— За чем пожаловала, дитя? — откуда-то сверху послышался голос, и я подняла голову, думая, что увижу с кем говорю. Но в храме были все так же, только я и дедушка. А неизвестный голос на мои действия лишь тихо рассмеялся. — Забавная.
Хотела уже было возмутиться, что это не так, но вовремя прикусила язык. Не время показывать характер.
— Так что, озвучишь свое желание? А я уж в ответ озвучу свое.
— Я хочу снова вернуться к жизни.
— Да ты вроде, как и не мертва вовсе. — удивился неизвестный. По крайней мере. Мне так казалось.
— Но в своем мире...
— А тот, где драконы. Так и не твой он вовсе.
— Это как?
— Мама твоя не простой волшебницей была. А самой сильной. Имела способности, что никому и не снились. Жаль, что при рождении тебе не все передалось. Хотя надо отдать должное и генам твоего отца. Они сделали из тебя прекрасную магичку и красивую драконицу.
Что правда, то правда. Силы у меня именно от отца, да и драконом я стала только потому, что и он им является.
— Знаю я, что попрошу у тебя взамен на то, чтобы вернуть тебя любимому.
Я воодушевилась.
— Уж очень мне понравилась твоя золотая чешуя. Отдашь ее мне?
Я не колебалась ни секунды. А стоило ответить “да”, как перед глазами снова наступила тьма.
Да они что издеваются? Я так и буду тут с периодичной регулярностью в обмороки падать?
Глава 50
Ранн
Громко закричав я кинулся к Айе, которая быстро осела на пол. Рядом с ней опустился и Сафир, но я его практически не видел.
Айя. Только Айя.
Мир вокруг померк, превратился в размытую тень. Всё, что имело значение, было прямо передо мной. Её бледное лицо, закрытые глаза, слабое дыхание.
— Айя, держись, слышишь?! — мой голос срывался, но я даже не замечал.
Я обхватил её лицо ладонями, пытаясь нащупать хоть какое-то тепло. Но её кожа была ледяной, как камень. Гримзли исчез, оставив после себя раны, из которых в тело уже проник яд.
— Помогите ей! — рыкнул я, оборачиваясь к отцу и магам, которые остались неподвижными, словно парализованные происходящим.
Отец сделал шаг вперёд, но остановился. Его лицо было испуганным и растерянным.
— Мы… мы ничего не можем… — пробормотал он, и эти слова только усилили мою ярость.
— Вы не можете?! — я вскочил на ноги, развернувшись к нему, мои когти сжались, серебристая чешуя вспыхнула на коже. — Ты король! Прикажи лекарям ей помочь!
— Сын я не могу. И никто не может. Она уже практически умерла.
Он тяжело вздохнул и присел рядом со мной на корточки. Его рука опустилась на мое по. Он словно говрил что понимает что я чувствую…
— Нет! Не смей ее хоронить! — Она жива! — рявкнул я, отталкивая его руку. Мой голос разрывал тишину, наполняя комнату эхом. — Она не умрёт! Я не позволю!
Отец замер. Его лицо отразило боль и беспомощность, но мне было плевать. Я отвернулся от него, сосредоточившись на Айе. Её дыхание становилось всё слабее.
— Айя, пожалуйста… — шептал я, снова обхватив её лицо ладонями. — Не сдавайся. Не сейчас.
Серебристое свечение на моей коже становилось всё ярче. Дракон внутри меня бился, как зверь в клетке. Я знал, что если сейчас позволю ярости взять верх, могу уничтожить всё вокруг, но это не спасёт её.
Борясь с самим собой я схватил ее на руки и побежал. Прочь от всех этих глаз которые смотрели на нее. Прочь от короля не способного помочь. От всех.
Вырвавшись на улицу я все же обратился в дракона. Взмыл высоко в небо, унося любимую подальше от этого дворца и направился к лесу. К храму в котором предложил ей стать моей женой.
Айя
Приходить в себя было больно. Казалось по венам бежит огонь, желая полностью испепелить меня. Это был яд гримзли? Или быть может дракон, который не хотел покидать только что приобретенную человеческую сущность? Я не могла этого знать.
В какой-то момент я начала слышать. Это был удачный звук. Кто-то громко кричал и в этом крике было столько боли, что я заплакала.
— Айя, любимая моя… — бормотал мне в ухо другой голос. — Скоро все закончится.
Ранн. Почему он говорит что все закончится? Ведь все только начинается. Почему он так говорит? Мне хотелось задать ему этот вопрос но я не смогла. Потому что я кричала. Это был мой крик.
Поняв это я изо всех сил попыталась прекратить это безобразие. Терпи Айя. Это пройдет. Главное что ты жива и будешь жить дальше. С остальным можно справится.
Когда боль отступила я смогла расслабится. Открыв глаза я посмотрела на парня.
— Да. — едва слышно прошептала я, но он меня услышал.
— Что?
— Я согласна… Согласна выйти за тебя замуж…
Парень на секунду замер заглядывая мне в глаза и пытаясь понять, что происходит.
— Ты… С тобой все будет хорошо? Ты будешь жить?
— Да. Только не спрашивай ни о чем. Это очень сложно.
Улыбнувшись сначала несмело, а потом все счастливее, Ранн прижал меня к себе.
Ладони его обхватили мое лицо, а губы коснулись моих.
— Любимая. — шепнул он прежде чем поцеловать.
Поцелуй был тёплым и нежным, словно Ранн боялся меня ранить, но в то же время в его прикосновении чувствовалась отчаянная потребность. Я закрыла глаза, позволив себе забыть о боли и слабости. На этот короткий миг всё вокруг исчезло. Остались только мы.
Когда он отстранился, его глаза блестели, и в них смешались облегчение, счастье и тревога.
— Ты знаешь, как напугала меня? — его голос был тихим, почти шёпотом, но я почувствовала, как он дрожит.
— Прости, — выдохнула я. Голос всё ещё был слабым, но я попыталась улыбнуться. — Я больше так не буду.
— Лучше бы тебе сдержать это обещание, — сказал он, и его губы тронула кривая улыбка, которая быстро исчезла. — Айя, тебе нужно отдохнуть. Ты всё ещё слишком слаба.
Я кивнула, чувствуя, как усталость вновь накрывает меня. Но даже в этом состоянии я чувствовала его тепло, его руки, осторожно поддерживающие меня.
— Ранн, я правда согласна, — прошептала я, крепче сжимая его руку.
Он замер, а потом снова улыбнулся — на этот раз шире и ярче, чем раньше.
— Я сделаю тебя счастливой, — произнёс он.
Он снова поцеловал меня,