мне.
Понятия не имею, что на самом деле случилось с Ильмирой, в тексте было лишь упоминание, что она умерла, но теперь в её теле я. И я умирать не собираюсь, так же, как и прощать этому гаду все его выходки.
— Где мой муж, который «так любит свою супругу»? — проговорила я стальным голосом.
Служанка, кажется, была готова упасть в обморок. Она смотрела на меня, как на призрака. Наверное, прежняя Ильмира была не такой решительной.
— Он… он, как всегда, в своей спальне, госпожа, — пролепетала она, пряча глаза.
— Отлично. Я навещу его, — сказала я, шагая к дверям. Мне нужна была ясность. И в жертву я играть не собиралась.
Служанка в панике преградила мне путь.
— Нет! Не ходите туда, госпожа! Ради богов!
Я опешила от такой прыткости.
— Почему?
Она прикусила губу и отвела взгляд.
— Господин… он там не один.
Ах, вот как. Понятно, почему лекаря запретил. Небось, у него там любовный треугольник, а я в нём лишний угол. Как банально.
И это в фэнтези мире!
— Он там не один, — повторила служанка, и этот факт, видимо, должен был свалить меня обратно в постель с сердечным приступом.
«Ну, ясное дело! Где интрига, там и любовница. Классика жанра, даже в мире с драконами», — хмыкнула я про себя.
Похоже, муженёк просто решил избавиться от надоевшей супруги.
За свою жизнь я повидала столько больничных драм и семейных скандалов, что этот треугольник показался мне комедией.
Я отстранила служанку, которая отчаянно цеплялась за мою руку.
— Дорогуша, не волнуйся. Я не для того воскресла, чтобы лежать и стонать. И уж тем более не для того, чтобы прятаться от изменника, который, похоже, пытался отправить меня на тот свет.
Я быстро, насколько позволяло измученное тело, вышла из комнаты и пошла по широкому коридору. Память тела Ильмиры услужливо вела меня к спальне хозяина замка — моего мужа.
Дверь в его покои была высокой, из тёмного дерева, с резными золотыми драконами. Ну хоть бы оригинальность проявил, честное слово. Я на секунду приложила к ней ухо. Тишина. Либо они очень тихие, либо уже успели одеться. Впрочем, мне было всё равно.
Я распахнула её, не стуча.
Комната была внушительной. Раза так в четыре больше, чем та, где я очутилась, но, на мой взгляд, совершенно безвкусной. Да уж, скромности этому дракону не занимать.
И да, они были здесь.
Руфус сидел в глубоком кресле у камина, небрежно накинув на себя халат. Высокий, черноволосый, с острыми скулами и глазами цвета расплавленного золота. Красавец, ничего не скажешь. Но не в моём вкусе. А его ледяной, высокомерный взгляд говорил о многом.
Рядом стояла молоденькая блондинка в тонком шелковом пеньюаре, больше похожем на тряпочку. Она ахнула, как и положено любовнице при появлении законной жены, и прикрыла грудь.
«Ой, какая скромница! А минуту назад, небось, никого не смущалась».
— Ильмира! — Голос Руфуса был низким, полным властной ярости. — Как ты посмела ворваться сюда?! Ты должна лежать! Тебе приказано!
— Ах, как посмела? Ну вот так, — я пожала плечами, подходя ближе. — Приказы можешь раздавать слугам, а я пока ещё твоя жена. И ты должен быть обеспокоен моей болезнью, а не принимать в своей спальне вот это «дополнение к интерьеру».
Блондинка снова ахнула. Руфус вскочил, его золотые глаза вспыхнули раздражением, но не страхом. Он был явно выше этого.
— Твоя болезнь — результат твоих экспериментов! Ты вечно пьёшь свои травяные настойки, вот и расплачивайся за это!
Наверное, я должна была испугаться и потупить взгляд соглашаясь? Ну-ну. Я усмехнулась, отчего горький привкус во рту стал заметнее.
— Милый, ни одна травяная настойка не причинит вреда, если сварена правильно. А ты, я вижу, совсем не скрываешь, что я для тебя лишь помеха к долгой и счастливой жизни. Признайся, ты же и лекаря запретил вызывать, чтобы я наверняка отправилась к праотцам?
Он опешил. Увидев его реакцию, я поняла, что попала в точку.
— Уходи, Азалия, — процедил он, не отводя от меня взгляда.
Блондинка поспешно выскользнула из комнаты, явно не желая присутствовать на семейном скандале.
— Решила поиграть в жену, Ильмира? — прищурился дракон, нависая сверху. — Что будешь делать дальше, требовать компенсации за измену?
— Всё может быть, — спокойно кивнула я на это. Но Руфус только рассмеялся. Зло, громко, отчего мурашки по спине пробежались.
Какой же неприятный тип.
— Мы женаты двадцать два года, и всё это время тебя всё устраивало. Что на тебя нашло теперь?
Ну, может, прежнюю Ильмиру и устраивало, а мне муж-изменник, да ещё и отравитель и даром не нужен.
— Надоело терпеть твои выходки, — ответила я, прямо глядя в глаза мужчины. Светящиеся, с вертикальным зрачком, звериные.
Эх, хороши спецэффекты.
— А что ты хотела? Ты посмотри, до чего ты себя довела! Старая, дряхлая, немощная. А я дракон, один из сильнейших, не забывай об этом. Ты с самого начала знала, что нужна мне только для галочки. Неужели решила, что теперь я вдруг стану верным супругом?
Ну да, дождёшься от такого верности, как же.
— Нет, дорогой, не жду. А потому требую развода!