А утром разразился гром! И я сейчас совсем не о природном явлении… Обычно, лэра Нарита не вставала так рано, но сегодня, что-то пошло не так.
— Ты, что, старая интриганка, решила, раз служишь в моем доме много лет, так тебе тут все позволено? — услышала я истеричный крик матери Юлисы и быстро соскочила с кровати.
— Лэра Нарита, но, как же… Она ведь ваша дочь. Не могла же я…
— Могла! Ты не просто могла, а должна была поставить меня в известность, что она вернулась!
— Так вы уже отдыхали…
— Так мне, по-твоему, теперь вообще не спать, зная, что ты можешь впустить в дом кого ни попадя?!
— Зачем вы так, лэра…
— Мое терпение закончилось. Права была лэра Дарин, прислуга должна быть молодой, расторопной и послушной. Тана, ты уволена!
Судя по всему, мне пора выметаться! И Тану забрать с собой. Надо же! Молодой и расторопной! А то, что женщина всю жизнь служила в этой семье, сколько Юлиса себя помнила, Нарите наплевать. И то, что идти-то ей некуда, Нариту не волнует.
— Тана, собирайся, поедешь со мной, — спустившись с лестницы и увидев побледневшую экономку, скомандовала я.
— Поглядите кто к нам пожаловал! Как тебе отдохнулось? — злорадствовала Нарита.
— Великолепно, — ответила я, даже не сомневаясь, что сейчас последует неприятное продолжение.
— Чего же ты у матери ночевать надумала? — недобро прищурилась женщина, проводив недовольным взглядом Тану.
— Хотела сделать мужу сюрприз, — пожала плечами, ни соврав ни словом.
— Боюсь, дорогая дочь, сюрприз ждет тебя. Зря только Тану за собой тащишь, — красноречиво взглянув на меня, произнесла она.
Уверена, она ждала моих вопросов, но я прошла мимо, направившись в сторону конюшни.
— Что, даже не поинтересуешься, как тут без тебя жил твой муженек? — шла по пятам за мной женщина, не готова она была мирится с моим равнодушием.
— Хочешь что-то сказать? Говори, а нет, мне пора возвращаться… к мужу, — уверенно произнесла я, не желая радовать эту мегеру, своими проблемами.
— Хочу… Но ты и сама скоро все узнаешь. Но учти! В моем доме появляться не смей! И лучше бы тебе сделать все, чтобы твой муж так и остался твоим! А экипаж, потом вернешь, — выплюнула она прежде, чем за мной захлопнулась дверь.
Я не собиралась пользоваться ее экипажем. Вернее собиралась, но не для того, чтобы ехать к Ралесу. Пока успокоила Тану, пока та написала знакомой, попросив помощи с помощницами, пока собрали вещи женщины, пока усадила ее в экипаж, забитый их с Нироном вещами и отправила эту парочку в поместье, прошло слишком много времени.
В общем, к этому времени, муж Юлисы уже должен был уже уехать на службу. Но выбора у меня не было, пришлось ехать в дом мужа и быстро собирать свои вещички, деньги и документы. Нирон должен был вернуться за мной к вечеру.
И вот вроде я все распланировала, решила проблемы, а вот в дом мужа Юлисы ноги не несли. Хотя наемный экипаж довез меня прямо до ворот. Но разговор с Ралесом пугал до чертиков. А если он поймет, что я не Юлиса? Или, что беременна? Хотя, с чего бы? Срок еще слишком мал.
Дверь мне открыл Шен, дворецкий семьи Дорн. Вроде был сдержан и молчалив, как в воспоминаниях Юлисы, вот только его выдавал тревожный взгляд. Черт! Даже он в курсе! Бедная Юлиса!
Ну, неужели Ралес не мог дождаться ее возвращения и все ей объяснить? Он ведь никогда не был подлецом! И пусть он ничего предосудительного не сделал, но слухи разлетаются слишком быстро, а сплетням не очень-то и нужна правда.
Самые необходимые вещи были собраны. У Юлисы было слишком много нарядов, среди которых новые, дорогие, пошитые для приемов, мне они ни к чему. Во — первых, в скором времени я уже в них даже не влезу, а во — вторых, навряд ли, я буду посещать приемы.
Украшений было много, но я взяла лишь те, что были подарены отцом, сказала бы родителями, но нет. Отцом. Те, что дарил Ралес, на них я не имела права, в глубине души все еще считая себя другим человеком, имеющим лишь косвенное отношение к той Юлисе, которой они были подарены.
Деньги, что имелись в наличии у Юлисы, были спрятаны в одном из отделений трюмо, их я прихватила все. Они мне точно понадобятся.
А документы, лежащие в сейфе, среди которых нашлась бумага на особняк бабушки, были проверены и упакованы в дорожную сумку. Кроме тех, что подтверждали мое приданое. Те документы, Ралес хранил в рабочем сейфе вместе с доверенностью на управление имуществом жены.
Я села в гостиной, отказавшись от ужина, в ожидании своего супруга, который должен был появиться дома, с минуты на минуту, если по пути его никто не задержит.
— Юлиса? — голос мужчины заставил меня вздрогнуть.
Я настолько погрузилась в свои мысли, в ожидании неизбежного, что не заметила прихода мужчины. А натянутые, как струна нервы, заставили мое сердце пуститься вскачь.
— Ты вернулась? — удивленно рассматривал меня «супруг», пытаясь стянуть с плеч сюртук.
— Не ожидал? — горько усмехнулась я.
Пусть, я сама ничего к нему не испытывала, но тело Юлисы все еще помнило его прикосновения.
— Только через три дня… — произнес он, а я согласно кивнула.
Еще три дня Юлиса должна была отдыхать в том волшебном месте. И если бы она не сорвалась к любимому, кто знает… возможно, осталась бы жива…
Ралес
Ралес все меньше чувствовал к Ларите испепеляющую нежность и желание защитить, вот уже несколько дней. Он не понимал, как так получилось, что образ истинной стал меркнуть в его сердце. Она не казалась больше самой прекрасной девушкой и это заставляло мужчину нервничать.
А вот жена…
Она сильно изменилась. Ее лицо больше не озаряла приветливая, нежная улыбка, с которой она встречала его после тяжелого дня. Она была собрана и серьезна и смотрела на него в упор, а ее взгляд был таким отстраненным, что по спине мужчины пробежал неприятный холодок.
И стоило ему заметить в жене все эти изменения, вся его заготовленная речь стерлась из памяти. Еще неделю назад, он был уверен, что Юлиса