— Проверить? Как это?
— Ну, как проверяют нечестных… э-э-э… управляющих. Собрать сведения. Узнать, сколько она на самом деле собирает налогов и сколько отправляет короне. Найти разницу. И предъявить.
Муртикс задумался. Потом его глаза загорелись.
— Подожди-ка. Ты хочешь сказать, что мы можем уличить её в воровстве?
— Именно, — я кивнула. — Если она завышает налоги и кладёт разницу в карман — это преступление против короны. Если мы это докажем, ей будет не до нас. И не до Гордея.
Кот вскочил и начал возбуждённо ходить по лавке.
— Мне нравится эта мысль! Очень нравится! Но как мы узнаем, сколько она собирает и сколько отправляет? У нас нет доступа к её бумагам.
Я задумалась. Действительно, как? В бухгалтерию баронессы меня никто не пустит. Да и где она, эта бухгалтерия? В замке? В городе?
— Нужен кто-то, кто знает, — сказала я. — Кто-то, кто вхож в замок. Или кто-то, кто подслушивает разговоры.
Я многозначительно посмотрела на Муртикса.
Кот насторожился.
— Ты на что это намекаешь?
— Ты — кот, — сказала я вкрадчиво. — Маленький, незаметный, уши большие. Ты мог бы… прогуляться к замку. Послушать, о чём говорят слуги, управляющий, сама баронесса.
Муртикс замер с поднятой лапой.
— Ты предлагаешь мне, благородному коту, потомку древнего рода, шпионить?!
— Я предлагаю тебе спасти наш дом, — поправила я. — И кузницу Гордея. И, возможно, всю деревню от поборов. Разве это не благородная цель?
Кот помолчал, потом шумно вздохнул.
— Ладно. Уговорила. Но если меня поймают и посадят в мешок — это будет на твоей совести.
— Не посадят, — пообещала я. — Ты слишком умён для этого.
Муртикс приосанился.
— Это да. Умён. И красив. И хвост у меня пушистый. Ладно, пойду. Только ты тут без меня не скучай. И не вздумай без меня к кузнецу ходить. Я должен контролировать процесс.
— Какой процесс? — не поняла я.
— Любой, — отрезал кот и выскользнул за дверь.
Я осталась одна. В доме было тихо, только сверчок за печкой вел свою бесконечную песню. Я села за стол, разложила перед собой Лирины книги и попыталась найти хоть что-то про диадему силы. Но мысли всё время возвращались к Муртиксу. Где он сейчас? Не попадёт ли в беду?
Кот вернулся только к вечеру. Уставший, пыльный, но с горящими глазами.
— Ну? — я подскочила к нему. — Что узнал?
— Дай сначала попить, — прохрипел он. — И поесть. Я весь день на брюхе ползал по кустам, как какой-то… как мышь.
Я налила ему молока, отрезала кусочек окорока. Муртикс жадно набросился на еду, и только потом, сыто облизнувшись, начал рассказ.
— Значит так. Замок баронессы — это не просто дом, это целая крепость. Стены высокие, стража у ворот. Но для кота не преграда. Я нашёл лазейку под стеной, где крысы прогрызли ход. Пробрался во внутренний двор.
— И что там?
— Там жизнь кипит, — кот прищурился. — Слуги бегают, повара у печи суетятся, конюхи лошадей чистят. Я пробрался к окну управляющего. Знаешь, такой толстый, с красным носом, в бархатном камзоле. Он как раз разговаривал с Клавдием, нашим мытарём.
Я затаила дыхание.
— И что они говорили?
— Клавдий жаловался, что в Залесье подати собрать трудно, — Муртикс усмехнулся. — Крестьяне бедные, денег нет, приходится натурой брать: зерном, мёдом, шкурами. А баронессе нужны монеты. Она собирается в столицу ехать, к королевскому двору. Ей нужны наряды, драгоценности, подарки нужным людям.
— И что предложил управляющий?
— Повысить налоги, — кот мрачно дёрнул хвостом. — На всё. На землю, на скот, на ремесло. И особенно на магию. Потому что магов в округе мало, они обычно при деньгах. А если денег нет, можно имуществом взять. Зелья, книги, артефакты — всё это в столице дорого стоит.
У меня внутри всё похолодело. Значит, Клавдий не просто так ко мне пришёл. Это была целенаправленная атака на всех, кто обладает хоть какой-то магией.
— Это ещё не всё, — продолжил Муртикс. — Я слышал, как управляющий хвастался, что баронесса отправляет короне только половину собранных налогов. Вторую половину они делят между собой. У них целая система: поддельные отчёты, двойные книги, взятки королевским проверяющим. Десять лет работает и ни одной осечки.
Я медленно опустилась на лавку.
— Десять лет, — повторила я. — И никто не знает? Или знают, но молчат?
— Знают, — Муртикс кивнул. — Но боятся. Баронесса жестока. Тех, кто пытался жаловаться, она… устраняла. Кого в долговую яму, кого в рудники, а кого и просто, несчастный случай. Люди запуганы.
Я замолчала, переваривая услышанное. Дело оказалось серьёзнее, чем я думала. Баронесса не просто жадная вдова. Она глава преступной схемы, которая работает годами и защищена взятками на самом верху.
— Муртикс, — сказала я наконец. — Нам нужен Рондир.
— Маг? — кот удивился. — Зачем?
— Он старый, — пояснила я. — Он знает законы. Он знает, как устроено королевство. Может, он подскажет, как бороться с баронессой по закону. Потому что силой мы с ней не справимся. А вот бумагой…
— Бумагой? — Муртикс склонил голову набок. — Ты хочешь написать жалобу?
— Не просто жалобу, — я хищно улыбнулась. — Я хочу составить отчёт. Настоящий, с цифрами, с доказательствами. Отчёт о нецелевом использовании средств короны. И отправить его туда, где его не смогут проигнорировать.
Кот посмотрел на меня с уважением.
— Бухгалтер, — сказал он. — Ты страшный человек. Я рад, что мы на одной стороне.
К Рондиру мы отправились на следующий день. Путь лежал через лес, и Муртикс всю дорогу ворчал, что ему опять приходится тащиться в такую даль, вместо того чтобы спать на тёплой печи.
— Моя шерсть не предназначена для лесных прогулок, — жаловался он, перепрыгивая через корни. — Она для интерьера. Для уюта. А я, как какой-то бродячий кот, шляюсь по буеракам.
— Зато ты герой, — подбодрила я. — Спасаешь деревню от злой баронессы. Представь, как потом будешь рассказывать об этом котятам.
— У меня нет котят, — буркнул Муртикс. — И не будет. Я слишком занят спасением мира. Но мысль хорошая. Ладно, идём.
Рондир встретил нас на пороге своего дома, такой же взъерошенный и чудаковатый, как и в прошлый раз. Он был