Но главной ошибкой коварного степняка стало отсутствие разведки. Он не знал о наличии у нас артиллерии, тем более в таком количестве. Поэтому мы спокойно заняли позицию у небольшого взгорка, упирающегося в берег Ори. По идее отряд сам лишил себя флангового манёвра. Плевать, главное — не показать пушки. А ещё фон Шик удачно скрыл особую группу, которая должна атаковать ставку хана. Она состояла из касимовцев и обычных казаков, вооружённых четырьмя пистолетами. Получилось что-то вроде рейтар с чудовищной огневой мощью для местных раскладов. В итоге задумка Вальдемара удалась. Как и второй сюрприз.
Самое забавное, что киргиз-кайсаки даже не подумали о какой-то хитрой тактике. Они просто навалились всей ордой на вагенбург, пытаясь засыпать его стрелами. Со стороны атака степняков выглядела страшно. По сути, получилась бестолковщина. Наши стрелки рассредоточились по периметру, посылая залп за залпом в плотные ряды конницы. Не пришлось даже прибегать к помощи кавалерии, прятавшейся за пехотой и ожидающей своего момента. Артиллеристы тоже затаились, прикрывшись щитами.
В итоге после двух попыток штурма орда откатилась и начала перегруппировку. Какой-то толковый военачальник у хана всё-таки был. Или сам Нуралы посчитал убитых и раненых, валяющихся перед нашими позициями. Хотя вряд ли. Не уверен, что он умеет считать.
Однако примерно через два часа, когда мы успели перекусить и спокойно перевязать своих раненых, противник активизировался. Немалая часть ордынцев спешилась, покатив вперёд кибитки, которые использовала в качестве движущегося щита. Наиболее боеспособная часть киргиз-кайсаков осталась конной и встала за спиной пехоты. Они либо ждали своего момента, либо контролировали, чтобы испуганные пастухи не разбежались. Что-то вроде заградотряда. Разумно, и спорить глупо. Мы ведь оседлали фактически единственный проход между Илеком и небольшой речкой Буртя. Только после таяния снегов любой ручей в степи превращается в бурный поток. Вот здесь обе речки и разная мелочь неплохо разлились, оставив слишком мало пространства.
Пока противник медленно наступал, мои ястребы, которые снайперы, показали своё мастерство. В такой ситуации сложно промахнуться, поэтому мы начали выбивать врагов с пятисот шагов. Не знаю, какой урон наносила пуля на такой дистанции. Но эффект я наблюдал в подзорную трубу. Степняки падали, а их товарищи начали волноваться. Только подготовленная европейская армия способна выдержать залп в упор. А перед нами обычные кочевники.
Зато я угадал насчёт конных воинов. Они начали усилено работать ногайками, успокаивая нервничающих пастухов. Некоторых паникёров пришлось даже зарубить. Пока всё шло по плану фон Шика. Надеюсь, киргиз-кайсаки и дальше будут предсказуемы.
Я решил в этот раз отказаться от охоты и просто наблюдал за происходящим, сидя на Вороне. Ага, том самом ахалтекинском жеребце, объезженном за зиму. Отличная лошадка! Никогда бы не подумал, что стану фанатом конной езды. Но сначала привык, потом втянулся, а затем начал находить в этом удовольствие.
Тем временем нападавшие приблизились на двести метров, и с их стороны полетели стрелы. Наши стрелки пока молчали. Только ястребы продолжали собирать свою кровавую жатву, уже сбив с коней трёх разряженных всадников.
Наконец наступил апофеоз. Степные стратеги не учли того, что с ними воюют по науке. Наши бойцы не только спрятались за возами. Мы заранее выкопали небольшой ров перед холмиком. Вот кибитки басурман и увязли. Началась суета: всё-таки врагов очень много, и они попытались перетащить телеги. Тут Вальдемар и скомандовал начать стрельбу.
Бах! Наши позиции заволокло дымом. Солдаты тут же схватили запасные ружья и выстрелили ещё раз. Не сказать, что залп нанёс чудовищный урон противнику. Но это физически. Морально мы уже победили, вогнав неприятеля в состояние паники. Только я не учёл, что не все киргиз-кайсаки — пастухи. В рядах воинов началось оживление, они снова заработали плётками, приводя толпу в чувство. И порядок удалось восстановить. Затем началось оживление, вызванное прибытием отряда басурман из пятидесяти человек во главе с мужиком, обряженным в блестящие доспехи. Да и большая часть его окружения выглядела похоже.
Нуралы, — пришла запоздалая мысль. Хан что-то коротко проорал и махнул в нашу сторону саблей. Постепенно началось движение. Пехота и кавалерия басурман выстроились в подобие колонн, больше похожих на длинные кляксы. Прошло ещё немного времени, под непрекращающимся огнём младоордынцы отодвинули кибитки и с воплями ринулись на возвышенность. По флангам пехоты шла конница. Зря они так. Это ошибка. Причём двойная. Неужели никто не доложил хану о битве у Домбаровки? Мы ведь применили одинаковую тактику.
— Аааа!!! — орали тысячи злых и испуганных людей.
— Бах!!! — рявкнули в ответ восемь единорогов.
Мне сложно передать словами звуки, которые издала толпа, чья атака буквально захлебнулась в крови. Визги, завывания, стоны. Ещё и жалобный плач раненых коней. Всё перемешалось. Дополнительный шум производили стрелки, продолжавшие методично уничтожать противника.
— Бах!!! — новый залп орудий.
В ответ — такая же порция нечеловеческих звуков. Просто толпа потеряла человеческий облик, превратившись в визжащую и стонущую биомассу. Навожу на неё подзорную трубу. Зрелище жуткое! Первые ряды наступающих превратились в жуткое месиво из кусков человеческих и лошадиных тел. Всё-таки картечь в упор со ста пятидесяти метров — это ужас! Потом был второй залп, в плотные ряды, подпираемые сзади. Третья порция картечи просто закончила сегодняшний бой.
Вернее, начала заключительную часть. Ведь у нас был небольшой подарок. Когда толпа обезумевших людей понеслась назад, занервничала и ставка во главе с ханом. Нуралы чего-то прокричал, помахал саблей и развернулся в сторону стойбища. Правильно, через сто метров его ждала засада из двух единорогов, притаившихся в зарослях. Орудия рявкнули, буквально сметя несколько десятков всадников. Там били в упор метров с пятидесяти.
— Пора! — перед выстрелами скомандовал фон Шик, подав знак трубачу.
Тот затрубил, перекрывая звуки боя, и наша кавалерия, включая засадный отряд, ринулась в атаку.
Теоретически противник превосходил нас в несколько раз. Может, поэтому наиболее подготовленные воины Нуралы не побежали. Они готовились к рубке, но снова просчитались. Мои всадники остановились перед врагом и дали несколько залпов из пистолетов в упор.
Этого хватило. Организованное сопротивление киргиз-кайсаков закончилось. Даже нукеры превратились в бегущее стадо.
Чего говорить о пастухах. Они дружной толпой бежали от вагенбурга, падая от ружейных и артиллерийских залпов. Победа! А ещё свершилась моя месть. Такие долги оставлять нельзя. И плевать на последствия.
Дальше началась вторая часть операции. Артиллерия била поверх голов, сея смерть в толпах бегущих, поменяв картечь на ядра. А казаки, башкиры и татары налетали с флангов, рубя беглецов без разбора. Людей резали как скот на бойне — споро, привычно, без лишних движений и мыслей.