И вот они там, в полной надежности, что их оставят в покое. Не тут-то было: преследование несчастных жертв еще не кончилось.
Надо знать вашему сиятельству, что когда Панин уезжал отсюда, государь именно приказал задерживать все его письма и докладывать о лицах, с которыми он будет переписываться. Легко понять, что при таких условиях граф Панин воздерживался от переписки с кем бы то ни было. Но мог ли он предположить, что ему вменят в преступление переписку с сестрою? И однако, письмо его к сей последней было для него гибельно, и преследование возобновилось с новою свирепостью. Я читал это роковое письмо. Граф говорит в нем о своей тетке, вдове графине Чернышёвой, и о благодеяниях, которые она ему оказывает. Готов прозакладывать что угодно, что ваше сиятельство не угадаете, как растолковали эту фразу. Слово «тетка» было объяснено в этом новом лексиконе словом «государь», а «благодеяние» – словом «преследование». Немедленно последовал указ к графу Салтыкову – удалить графа Панина с его семейством из-под Москвы, но держать его в Московской губернии, чтоб он находился под непрестанным наблюдением фельдмаршала.
И вот он изгнанник, скиталец, не уверенный, что ему позволят провести две ночи сряду на одном месте. Будь он один, и то трудно не пасть духом; но у него дети и жена на сносях, у которой роды всегда бывали трудны и опасны! Положение ужасное, и, признаюсь вашему сиятельству, я не знаю, как он его вынесет. Я трепещу за его жизнь, не имея о нем известий со времени последней грозы.
Исполнив тяжкую обязанность, возложенную на меня дружбою, я должен просить у вашего сиятельства извинения в небрежности слога и в несвязности моего рассказа. Я сам расстроен, лишившись единственного человека, который привлекал меня к службе. Я некоторым образом лишился способности размышлять, и потому неудивительно, что не умею выражаться.
Пользуйтесь, граф, посреди любезного вашего семейства единственным счастием, какое существует для такой души, как ваша. Пользуйтесь им долго и прежде всего подальше от здешних бурь. Это желание человека, который всегда был вам предан и сохранит к вам навеки неизменное уважение и приверженность. Вашего сиятельства покорнейший и послушнейший слуга
Муравьёв.
Указ императора Павла I об учреждении двадцати командорств ордена св. Иоанна Иерусалимского
[1799]. Июня 15.0 установлении в Державном ордене Святого Иоанна Иерусалимского еще 20 командорств [312].
Пользуясь во все дни Царствования Нашего лучшим и приятнейшим Нам от Бога дарованным правом награждать услуги и службу Нам и отечеству оказанные, желая и ныне отличить пред целым светом храбрость, искусство и подвиги командующих российскими победоносными войсками, восстановляющими в иных землях закон Божий, царей и благоденствие народов, попранное извергами человечества, вознамерились Мы установить в Державном ордене Святого Иоанна Иерусалимского еще 20 командорств, из коих 3 по 1000, 6 по 500 и 11 по 300 рублей ежегодного дохода по смерть, для награждения оными единственно отличившихся на войне и удостоенных от начальников своих к получению сего знаменитого знака благоволения Нашего. Получившие сии командорства платят единственно по 10 со 100 [рублей] в Капитул Державного ордена. По смерти получивших командорства сии, оные не переходят по старшинству кавалерам ордена, по примеру установленных пред сим, но остаются вакантными. На все сии 20 командорств определяем сумму из почтовых доходов, кою Почтовый департамент и имеет отпускать единственно на число розданных командорств в Капитул Державного ордена Святого Иоанна Иерусалимского для доставления удостоившимся куда следует.
Манифест об объявлении войны Испании
[1799]. Июля 15. Манифест. – Об объявлении войны Испании и о наложении секвестра [313] во всех портах на купеческие испанские суда.
Объявляем всем верным Нашим подданным. Восприяв с союзниками Нашими намерение искоренить беззаконное правление, во Франции существующее, восстали на оное всеми силами. Бог сниспослал благодать Свою на ополчение Наше, ознаменуя до самого сего дня все подвиги Наши успехами и победами.
В малом числе держав европейских наружно приверженных, но в самой истине опасающихся последствий мщения сего издыхающего ныне богомерзкого правления, Испания обнаружила более прочих страх и преданность ее ко Франции, не содействием с нею, но приуготовлениями к оному. Употребя тщетно все способы к открытию и показанию сей державе истинного пути к чести и ко славе совокупно с Нами, но видя ее упорно пребывающею в пагубных для ее самой правилах и заблуждении, изъявили Мы наконец ей негодование Наше, отослав пребывающего при дворе Нашем испанского поверенного в делах Ониса. Теперь же узнав, что и Наш поверенный в делах, советник Бицов, в положенный срок принужден был выехать из владений короля испанского, принимая сие за оскорбление Величества Нашего, объявляем ему войну; повелевая во всех портах империи Нашей наложить секвестр и конфисковать все купеческие испанские суда, в оных находящиеся, и послать всем начальникам сухопутных и морских сил Наших повеление поступать неприязненно везде и со всеми подданными короля испанского.
К биографии императора Павла
А. Коцебу
…16 декабря (1800 г.) в восемь часов утра граф Пален прислал мне приказание немедленно явиться к нему.
Когда я приехал, граф Пален сказал мне с улыбкою, что император решился разослать вызов, или приглашение на турнир ко всем государям Европы и их министрам и что он избрал меня для того, чтобы изложить этот вызов и поместить его во всех газетах. Он присовокупил, что в особенности следует взять на зубок и выставить в смешном виде барона Тугута и что