Мой мозг начал перегреваться от несостыковок. Я посмотрел на Ингрид, потом на Тихона.
— Стоп. Секундочку, — я поднял руки, будто пытаясь остановить поток безумия. — Ингрид только что сказала, что госпиталь вырезали под корень. Всех убили. Но ты, старик, здесь. Как ты выжил?
Тихон хмыкнул, морщась от боли в ребрах, и медленно опустился на перевернутый ящик.
— Отличный вопрос, Акиро. Если найдешь на него ответ, дай знать. Я помню только бой в Скрале. Помню, как мы держали оборону, как нечисть перла волна за волной. Потом я получил мощный удар сбоку, а надо мной навис меч демона. Сознание померкло. Я был уверен, что отправлюсь к праотцам. А очнулся здесь, в этой грязной яме, с дикой головной болью и почти целым, мать его, телом. Мои раны, похоже, затянулись, видимо кто-то подлатал.
— Но если госпиталь уничтожен, а ты был там… — начала рассуждать София.
— Значит, меня забрали до резни? Или я оказался в числе тех пленников, которых увели в лагерь? — предположил Тихон. — Но зачем я им живым? Если бы демоны захотели сделать из меня одержимого, они бы не стали меня лечить. Я слишком старый и упрямый для их ритуалов.
Повисла тяжелая пауза. Мы находились в неизвестном подвале в тылу врага, выжившие вопреки всякой логике. И у нас не было ни малейшего понимания, как мы оказались вместе. Пленники из разных точек боя, собранные в одной камере.
София, до этого стоявшая неподвижно, вдруг начала яростно хлопать себя по карманам и поясу. Ее движения становились все более резкими и дергаными.
— Проклятье! — выругалась она, в сердцах пнув земляной пол.
— Что случилось? — спросил Тихон.
— Снаряжение, — сквозь зубы процедила офицер. — На мне нет ничего. Ни меча, ни кинжалов, ни амулетов связи. Даже армейского ремня нет. Только обычная одежда. Они раздели меня до нитки.
Я инстинктивно потянулся к поясу. Пусто. Мой меч исчез! Сердце пропустило удар, но потом я выдохнул. Связь. Я чувствовал ее. Слабую, но стабильную. Меч был неподалеку, а значит дух не покинул меня. Уф, аж легче стало. Вот только где он? Чувствовал где-то справа. Метров сто? Или двести? Не знаю. Не уверен.
— Нас обезоружили, — констатировала София. — Значит, моя теория о пленении подтверждается. Мы все пленники демонов. Вопрос только в том, зачем нас засунули в этот погреб, а не в клетки в лагере?
Я подошел к стене, игнорируя их разговор, и провел рукой по каменной кладке. Камни были холодными, шершавыми, скрепленными глиняным раствором. В нос ударил специфический запах сушеного укропа и старой древесины. Мой мозг, натренированный подмечать детали жизнью в трущобах Гадара, начал выстраивать картинку.
— Народ, — медленно произнес я. — Помните деревню во время нашего похода еще отрядом? Мы, там еще провиант собирали в заброшенных домах?
— Ты нашел время для ностальгии, парень? — хмыкнула София.
— Нет, послушайте. Я был в похожем подвале. Эта кладка, этот запах…Я здесь точно был раньше.
София замерла, ее глаза сузились.
— Ты хочешь сказать…
— Мы не в демоническом лагере. Мы в деревне. Держу пари на свой последний медяк, что мы в Чегузке.
— Чегузка, — прошептала Ингрид. — Но она же была захвачена уже давно! Это глубокий тыл нечисти!
— Бинго, — мрачно подытожил я. — Нас притащили в самую задницу.
— Хорошо, допустим, мы в Чегузке, — Тихон потер массивную челюсть. — Но как мы сюда попали? Демоны принесли нас на руках и заботливо уложили в погреб? Бред. Если бы демоны нас поймали, мы бы уже висели на крюках. Кто-то нас спас. Кто-то вытащил Ингрид из лагеря, меня из ратуши или лагеря демонов, а тебя, София, либо с поля боя, либо тоже из плена. И спрятал здесь.
Все трое одновременно повернули головы в мою сторону. В тусклом свете их взгляды казались почти физически тяжелыми.
— Акиро, — вкрадчиво начала София. — Твой дух.
Я сглотнул. Да, отрицать очевидное было глупо.
— Последнее, что я помню, — неохотно начал я, — как ты рубилась вместе с коммодором против нечисти. Я был истощен, не мог даже пальцем пошевелить. И тут дух… он предложил помощь. Я не помню, как согласился. Просто отдал ему контроль, и на этом всё. Дальше темнота. Как и у вас.
Тактические размышления закрутились в моей голове списком:
Факт первый: Мой дух взял контроль над телом.
Факт второй: Он невероятно силен.
Факт третий: Дух эгоистичен. Он не стал бы рисковать собой из альтруизма. Значит, спасение всей нашей группы имело для него какую-то прагматичную цель.
Факт четвертый: Он спрятал нас. Почему? Испугался демонов? Закончилась энергия?
— Твой дух спас нас, — пораженно прошептала Ингрид. — Он один перебил демонов и вытащил нас?
— Не обольщайся, — осадил ее я. — Мой дух не ангел-хранитель. Если он это сделал, значит, у него были свои резоны. И судя по тому, что мы сидим в закрытом погребе без оружия, его план далек от идеала.
— Ладно, философствовать будем позже, — София подошла к противоположной стене. — Если это обычный деревенский погреб, у него должен быть выход наружу. Ищите.
Мы разбрелись по периметру. Через пару минут я нащупал деревянные ступени, которые упирались в сплошную стену из плотно утрамбованной земли и досок.
— Сюда! — позвал я. — Здесь ступени. Но выход завален. Причем снаружи. Земля свежая.
— Дух спрятал нас и завалил вход, чтобы нечисть не нашла, — догадался Тихон. — Умно.
— Значит, будем копать, — скомандовала София. — Голыми руками, если понадобится. Нам нужно понять, что происходит на поверхности.
Мы вдвоем (Ингрид и Тихон были слишком слабы) принялись отгребать землю и отодвигать обломки досок. Работа шла в тишине, прерываемой лишь нашим тяжелым дыханием. Я чувствовал себя на удивление бодрым, словно поспал часов десять на мягкой перине. Земли становилось все меньше, пока мы не добрались до деревянного настила. На удивление, весьма прочного. Но наконец доски поддались, и в подвал ворвался узкий луч света.
Свет резанул по глазам. Я прищурился, приникая к образовавшейся щели. София дышала мне в затылок, тоже пытаясь разглядеть улицу.
Моя догадка подтвердилась на сто процентов. Мы находились в подвале разрушенного дома в деревне Чегузка. Сквозь щель был виден кусок покосившегося забора и дорога. Но главное — это то, что находилось