– Да нет, ничего страшного! – успокоил ее Сиан. – Дверь сделана из ионийского золота, а оно обладает антибактериальными свойствами.
Джеки вновь потрогала дверь, после чего то же самое сделали Миоко и Айзек. Островитяне быстро покрыли поверхность двери своими отпечатками пальцев, и только после этого к золоту прикоснулась Химена, медленно ее погладив. Золотая поверхность оказалась более холодной, чем она ожидала. Дверь, между тем, отворилась. Химена отскочила, а Джеки удивленно охнула.
С той стороны стоял тот же человек в голубом одеянии.
– Сиан! Эррос!
Сенатор Тоув открыл дверь и кивнул братьям.
– Главы других Уровней и члены Сената готовы встретиться с вами, – сказал он. – Мы бы хотели выслушать ваши показания. Проходите и садитесь.
За его спиной открылась огромная комната – размером гораздо большая, чем любая комната на Виллах. Здесь полукругом стояли скамьи, вырезанные из черного камня, а в центре располагался огромный белый каменный стол. Стены были уставлены книжными полками. На них, как показалось Химене, стояли все книги, когда-либо существовавшие и ныне существующие в мире. На скамьях сидело с десяток людей.
– Ничего себе! – пробормотал Айзек. Войдя в комнату, он внимательно огляделся, словно старался запомнить все, что видит, раз и навсегда.
– Невероятно! – восхищенно произнесла Джеки, потянув Миоко в сторону и показывая той какие-то украшения на стене.
Химена даже не скрывала своего восторга. Она тоже постарается запомнить как можно больше, чтобы потом, по возвращении, поведать обо всем Абуэле.
Сенатор Тоув обратился к вошедшим:
– Я познакомил членов Сената с результатами диагностирования, и я сообщил им также, что среди вас есть один из Первых Глэйдеров.
Сенатор отвесил поклон в сторону Фрайпана. Прочие члены Сената также поклонились, одновременно произведя несколько странную манипуляцию руками – положили ладонь одной руки на запястье другой.
– Для нас большая честь принимать вас в зале заседаний Конгресса.
– Благодарю вас, – ответил Фрайпан. В глазах его стояли слезы.
Сиан кивком пригласил вошедших сесть, и они устроились на скамьях, которые были скорее красивы, чем удобны.
– Итак, – сказал он. – Прежде чем мы начнем… Эррос?
Его брат достал ампулу и, подойдя к столу, положил ее на его белую каменную поверхность.
– Да, – кивнул головой Сиан. – Это именно то, о чем вы подумали.
Сенаторы молча наблюдали за происходящим.
Сиан же продолжил:
– Это – средство активизации иммунитета для тех, кто живет или будет жить в верхнем мире. Наши гости готовы дать самые исчерпывающие показания, но, прежде чем они сделают это, у нас есть одна просьба, исполнив которую вы вознаградите нас за эти дары.
Сенаторы принялись перешептываться, и Сенатор Тоув спросил от их имени:
– В чем суть вашей просьбы?
– Какой бы она ни была, мы будем обязаны проголосовать, – проворчала одна из Сенаторов, женщина.
Прежде, чем заговорить, Эррос посмотрел на брата. Тот кивнул, и Эррос произнес:
– Мы просим позволения взять назад, на поверхность, еще несколько семей, чтобы они, пожив с нами в верхнем мире, вернулись и принесли вам самый полный отчет о ситуации на поверхности. Таким образом, у вас будет самая свежая и достоверная информация для следующего поколения Секвенсоров.
Плешивый Сенатор, сложив руки на груди, заявил:
– Нет! Мы не можем изгонять кого-либо из нашего мира просто для того, чтобы собирать такого рода свидетельства.
– Но как иначе вы сможете узнать правду и написать историю мира?
Эррос хлопнул ладонью по столешнице.
– Реальную, а не вымышленную историю?
Сенаторы все как один охнули, и Эррос убрал руку со стола.
– Вы называете это изгнанием, но молодежь, которая живет здесь на средних уровнях, назвала бы это освобождением.
И он показал на дверь, которая, в целях поддержания секретности, была плотно закрыта.
– Нет! – произнес плешивый. – Нам не нужно даже голосовать. Наш ответ – нет.
Заговорила женщина-Сенатор с длинными каштановыми волосами, уложенными в косу.
– Мы не станем посылать туда наших детей. НЕТ!
– Согласен! – проговорил еще один.
– Тогда отправляйтесь туда сами! – крикнул Сиан, и лицо его стало почти таким же красным, как и его шарф. – Вы должны понять, что там происходит, перед своим очередным голосованием. Вы не имеете права отнимать у ваших детей право на нормальную жизнь, ничего о ней не зная. Изучите все досконально и дайте им шанс все решить самим.
Сиан сделал паузу и продолжил:
– Нельзя строить будущее на страхе. Именно страх разрушает…
Эмоции переполняли Сиана.
– Нет ничего более разрушительного, чем страх и ложь!
– Мы обсудим вашу просьбу, – сказал Сенатор Тоув, подняв руку.
– Если бы вы спросили людей, – произнес Эррос, вновь приблизившись к столу, но на этот раз говоря более спокойным тоном, – они сами бы выбрали, что им делать.
– Я сказал, что мы обсудим вашу просьбу, – сказал Сенатор Тоув и нажал на столе маленькую кнопку, после чего раздался звонок – более громкий, чем ожидала услышать Химена.
– Итак! – продолжил Тоув. – Есть ли у наших гостей еще вопросы перед тем, как мы приступим к транскрибированию?
Эррос посмотрел на Сиана. Тот кивнул и повернулся к Фрайпану.
– Да, Сенатор! – сказал он. – Мы просим позволить Фрайпану ознакомиться со всеми имеющимися в вашей библиотеке данными по всем участникам экспериментов, а также их родственникам, которые принадлежат к Объектам группы А.
Он крутил в руках кончик шарфа.
– Это – меньшее, что мы можем сделать, чтобы оплатить ту жертву, которую он принес много лет назад, – сказал он.
– Самое меньшее, – кивнул его брат.
Один за другим члены Сената и главы Уровней отвели взгляд от Сиана и, опустив глаза, уставились на свои собственные руки. Хотя ни один из них еще не появился на свет, когда Фрайпана, оторвав от семьи, сделали участником эксперимента, даже Химена понимала, что они обязаны хотя бы частично загладить давнюю вину Секвенсоров перед стариком.
Наконец, Сенатор Тоув кивнул головой. Одна из женщин, членов Сената, вскочила с места и направилась к дальней полке, заполненной толстыми черными книгами. Вытащив громоздкий, переплетенный в кожу том, она со стуком положила его перед Фрайпаном.
– Можете изучать его так долго, как вам понадобится, – сказала она. – Единственная просьба – вернуть его сюда, в библиотеку Родословных.
Посмотрев на обложку закрытой книги, Фрайпан прочитал вытесненные на ней слова:
– Группа А. Результаты экспериментов.
И, поклонившись, поблагодарил Сенат.
Химена, прищурившись, окинула взглядом полку, с которой Сенатор сняла книгу, и прикинула, сколько их там еще. Оказалось, что более двадцати. Да, ПОРОК был по-настоящему порочен. Сомнений в этом не оставалось.
– Ну? – спросил Айзек, посмотрев на Фрайпана.
– Открывайте! – произнесла Джеки, нежно пожав руку старика. Позади нее стояли Айзек и Миоко, с нетерпением