Я подняла мешочек, ощутив приятную тяжесть монет. Открыла. Внутри были серебряные монеты и немного, штук пять, не больше, золотых.
— Деньги всегда пригодятся, — спокойно ответила я, убирая мешочек в карман дорожного плаща. — Спасибо. Это было щедро… по меркам «широкой» души дракона.
Руфус вскинул бровь от моей невозмутимости, а затем прищурился.
— Убирайся. И чтобы к утру тебя здесь не было.
— С удовольствием, дорогой. Уйду даже раньше.
Оставаться рядом с простым изменником ещё куда ни шло, а вот рядом с отравителем… Нет уж, лучше я на улице буду спать, чем вздрагивать здесь от каждого шороха.
Руфус стоять над душой не стал, а я не собиралась здесь задерживаться. Быстро собрала оставшиеся вещи, убедилась, что никакими драгоценностями в комнате Ильмиры даже не пахло (вот же скупердяй этот недодракон!), закрыла сумку и, дождавшись Марию с небольшим узелком, вышла.
И в его скупердяйстве я убедилась еще когда поняла, что мне даже карета или повозка не полагалась. Не полагалась и всё! Куда бы мы ни направились, придётся топать ножками.
Руфус, слава тебе господи, не вышел посмотреть на жену в последний раз. Отсиживался, видимо, в своем кабинете с бокальчиком чего-нибудь не шибко здорового. Или в спальне кровать готовил для очередного «дополнения к интерьеру».
Но так даже лучше, видеть его лишний раз вообще не хотелось.
Слуги тоже не пришли нас проводить, попрятались по своим норам, словно крысы. Видимо, стыдно в глаза-то смотреть, Ильмира на самом деле изменницей не была, в отличие от своего, уже бывшего мужа.
Единственное, чему я действительно обрадовалась, что не пришлось лицезреть эту… как её там звали? Любовницу, в общем. Знаю, что по законам жанра, когда муж выгоняет старую жену ради новой, та обязательно придёт посмотреть на «позорный побег». Здесь же такого не было, а значит, любовница эта была на пару ночей, не больше.
Эх, жалко девчонку, красивая, но, видимо, глуповата, раз позарилась на такого мужика. Лучше б нормального нашла, который не меняет любовниц как перчатки.
Я обернулась, чтобы посмотреть, в каком доме жила Ильмира. Это был не замок, но очень богатый по средневековым меркам трёхэтажный дом. И находился он немного в отдалении от городских улиц. Мы миновали сад, большие кованые ворота и оказались на средневековой улице, вымощенной булыжником.
Улицы здесь были красивыми: брусчатые, широкие дороги, по которым ходили как богатые кареты, так и скромные повозки; по обеим сторонам возвышались красочные дома, украшенные кадками с цветами, вазоны, скамейки, фонари…
Если я правильно помню, этот город находился совсем недалеко от столицы империи. Понятно, почему он такой ухоженный. Но атмосфера здесь была… не очень дружелюбной.
Едва мы шагнули за калитку, я почувствовала на себе взгляды.
Горожане, лавочники, даже дети, как по команде, уставились на нас. Вроде бы и дальше шли по своим делам, но ни один из них не обделил нас своим вниманием. В их глазах не было любопытства, не было жалости. Была только откровенная, неприкрытая ненависть и презрение.
Похоже, здесь уже знали, по какой причине бывшая госпожа Ильмира покидает дом. Растрепал свою байку, драконья зараза. И когда только успел?
Я выпрямила спину и взяла свою напарницу под руку.
— Ничего, — проворчала себе под нос. — Я жива, свободна, и у меня есть деньги. Позор? Переживём! Пошли, Мария. У нас впереди целая жизнь.
А Руфус? Да плевать я хотела на него с высокой колокольни! Он еще получит по заслугам. От главного героя книги.
Глава 3
Путь из одного феода в другой оказался ожидаемо тяжелым. Но то была вынужденная мера, оставаться в городе, где каждый первый тычет в тебя пальцем, совершенно не хотелось.
Да и что там делать? На работу меня точно не возьмут, особенно с таким «наследством» в документе, в монастырь я не собиралась, а побираться на улице — последнее дело.
Так что мы решили, что уедем как можно дальше от Марастира, а там будет видно, чем я могу заняться. Несколько дней мы с Марией тащились по пыльным дорогам, перебираясь из одного города в другой, где нас изредка подбирали к себе проезжающие мимо повозки с товарами и давали ночлег в захудалых трактирах.
Я Марией мы сработались быстро.
Оказалось, что мы с ней одного возраста, обеим было по сорок один, а прислуживала она мне ещё в родительском доме. Вот только выглядела она моложе своих лет, а вот я намного старше.
Эх, вот до чего нелегкая жизнь довести может. И совершенно неважно, в богатой ты семье живешь или бедной.
Сейчас мы специально останавливались в неприглядных заведениях и брали самые дешевые комнаты. Всё для того, чтобы не привлекать излишнего внимания горожан и в особенности воров. Знаю я, что каждого зажиточного человека, въезжающего в город, они не обойдут стороной, а вот на бедняков внимание не обратят.
Брать у нас особо нечего, но вот за мешочек с деньгами было страшно.
А ещё страшнее было за свою жизнь!
Пусть она мне досталась в немолодом теле, но сорок лет поди лучше, чем мои восемьдесят пять. А то, что в плохом состоянии оно, так это ничего. Главное, что от тирана муженька ушла, травить больше некому, а значит, восстановлюсь.
Тем более здесь есть магия! Это же гораздо эффективнее, чем обычные таблетки, уколы и всякие там процедуры, которыми меня пичкали в больнице, она-то меня быстро на ноги поставит.
Ну, по крайней мере, я на это надеялась.
Жаль, конечно, что с родной дочкой я не успела попрощаться, мы даже не созвонились перед операцией, но она уже дама взрослая, сама скоро внуков нянчить будет, справится.
А вот мне третьего шанса точно уже не дадут, второй-то непонятно, за какие заслуги получила.
Моё измученное тело, к которому я только-только начала привыкать, то и дело давало сбои: ноги слабели, голова кружилась и возникало только одно желание — лечь и не двигаться. Но тут