— По твоим испуганным глазёнкам видно, — Мирон делает шаг вперед, сокращая между нами расстояние, и я ощущаю легкий аромат его дорогого парфюма, смешанный с запахом кожи. — Да и парни со стройфака — те еще голодные волки. Особенно на свеженькое мясо.
— Прямо как ты?
Парень усмехается, наклоняясь ближе. Я чувствую его дыхание на своей коже. От чего по спине пробегают мурашки. Он слишком близко.
— Кто знает, может быть. Но я, в отличие от них, знаю толк в хорошем мясе, — его взгляд становится неприлично оценивающим, обжигающим, и я чувствую, как щеки предательски заливаются румянцем. Он смотрит на мои губы, на шею, на ключицы, выглядывающие из-под воротника толстовки… От этого взгляда мне становится не по себе, словно он раздевает меня прямо здесь, посреди коридора.
— Самоуверенность — твоё второе имя, — отрезаю я, стараясь не выдать смущения, и, не дожидаясь ответа, решительно направляюсь к выходу, чувствуя, как его взгляд прожигает мою спину. Сердце бешено колотится, а в голове — полная неразбериха. Что это было? Почему я так реагирую на этого наглого типа? Почему хочется убежать, спрятаться, и в то же время — остаться и посмотреть, что будет дальше?
* * *
Утро обрушивается на меня лавиной терминов. Финансовые потоки, строительные коэффициенты, архитектурные концепции… Судорожно конспектирую, стараясь не упустить ни слова, но чувствую, как мозг перегревается.
Настя, как всегда, словно не замечает этой суматохи. Ее макияж, кажется, становится безупречнее с каждой минутой, а платье, наверняка, от какого-то модного бренда, сидит идеально, словно сшито специально для нее. Она болтает без умолку, и, несмотря на мою усталость, невольно улыбаюсь ее заразительной непосредственности. Настя — как яркое солнечное пятно, контрастирующее с моей сосредоточенностью на учебе.
В перерыве, пробираясь через шумную толпу, ощущаю, что на меня смотрят. Вчерашние придурки. Зоопарк на выгуле. В их лицах — смесь интереса и самодовольной уверенности. Стараюсь не замечать, но ощущение слежки преследует.
Затем появляется и он… Пульс разгоняется, дергается веко.
Мирон подходит к ним, обменивается рукопожатиями, а взгляды парней, скользнув по мне, возвращаются к нему, словно докладывая обстановку. Он поворачивается, и наши глаза встречаются. Смотрит так, словно пытается разгадать сложную головоломку, и этот взгляд прожигает меня насквозь.
Самодовольный тип, — проносится в голове с раздражением.
Я одариваю его нарочито пренебрежительным взглядом, после чего резко отворачиваюсь, делая вид, что изучаю расписание на стене, хотя вижу перед собой лишь расплывчатые пятна. Черт, почему я так реагирую на него?
— Ой, Арин, ты видела, как он на тебя смотрит? — шепчет Настя, игриво толкая меня локтем в бок. Она прямо вся светится от возбуждения.
— Видела. И что с того?
— Да ты что! Мирон — это же завидный жених! Он сын того самого "СтройИнвеста", ты что, не знаешь? Они полгорода застроили! А Тёма, этот блондинчик, у него отец сеть фитнес-центров держит. Тоже не бедный парень. А Влад… — тут Настя замолкает, нахмурившись, и понижает голос до шёпота, — …его папа, говорят, дела мутные проворачивает. Вроде как, весь город в кредитном рабстве держит. Знаешь, говорят, что он… — она запинается, оглядываясь по сторонам, — …что у него люди пропадают, если вовремя не платят. Лучше с ним вообще не связываться. Серьезно, Арин, держись от него подальше.
Я мысленно закатываю глаза. У меня совсем другие приоритеты.
— Знаешь, Насть, мне как-то все равно, кто чей папа, — твердо отвечаю я. — Я здесь учиться пришла, стать инженером-экологом, а не искать себе богатого мужа. Мне хочется принимать участие в строительстве домов, которые будут приносить людям радость, а не думать о том, как потратить папины миллионы.
— Да ладно тебе! Просто говорю, чтобы ты знала, с кем имеешь дело, — пожимает плечами девушка. — Предупрежден — значит вооружен. Ну, так что там вчера произошло? Рассказывай!
Я тяжело вздыхаю. Объяснять, что меня совершенно не привлекают ни Мирон, ни Тёма, ни даже перспектива стать женой "кредитного короля", бесполезно. Поэтому я просто начинаю рассказывать ей о вчерашней стычке, стараясь не вдаваться в подробности, которые она все равно не поймет.
После лекций я, не теряя ни минуты, направляюсь в деканат. Волонтерские проекты по очистке города манят меня, как маяк. Помню, как однажды нашла в лесу маленького ежика, запутавшегося в пластиковой бутылке. Его испуганные глазенки и беспомощность врезались мне в память. С тех пор я не могу оставаться равнодушной к проблемам окружающей среды.
В деканате, где воздух хранит запах старого дерева, бумаги и легкой сырости, за высокой стойкой сидит уставшая женщина в очках.
Она долго роется в каких-то списках, прежде чем сообщает, что у них есть несколько вариантов волонтерских проектов.
Мне рассказывают, что руководитель группы — профессор Иванов, известный своими новаторскими методами анализа. Меня записывают на ознакомительную встречу с ним на следующей неделе.
Сердце начинает биться быстрее от волнения. Профессор Иванов… Говорят, он настоящий фанат своего дела. Представляю себе, как буду брать пробы почвы, анализировать данные и искать способы решения проблемы загрязнения.
Следующей остановкой — библиотека. Моя новая знакомая, услышав это слово, кривится, как от зубной боли:
— Фу, скука! У меня сегодня по плану новый гель-лак "Клубничный мохито" и охота за той самой сумочкой от Michael Kors, которую я видела в пинтерес!
— Ну как знаешь, — пожимаю плечами я. — Тебе же виднее, как проводить время.
Настя закатывает глаза:
— Арина, ну что ты как зануда? Учеба — это, конечно, важно, но жить тоже надо уметь! И потом, в библиотеке же скукотища смертная! Там даже Wi-Fi еле ловит!
— Мне как раз там скучно не будет, — отвечаю я с улыбкой, радуясь, что мы с Настей такие разные.
В полумраке библиотеки, где пахнет старой бумагой и пылью, а под ногами тихо скрипят половицы, я устраиваюсь за столом, заваленным пожелтевшими отчетами.
Экологическая оценка… Тема звучит сухо и академично, но за этими словами я вижу шанс сделать мир немного чище и лучше. Я перебираю отчет за отчетом, просматривая таблицы и графики, пока не натыкаюсь на пожелтевший от времени отчет 1987 года.
Резкий прилив адреналина. Заброшенная промзона… идеальный полигон для исследований!
Я решительно захлопываю отчет, чувствуя, как внутри все горит от предвкушения. Завтра же утром я свяжусь с профессором и расскажу о своей находке. Я уверена, он будет в восторге! И, может быть, именно с этой заброшенной промзоны начинается мой путь к спасению мира. По крайней мере, я очень на это надеюсь.
Глава 3. Мирон
Золото. Куда