Дракон же сверлил меня подозрительным взглядом, но после моих слов вдруг хохотнул:
— Очень интересная философия, — произнёс наконец. — Что ж, последуем традициям вашего королевства. Прошу!
Он жестом указал мне на ворота.
— Только после вас, — ответила я в той же насмешливой манере.
Дракон развернулся и направился вперёд. Я, набравшись смелости, пошла за ним, стараясь не думать о том, насколько остры пики на этих копьях.
— Боже, у меня есть магия, у меня есть магия. Всё будет хорошо, — шептала я про себя как молитву.
И, к счастью, никто не посмел напасть на меня сзади. Ворота открылись с натужным скрипом, и мы вошли во двор поместья-крепости.
Передо мной раскинулся широкий, мощёный булыжником двор, по которому сновали солдаты в потёртых доспехах и несколько местных жителей — возможно, слуг, а может, ремесленников или рабочих. Здесь не было привычной для аристократических владений праздной суеты: все двигались быстро, слаженно, каждый был занят делом, и все они время от времени насторожённо поглядывали на нас. Их взгляды были полны недоверия и осторожности, будто здесь слишком часто случались беды и слишком редко — мирные дни.
По краям двора высились массивные постройки: казармы с узкими окнами, склады с деревянными ставнями, на которых оставались следы когтей и пламени, и башни с бойницами, откуда за происходящим следили стражники. Всё было суровым, утилитарным, построенным не для красоты, а для обороны и выживания.
В одном углу я заметила тренировочную площадку с мечами и копьями, в другом — колодец с ведром.
Атмосфера этого места сразу же начала давить на плечи. Здесь никто не жил в роскоши. Здесь выживали.
Дракон, не задерживаясь, повёл меня через внутренний двор, по каменным, слегка сырым коридорам с низкими сводами, где эхом отдавался каждый шаг. Наконец, он остановился у небольшой комнаты с тяжёлой деревянной дверью, украшенной простым железным замком, после чего коротко кивнул мне.
— Здесь вы можете отдохнуть.
Я вошла внутрь и с облегчением опустилась на лавку у стены. Комната была скромной, но чистой.
Через пару минут сюда же юрко проскользнула служанка, глядящая на меня исподлобья. Маленькая, худенькая, с длинной тёмной косой и настороженными глазами — она почему-то напомнила мне мышонка.
Девчонка молча поставила передо мной кувшин с водой и простое умывальное блюдо.
Я умыла лицо — вода оказалась ледяной, но приятно освежила. На тряпке осталась грязь, и я с ужасом осознала, насколько грязным было моё лицо. Быстро вымыла руки и оглядела платье. Оно оказалось не слишком измазанным, но местами в нём виднелись пятна от травы и следы падения в лесу.
Магик всё это время прятался, но я чувствовала его дыхание и лёгкое сердцебиение где-то в районе шеи. Это успокаивало.
Та же служанка принесла напиток в чашке — горячий, ароматный — и какую-то сдобу.
Я почувствовала, что ужасно голодна, и без стеснения начала есть. Наслаждалась!
Усталость последних дней была такой сильной, что я тут же начала клониться ко сну.
Где-то на периферии сознания я подумала, что засыпаю слишком быстро, а потом с досадой поняла: наверняка мне подмешали снотворное.
Боже, ну почему я такая доверчивая и глупая?
Хотя, наверное, дело не в глупости, а в усталости.
…Проснулась от голосов над головой.
— Вы думаете, эта дева — драконница? — спрашивал незнакомый мужской голос, немного дребезжащий, старческий, с головой выдающий почтенный возраст говорившего.
Второй голос я узнала. Он принадлежал тому наглому дракону, который встречал меня у ворот.
— Не так просто понять, кто она. Метки истинности с кем-либо я не нашел, но это ничего не значит. Иногда такие метки можно скрыть магией. Драконницу внутри девы я не чувствую, поэтому есть предположение, что на — человек.
— Но у людей не бывает такой сильной магии, — возразил его собеседник.
— Не бывает, — нехотя согласился дракон. — В том-то и проблема. Из-за этого она кажется слишком подозрительной. В то же время на ней не чувствуется темной магии тварей. Все мои артефакты молчат. Она кажется чистой.
— Но как девица могла оказаться посреди Проклятого леса в одиночестве и при этом не пострадать? Тут даже десяток шагов невозможно пройти, не наткнувшись на кого-то из тварей, — проворчал тот же пожилой мужчина.
— Вот это и есть загадка, — выдохнул дракон. — Мы будем наблюдать. ..
— Оставлять её в поместье опасно, — твёрдо произнёс старик. — Ее нужно отправить в темницу!
— Если будут прецеденты — и до темницы дойдём, не волнуйтесь, — ответил дракон так же твёрдо.
Я поняла, что оказалась в незавидном положении пленницы. Мгновенно приуныла. Из огня да в полымя. Была грязью под ногтями в поместье жениха, а здесь, в этом забытом Богом месте, стала подозрительной личностью, которую при любом удобном случае посадят на цепь.
Что же делать? Бежать... Но у меня нет портала, чтобы это сделать. Если я сбегу отсюда, могу вновь столкнуться с Кайреном... а я не хочу этого.
Но и жить в этой дыре кажется невыносимым. Что же мне делать?
Я так приуныла, что перестала контролировать дыхание и нечаянно всхлипнула.
— Она очнулась! — воскликнул старик.
А я поняла, что снова была слишком беспечна. Собралась с силами, чтобы не выдать страха, и медленно приоткрыла глаза.
Надо мной нависли две фигуры — дракон и пожилой мужчина. Их взгляды были изучающими, внимательными, но не злыми. Я глубоко вдохнула, стараясь сохранить хладнокровие.
— Кто вы? — проговорила тонким голосом, всеми силами изображая кого-то неопасного, белого и пушистого… Авось поможет?
Глава 13. Хозяин...
Дракон, если и удивился, то не показал виду.
— Что ж, действительно, стоит познакомиться, — произнёс он мягким тоном. — Меня зовут Леон. И я в этом месте, скажем так, главный управляющий.
Управляющий… Это звучало смешно. Как будто дракон может быть слугой. Но я не смеялась. Всё в этом месте казалось совершенно неправильным.
Я перевела взгляд на старика. Тот милейше поклонился и сказал:
— Меня зовут Бунис из Волхеда. Я — чистокровный человек.
Я удивилась. С драконом он разговаривал на равных. А я уже хорошо поняла, что в этом мире людей очень не жаловали.
— Как вы себя чувствуете? — начал суетиться старик, пытаясь заглянуть мне в глаза.
Я отвернулась.
— Нормально, — пробормотала и попыталась присесть. Старик хотел было помочь, но я снова отказалась