И хоть градостроитель не имел привычки обманывать своих клиентов, и об этом всем было известно, иначе бы в таком небольшом городке у него и работы не было, но леди Савила действительно весьма придирчива.
Впрочем, такой женщине можно простить многое…
Колин последний раз проверил смету и удовлетворенно откинулся в высоком кресле, опершись на спинку.
Он кинул взгляд на небольшой круглый столик, стоявший рядом с диванчиком для клиентов. На столике возвышался большой кофейник с только что заваренным кофе, порталом оставленный из любимой кофейни леди Савилы.
На узорчатой тарелочке с вензелем кофейни высилась горка пирожных с воздушных кремом, украшенным последними в этом сезоне ягодами клубники.
Мужчина знал, как леди Савила их любит. Посмотрел на часы и удивленно пожал плечами. Золотоволосая драконица запаздывала, что было совсем не в ее правилах.
Порывистая, скорая на принятие решений и редко когда о них желающая, леди Савила обычно приходила раньше назначенного времени.
Колин поднялся и вышел из-за стола, нахмурившись. Он понял, что волнуется. Горько усмехнулся и подумал: “Ты неисправимый мечтатель, Кол. Неужели ты думаешь, что такая женщина как она, вообще когда-нибудь на тебя посмотрит? Твое счастье, что она не замечает, как ты на нее смотришь. Забудь. Забудь, и найди себе кого-нибудь попроще”.
Сколько раз, сколько лет он повторял себе эти слова снова и снова, но… ничего не мог поделать со своим сердцем.
Наконец мужчина услышал, как в коридоре застучали ее каблучки. Сердце ухнуло. Градостроитель тяжело вздохнул и постарался натянуть на лицо маску делового человека.
Да, именно делового и никак иначе. Но каблучки золотоволосой драконицы стучали слишком громко и резко. И сердце влюбленного Колина застучало им в такт.
Дверь в кабинет распахнулась и господин Сальски узрел разгневанную фурию.
Глаза леди Савилы метали молнии. Щеки драконицы раскраснелись, а губы были плотно сжаты. Градостроитель не выдержал и бросился к женщине:
— Леди Савила, что…что случилось? На вас лица нет!
Драконица рассерженно бросила на диванчик свои перчатки и с размаху бухнулась на него.
“Неужели уже знает, сколько крепилок ушло?” — ужаснулся Колин.
“Да, смета получается золотая… Но ведь и без них никак. Опять же, мэр сказал, что матушка его весь внутренний ремонт оплатит. Или я не так его понял?” — мужчина даже немного побледнел и решительно сказал, собрав всю свою храбрость:
— Если вы беспокоитесь насчет удорожания сметы, леди Савила, то вынужден вас заверить, что все в пределах разумного. Использование мною крепилок было совершенно необходимо!
Плохой он был бы градостроитель, если бы шел у клиентов на поводу. Профессионал он или кто? И пусть перед ним женщина, которая ему глубоко не безразлична, но в данном случае это ничего не меняет.
— Ах, бросьте, Колин, причем тут ваши крепилки, — вдруг устало, потеряв весь свой запал, сказала леди Савила.
— Скажете, вы не знали, что натворил мой сын? — вздохнула она и добавила:
— Налейте лучше кофе.
У градостроителя отлегло от сердца. Значит, его самодеятельность и влетевшие в хорошую копеечку крепилки тут не причем.
Он тотчас налил леди Савиле кофе и сказал:
— Так вы только что были у господина мэра? Успокоившаяся было драконица опять взвилась, почти выхватив чашку из его рук:
— Ну конечно! И узнала, что мой сын взял покровительство над леди Дейзи. Дал имя ее ребенку!
— Великий дракон, о чем он вообще думал?! Вы же понимаете, что это значит? — она скривилась.
— Лорд Шшармей вряд ли спокойно отнесется к подобному. Самодовольная, бездушная, и безграмотная скотина, которая совершенно не интересуется историей драконов!
И это наш Верховный! Не поинтересоваться, не спросить знающих людей насчет рождения девочки, а вот так, с маху, обвинить жену — это в его стиле!
Леди Савила негодующе поставила чашку и даже поднялась с диванчика.
— Ему совершенно плевать на леди Дейзи, и, тем более, на девочку. Но теперь…теперь он не оставит ни Кайса, ни их без внимания. Это же оскорбление, вы понимаете. Посторонний мужчина, который не имеет никаких прав на леди Дейзи и ее ребенка, дает девочке имя.
Она покачала головой и добавила:
— Уверена, и ко мне нагрянет. Вспомнит, кто у нас в герцогстве лучше всех знает историю о происхождение драконьего племени. А узнав, почему у него родилась девочка, попробует ее вернуть…
Леди Савила залпом выпила кофе и выдохнула:
— Спасибо, Колин. В “Сластене” заказывали?
Господин Сальски кивнул.
Она благодарно улыбнулась.
— И пирожные мои любимые. Что же, сейчас самое время немного закусить и пополнить энергию.
— Знаете, Колин. Я, конечно, сержусь на своего сына. Но не могу не сказать, что поступил он достойно, — она вздохнула и откусила маленький кусочек от воздушного пирожного. Закатила глаза от наслаждения.
— Это совершенно бесподобно, Колин…
— Да, он поступил достойно, — повторила леди Савила и с наслаждением доела пирожное, потянувшись к другому.
— Я ведь вижу, да он мне и сам сказал, что эта девушка покорила его сердце. Вот поэтому Кайс и взял ее под свое покровительство, рискуя разгневать бывшего работодателя, — добавила драконица.
— Чем и разбил все мои планы.
Колин неловко улыбнулся. Сегодня леди Савила вела себя с ним не как с профессионалом своего дела, а как… с другом? Он понимал, что ей, очевидно, просто не с кем поделиться новостями, а он просто попал, что называется, под руку… Но даже это было градостроителю приятно.
— Впрочем, Колин, прошу вас забыть о моих откровениях. Не люблю проявлять слабость, — золотоволосая драконица хмыкнула.
А мужчина промолчал, но сердце его дрогнуло. Леди Савила вслух не назвала его другом, но вела сейчас себя с ним как с другом. Это…это дорогого стоило. Конечно, вовсе не другом он видел себя в безнадежных мечтаньях, но друг, это ведь тоже много.
Леди Савила помолчала и, вздохнув, добавила:
—