Всемирная история еды. Введение в гастрономическую экономику - Юрий Витальевич Веселов. Страница 22

Христианство последовательно разделяет материальное и духовное, все плотское отрицается в пользу духовного, тело – «тюрьма души», плотское само по себе связано с грехом. Тело и его потребности – в том числе и питание – считаются профанными и противостоящими потребностям духа. Телесное, животное, плотское спорит с духовным, и человек должен «убить в себе зверя» («Бог говорит, когда тварь молчит»). Из средневекового пространства исчезают топосы телесного: и бани (римские термы), и театры, и стадионы с гимнасиями. Теперь еда как потребность тела вдруг получает иную моральную оценку – христианство призывает к аскетизму, ограничению питания, отрицает питание как наслаждение и удовольствие, признавая его только как необходимость: голод дан человеку Богом в наказание за первородный грех. Чревоугодие осуждается не просто как низменная страсть, а как смертный грех. Его различают два вида: гастримаргия (чревобесие) – стремление человека набить брюхо; лемаргия (гортанобесие) – гурманство, стремление человека к вкусной пище. В связи с этим в христианстве возникают многочисленные религиозные пищевые запреты – посты.

Уже в Византии, этой христианской империи, сразу же возникли посты и ограничения в питании, причем в православии число постных дней могло доходить до 200 в год. Смысл поста не в самом пищевом запрете, а в создании условий для духовного совершенствования. Пост – не цель, а средство отрешиться от всего телесного, пост сдерживает страсти, дает сосредоточиться на духовном. Ограничение питания всегда сочеталось с ограничением других плотских утех (нельзя спать, не должно быть секса, нельзя терять разума – не пьют вина). Ранние христиане соблюдали один пост – Великий пост до Пасхи в память о страданиях Христа. Но вскоре добавили Рождественский пост, еженедельные посты – по средам и пятницам или по отдельным дням (например, Крещенский сочельник 18 января). Вот как, например, питаются монахи по уставу в Великий пост: понедельник – сырая пища без масла; вторник – вареная без масла; среда – сырая без масла; четверг – вареная с маслом; пятница – сырая без масла; суббота и воскресенье – рыба. Пост не предписывается детям (до 14 лет), старикам или больным людям. Во все посты ограничение вводится, как правило, на мясную и молочную пищу. Причина скорее символическая, чем утилитарная. Обычно считают, что белковая пища якобы особо питательна, поэтому от нее воздерживаются более всего; или мясо-де способствует плотскому желанию и сладострастию. В действительности дело в символическом значении пищи: ведь мясо содержит кровь, а это символ жизни; молоко питает младенца – это тоже символ жизни, и они принадлежат только Богу. Однако на рыбу запрета не было, и не потому, что в ней нет крови. Просто рыба – символ Христа (она встречается повсеместно, например, в христианских катакомбах (Catacombe San Sebastiano) II–III веков н. э. в Риме около Аппиевой дороги). Ради отделения священного от профанного христианские посты ввели традицию разделения мяса и рыбы, и больше мясо и рыба не соединялись в европейском блюде (в римской кухне рыбный соус всегда добавлялся и к мясу, но готовили и смешанные блюда, так же, как и в современной тайской кухне, в супе «том-кха», соединяются курица и креветки).

Но главное вот в чем – пища в христианстве не делится на чистую и нечистую, церковь недвусмысленно утверждает: пища сама по себе не приближает и не отдаляет человека от Бога. В Евангельском учении явно показано: «Не то, что входит в уста, оскверняет человека, но то, что исходит из уст». Однако в разных направлениях христианства пищевые запреты существуют – например, в раннем христианстве был запрет на мясо с кровью, на «удавленину» и т. д. У старообрядцев запрещается есть «рыбу без чешуи (сома, осетра, угря), раков и иные морепродукты (креветок, кальмаров), нельзя есть телятину и мясо зайцев, бобров, белок (векшину), конину, ослину, собачатину, мясо некоторых птиц и проч., употребление свинины допустимо, если она приготовлена на огне…» [1].

Еда в христианстве также теряет характер жертвы – в этом его принципиальное отличие от иудаизма, ислама и других религий (в том числе и монотеистических). Считается, что достаточно одной жертвы – Христос сам принес себя добровольно в жертву ради спасения всех, остальные жертвы просто неуместны (в том числе жертвоприношение различных животных, как курбан-байрам у мусульман). Поэтому в римском обществе христиане подвергались гонениям – они не признавали жертвы императору. Но христиане должны помнить об этой жертве Христа в совершении обряда евхаристии (благодарения), хлеб и вино как бы пресуществляются в тело и кровь Христовы. Христианство осуждает как язычество жертвенную пищу в погребальных обрядах (оставленные на могиле продукты и напитки – это типично римская традиция).

Но в христианстве был и другой аспект питания: вместе с постом как ограничением питания пришли и праздники – перед постом или после него. Это особенность христианских праздников Пасхи, Рождества, Троицы, но в Византийской империи любили и Новый год (календы) – после Рождества и до 5 января. Именно на праздник предписывалось готовить специальные блюда и вообще много еды. Итак, посты и праздники создавали в христианском обществе особый ритм питания: от сурового аскетизма в еде к изобилию; от ограничения к обжорству; от неизбежной необходимости к предвкушению удовольствия; от скорби к безудержному веселью.

1. Крылов Г. Понятие «скверна» («погань») в Средневековой Руси и в современном старообрядчестве.

В Средние века Римская империя продолжала существовать на Востоке, в Византии. Но Византийский мир уже был полностью христианский, рабство в нем еще существовало – но морально осуждалось церковью. Да и само понятие свободы у византийцев претерпело заметные изменения. У римлян свобода имеет формальное правовое определение: свободный – это не раб, а в Византии свободой стали называть независимость (между свободными формально холопами и несвободными домашними рабами не делали большого отличия, все они считались несвободными). Кроме веры и идеологии изменились и обычаи. Мужчины стали носить брюки, заимствованные с Востока; не брили бороды; изменилась и традиция питания, и здесь тоже не обошлось без восточного влияния – сирийские и персидские купцы быстро наладили связь Византии с Индией (положение Индии как сверхдержавы пряностей не изменилось и сегодня, она производит 1 млн т пряностей в год, опережая всех конкурентов), и шаг за шагом в Средние века пряности начинают свой