– Букашки какие-то, – сказал я.
– Нет, – сказал Лейк. – Это не просто букашки. Это перепончатокрылые – насекомые. Жуки. Можно мне взглянуть поближе?
Брови Блок взлетели к потолку, когда она протянула свой телефон Лейку на заднее сиденье.
Мы обернулись, увидев, что он еще больше увеличивает изображение, а потом уменьшает и увеличивает его еще раз.
– Я бы сказал, они около сантиметра в длину – может, чуть меньше. И у них желтые волоски. Очень характерные. Полагаю, это объясняет, почему там решили, будто в сумке что-то тикает.
– Что это за твари? – спросил я.
Лейк передал Блок ее телефон и откинулся на спинку сиденья.
– Они издают громкие щелкающие звуки. Когда их достаточно много, это может быть похоже на тиканье часов или механического таймера. В течение многих лет люди не думали, что этот звук издают жуки. Они думали, что это трескается дерево, в котором они поселились. Но теперь известно, что они сами издают эти звуки в определенное время года. Они любят старые дома, со старыми деревянными каркасами. Большинство людей слышат их ночью, когда не спят и в доме тихо. Говорят, эти жуки получили свое название во время ирландских поминальных бдений. У ирландцев есть такой обычай – кто-то постоянно находится рядом с мертвым телом, даже ночью, в течение трех дней. Вот тогда-то они и слышат щелканье – пока несут свой караул смерти. Хотя вообще-то правильное название такого жучка – точильщик.
– Да, я слышала, что их еще называют караульными смерти, – произнесла Блок. – А вы много чего знаете о насекомых…
– Погоняйтесь за серийными убийцами с мое и тоже много чего нахватаетесь. Эти насекомые не питаются мертвецами. Песочный человек специально подсадил их в сумку с головой того парня. Он хотел, чтобы их нашли.
– Зачем? – спросил я.
– Это предупреждение, – сказал Лейк. – Этот звук – предзнаменование смерти.
Некоторое время воцарилась тишина – все разом примолкли.
Нарушил ее телефон Блок, который принялся то и дело блямкать – по мере того как появлялись новые фото.
Эти снимки были сделаны еще до обнаружения головы. На одном из них был виден фасад отеля и взрывотехник в громоздком защитном костюме, делавшем его похожим на глубоководного водолаза; он пробирался между защитными экранами. На других снимках было запечатлено массовое присутствие полиции на парковке, что давало представление о масштабах реагирования. Быстро просматривая их один за другим, на каком-то Блок задержалась чуть подольше, вернулась к предыдущему снимку, а потом опять перешла к последнему. После чего передала мне телефон, молча вылезла из машины и пошла осматривать парковку.
Мы с Лейком тоже выбрались на асфальт и последовали за ней, когда она подошла к универсалу со спущенными шинами и толстым слоем пыли на лобовом стекле. Блок потянулась к задней пассажирской дверце. Та была открыта.
– Машину Дилейни нашли на подземной парковке ее дома. С открытыми дверцами и орущей сигнализацией… – произнесла она. – Злоумышленник не мог попасть туда без ключ-карты или брелока. Все эти парковки охраняются, потому что стоят целое состояние. Так как же он попал на парковку? Он не мог въехать туда на машине.
Я просмотрел фотографии, которые она только что так внимательно изучала. На обоих был виден этот универсал. На одном из них задняя правая дверца была слегка приоткрыта. На другом снимке – уже плотно закрыта.
– Машина, которая стоит рядом с этим универсалом, – машина Дилейни, – сказал Лейк. – Теперь мы знаем, как он попал на подземную парковку. Все это время он прятался в этом ушатанном универсале, а когда всеобщее внимание переключилось на саперов, потихоньку выскользнул оттуда и забрался на заднее сиденье машины Дилейни.
– Но откуда он мог знать, что она оставит свою машину рядом с этим универсалом? – спросил я.
– А это ему и не требовалось, – сказала Блок. – Универсал стоял на самых задах парковки. При появлении саперов внимание каждого копа было приковано к зданию. Они не следили за тем, что происходит на стоянке в пятидесяти футах позади них. Он не спешил – выбрал подходящий момент и прокрался в машину Дилейни. Она просто облегчила ему задачу. Нам нужно заглянуть в то здание, где нашли ее машину.
– Я знаю, где это, – сказал Лейк.
Глава 10
Эдди
Подземные парковки имеются только в зданиях, построенных за последние лет сорок или около того. Их не так много, хотя больше, чем вы можете себе представить. ФБР заключило договор аренды квартиры как раз в таком здании в центре города, в Ист-Сайде.
Напротив въезда и выезда из подземного гаража стояли две патрульные машины. Так что этот путь исключался. Это было место преступления, и даже репутация Блок не позволила бы нам миновать копов на пандусе, ведущем на подземную парковку.
Один из патрульных достал рацию, что-то сказал в нее, затем сел в машину и дал задний ход. Другая патрульная машина сделала то же самое, освободив въезд для серого седана, который въехал на пандус и проследовал на парковку мимо шлагбаума, заблокированного в поднятом положении. Водителя я не разглядел, но одним из мужчин на заднем сиденье был Билл Сонг. Как только серый седан скрылся внизу, патрульные машины опять перегородили въезд на пандус.
– На заднем сиденье той машины был Сонг, – сообщил Лейк.
– Давайте попробуем зайти через дом, – предложил я.
Блок припарковалась чуть дальше по улице, и мы вернулись к зданию. Вход для жильцов представлял собой пару стеклянных дверей. Снаружи к стене был прикреплен домофон с цифровой клавиатурой и какими-то инструкциями рядом с ней.
– Какой номер квартиры у Дилейни? – спросил я.
– Десять-одиннадцать, – ответил Лейк.
Когда ФБР впервые получает уведомление о пропаже кого-то из своих агентов, проводится стандартная процедура контрольных проверок. Сотовый телефон… Квартира… Свидетели…
Сегодня вечером в квартире Дилейни наверняка уже побывала оперативная группа ФБР. Обнаружив, что квартира пуста, они поговорили с ее соседями, чтобы выяснить, когда те видели ее в последний раз и не заметили ли чего-нибудь подозрительного в ту ночь.
Я набрал на клавиатуре «1012». На гудок ответил мужской голос:
– Да?
– Это ФБР, мы уже с вами недавно общались. Не могли бы вы открыть дверь? – произнес я.
Домофон пискнул, Блок толкнула входную дверь, и мы оказались внутри. Лифт доставил нас на два этажа вниз, к парковке. Один подземный гараж практически ничем не отличается от прочих. Открытые стальные балки, трубки дневного света… Желтая и белая разметка на отполированных до блеска бетонных полах, и где-нибудь обязательно лужа воды, в которую постоянно капает сверху.