— Слушай, Мирослав, я бы не хотела, чтобы вчерашний разговор как-то повлиял на наше дальнейшее….
Я не нашлась, как закончить фразу. Наше сотрудничество? Наше общение? А будет ли оно?
Мне так не хотелось терять наше наполовину дружеское сдержанное общение, наши теннисные партии и легкие разговоры обо всём. Так отчаянно не хотелось терять его самого. Но я понимала, что отчасти это уже невозможно. И если он пожалел о том, что сказал вчера под влиянием момента, то нам обоим лучше постараться об этом просто… забыть.
— Ты думаешь, я вчера случайно перешёл границы и пожалел об этом? — он словно прочёл мои мысли и криво усмехнулся. — Поверь, это было взвешенное и обдуманное предложение.
Мирослав сел за стол.
— Я давно думал об этом. В тебе есть какая-то необъяснимая тонкость и благоразумие. Ты мне импонируешь. Я не собираюсь тебя преследовать или что-то в этом роде. На твою работу здесь твой отказ никак не повлияет. Но я хотел бы дать тебе время подумать, мое предложение ещё в силе.
Внутри меня всё это время бушевала буря из эмоций. Почему он просто не скажет, ты мне небезразлична, ты мне нужна, в конце концов? К чему эти точные выверенные, но от того не менее холодные фразы?
Я ощущала себя, как в дешевой мелодраме. Единственное, мы не подходили по параметрам бедной девушки и богача, так как будучи бухгалтером, и в том числе сейчас, я не бедствовала, а Мирослава нельзя было назвать миллиардером, он был состоятельным, но не был богачом в прямом понимании этого слова.
Он был просто человеком, который мне безусловно нравился, таким же одиночкой, как и я. Просто меня сдерживало то, как он расставлял границы между нами, в перспективе наших отношений. Границ в моей голове итак было полно, дополнительных даже и не требовалось.
— Не уверена, что что-то изменится и что я смогу принять твоё предложение, по крайней мере, на тех же условиях, — я стряхивала невидимые пылинки с рукавов своей кофты, чтобы не смотреть ему в глаза и снова не утонуть в них.
Мирослав встал из-за стола и подошёл ко мне. Его большие тёплые ладони обхватили мои пальцы, распространяя искры по телу.
Я на мгновение прикрыла глаза, затем посмотрела ему в лицо.
Меня встретил внимательный карий взгляд.
— Ирин, я уезжаю в командировку, на север. Я оставлю тебе свой номер, давно было нужно это сделать, но там редко бывает хорошая связь. Вернусь ближе к Новому году, давай вместе его встретим? Не отказывайся сразу. Я не тороплю с ответом, у тебя будет время подумать.
Он пристально посмотрел на мои губы, помедлил несколько секунд. Я неосознанно втянула носом запах его парфюма, впитывая его близость и тепло. Если бы мои руки не были в его ладонях, я бы не удержалась и притянула его в свои объятья, чтобы хоть ненадолго почувствовать его рядом с собой.
Затем он также медленно отстранился и спокойно сел за стол завтракать.
Я всё ещё пыталась его понять. Зачем ему всё это нужно? Стала переставлять тарелки, совсем не понимая, что я делаю, просто занимая руки и словно до сих пор ощущая тепло его касания.
— Может быть, перед тем, как уеду, все-таки прокатить тебя на лошади? Знаю, что Петра ты так и не попросишь, — сказал он, как ни в чем не бывало, словно мы всё это время только верховую езду и обсуждали.
— Хорошо, — ответила я, хотя бы на это я могу согласиться.
* * *
Вдалеке шумел полураздетый осенний лес. Мая топталась на подернутой инеем старой траве, по блестящим бокам волнами проходила дрожь от её движений.
Когда я вышла во двор, Мирослав уже ее оседлал.
— Идём, — он махнул мне рукой и улыбнулся.
Я подошла ближе. Мирослав взял мою правую ногу и поставил в стремя.
— Запрыгивай, — весело скомандовал он.
— Легко сказать, — парировала я.
Я вцепилась в седло руками и попыталась закинуть левую ногу. Естественно, мне это не удалось и пришлось Мирославу подсаживать меня на лошадь, уперевшись в меня плечом и подхватив за талию руками.
Когда я залезла в седло, мне показалось, что я сижу на втором этаже, при этом подо мной всё двигалось и ходило ходуном. Я вцепилась в седло руками изо всех сил, костяшки пальцев побелели.
— Всё хорошо, — подбадривал Мирослав, — Мая смирная, и я её держу. Скажешь, как будешь готова?
Я кивнула несколько раз, но только шумно втягивала ледяной воздух от страха и крепко держалась.
Мае стало скучно и она начала медленно брести вперёд. Я уже жалела, что подписалась на всё это.
— Готова? — спросил Мирослав, внимательно поглядывая на меня снизу вверх.
— Нет, — замотала я головой, страх не уходил, напряжение прочно сковало тело.
— Ладно, тогда давай так.
Мирослав закинул в стремя ногу и сел позади меня на лошадь.
Он обвил меня руками и взялся за поводья. Моя спина оказалась прижата к его груди. Я слышала его дыхание над своим ухом.
Неужели он рассчитывал, что его близость поможет мне расслабиться? Скорее наоборот, теперь моё смятение только усилилось.
— Всё нормально? — его тёмная борода коснулась моего плеча, прошуршав по куртке.
— Да, — сцепив зубы, я силилась выдать хоть что-то.
Мирослав только коротко и хрипло рассмеялся, рассеивая пар от своего дыхания. Его смех вызвал электрическую волну, прокатившуюся в моём солнечном сплетении.
— Не бойся, я тебя держу, — сказал он серьёзно и ласково.
И только тогда я поняла, что это был его способ обнять меня на прощание.
Насколько он сложный человек и как нелегко ему проявлять свои чувства, если он не смог позволить себе просто обнять меня? Или же он решил так выйти из ситуации только потому, что я не согласилась на его предложение?
Эти мысли ещё долго крутились в моей голове после того, как он уехал.
Глава 11
22 ноября.
Первый снег застелил белым покрывалом промерзшую землю. Здесь снег не таял так быстро, как в городе, и долго оставался чистым. Лошади резво скакали по припорошенной лужайке, поднимая в воздух копытами липкие снежные комья.
Глядя на них, я сразу вспоминала нашу конную прогулку с Мирославом. Его голос и смех.
Как же мне его не хватало. Нестерпимо сильно.
Рутина уже не могла