— Ты что задумал?!! — взвизгнула, буквально отпрыгивая от скелетона вперед. При этом чудом удержалась на ногах и не свалилась в полный воды бассейн.
— Сами платье снимете? — с ехидцей поинтересовался в ответ бывший баронет, покорно складывая облаченные в белоснежные перчатки кости где-то в районе таза.
Я открыла рот, чтобы рявкнуть: «Да», да так и застыла, осознав всю глубину подставы. Платье, надетое на меня, обладало не только шнуровкой, но и целым рядом крохотных пуговок от верха до низа корсажа, которые Дора обычно застегивала и расстегивала с помощью магии. Я этого заклинания не знала. Так что самой мне не раздеться никогда…
— Вы — мужчины! — процедила сквозь зубы, не имея сил смириться с происходящим.
— Когда-то ими были, — согласно кивнул бывший баронет. — Сейчас просто нежить.
— И тем не менее будете пялиться! — желчно обвинила бывшего придворного.
— Последнее удовольствие отбирают, — смиренно вдохнул эльф. За что и схлопотал подзатыльник от портного.
Юморист не рассчитал силу. Возможно, после смерти и поднятия нежитью его физическая сила возросла. Так или иначе, но эльф потерял голову. Вернее, черепушку. И та улетела куда-то за бассейн…
Мы вчетвером растерянно проследили за полетом снаряда. Когда он с треском хлопнулся на пол, судя по звуку расколовшись, я растерянно выдохнула:
— Песец… И что теперь? У меня будет безголовый камердинер?
— Может, хоть это поможет ему поменьше болтать разные глупости, — прохрипел эльф. А портной поцокал костями пяток в угол комнаты за частью себя.
Я покосилась на бывшего остроухого и решилась задать мучающий меня вопрос:
— Почему у тебя такой голос? Ведь у эльфов он всегда мелодичный и приятный для слуха…
Мимики скелетоны по вполне понятным причинам были лишены начисто. Но бывший парикмахер настолько выразительно вздохнул, что я живо представила, как он морщится:
— А все просто, принцесса: меня задушили, чтобы не разболтал чужой секрет. — Я задохнулась от шока. А хриплый невозмутимо предложил: — Ну что, раздеваемся и в водичку? Пора смыть с себя этот тюремный аромат!
В целом, все оказалось не так ужасно, как думалось. Особенно если закрыть глаза. Скелеты сновали по ванной почти бесшумно, подавая мне то одно, то другое. Только кости пяток по полу цокали. Бывший баронет исхитрился где-то добыть толстые белые перчатки. Уж не знаю, для каких целей они служили в реальности, но кости скелетона обтягивали хорошо. Я их не чувствовала, когда он тер мне спину и промывал волосы. К остальному я его не допустила. Хотя раньше никогда не смущалась прикосновениями камеристок. В правильности поступка убедилась, когда бывший эльф прокуренным голосом комично заныл:
— Ну, Повелительница-а-а-а-а!.. Дай хоть в посмертии пощупать принцессу!
Баронет тут же отвесил наглецу подзатыльник. На этот раз не настолько увесистый, чтобы эльф снова утратил голову. А я, неожиданно для самой себя, беззлобно фыркнула:
— Изыди, охальник! Кости сотрутся принцесс щупать!
На этом глупости закончились. Я спокойно завершила мытье и выбралась из бассейна, наслаждаясь чистотой тела. Барон ловко меня обтер. Потом не менее ловко и очень долго расчесывал мне волосы, пока они не просохли окончательно. После этого я перешла в руки портного и эльфа. А баронет, накинув плащ, как тот, кто лучше всех знает дворец, отправился добывать мне пропитание.
Я очень волновалась, как все пройдет. Опасалась, что придворные, разглядев, кто скрывается под плащом, поднимут скандал, кто-то доложит папеньке и меня снова упекут в подземелье. Настолько разволновалась, что даже почти не обращала внимания на то, какое белье и какое платье подготовили для меня скелетоны. Молча и не глядя натянула рубашку и панталоны, подождала, пока портной затянет на мне корсет, потом покорно подняла руки, надевая платье. Все это время я пыталась мысленно представить путь баронета по переходам дворца и предугадать, на кого он может наткнуться. А между тем эльф надел те же перчатки, что надевал баронет, и принялся за мою прическу…
Природный вкус и тяга к прекрасному, а также опыт прошлой жизни не подвели эльфа. Ни разу не дернув меня за волосы (в отличие от Доры!), он соорудил у меня на голове изящную конструкцию, которую украсил цветами и малым королевским венцом. Спускающиеся на левое плечо кокетливые локоны перевил серебряными нитями с жемчугом.
— Последний штрих, Повелительница! — с почтением сообщил мне портной и протянул на специальной подушечке выбранные им колье, серьги, браслеты и кольца.
Только в этот миг, глядя на украшения с розовым турмалином, я вдруг осознала, что скелеты обрядили меня в платье цвета клубничного пирожного. А я всю сознательную жизнь избегала подобных легкомысленных цветов: мало того, что блондинка, владеющая искусством смерти, так еще и розовые рюши носить? Открыла рот, чтобы возмутиться и потребовать себе другой наряд, и увидела себя в зеркале. Рот был со стуком закрыт. А в голове мелькнула дурная мысль: «Мне еще папочке мстить за подземелье. Да и он наверняка снова начнет активно меня сватать, так что нужно будет еще женихов отпугивать…» В общем, я молча взяла предложенное и надела.
Как раз в тот миг, когда я застегивала последний браслет, словно стоял за дверью и ждал именно этого, вернулся баронет, толкая перед собой тележку, заставленную посудой.
— Как все прошло? — поинтересовалась у него, стараясь не выдать голосом охватившего меня волнения. А ну как пора собираться снова в тюрьму, а я в розовом платье?
— Превосходно, — невозмутимо отозвался баронет, довольно ловко, как для мужского скелета, выставляя на стол накрытые крышками блюда. — Хотя повар поначалу пытался возмущаться, что кто-то смеет в его вотчину входить в верхней одежде. Пришлось напомнить, что я пришел за завтраком для принцессы Розамунды. И если его что-то не устраивает, он может сам отнести еду. После этого возражения прекратились.
Я фыркнула. Может, теперь уже у меня больше не будет проблем с прислугой?
Все познается в сравнении. Я осознала, какое это блаженство: чистая одежда и вкусная еда, лишь побывав в темнице. И сейчас откровенно наслаждалась каждым кусочком, каждым глотком. И между делом планировала, смакуя прекрасно приготовленную поваром рыбу, которая буквально таяла на языке, что предприму для того, чтобы проучить старшего брата, который ничего не сделал для того, чтобы вызволить меня из застенков. И в этот момент раздался громкий и уверенный стук в дверь…
Открыл эльф, сразу же отступая, чтобы впустить пришедшего внутрь. Я не видела кто там. Зато услышала потрясенное:
— Ске-эле-эт?..
Дальше опять начался цирк:
— Где?!! — с ужасом