Пока женщина хозяйничала на моей кухне, сложила в пакет десяток разноцветных ловцов снов, украшенных яркими бусинами. Думаю, малышам они пригодятся. Отлично помню, как каждую ночь в детском доме мы просыпались от криков и слёз тех, кому приснились кошмары.
Напившись чаю, раскрасневшаяся Анна Петровна отправилась на выход. Накинув старенькое пальто и неизменную чёрную шляпку, которая была как минимум моей ровесницей, женщина вдруг печально вздохнула.
— Сонечка, я чего приходила-то. Попрощаться хотела. Мужа на Дальний Восток переводят. Вот и решила убедиться, что у тебя всё хорошо, чтобы с лёгким сердцем ехать. Кстати, сколько я тебе за твоих красавцев должна!
— Ну что вы! Это ж для вас и детей, какие деньги⁈
— Я же знаю, что этой твой единственный заработок… — начала она вновь.
— Бесплатно! — безапелляционно отрезала я.
— Ох, ты ж мой маленький ангел! Обещаю, что буду звонить, как на новом устроимся. Хотя так я и не научилась нормально этими вашими мобильниками пользоваться.
На секунду душу сковал ледяной панцирь, и я глубоко вдохнула, чтобы не разреветься перед этой замечательной женщиной, которой и так было тяжело.
— Удачи вам! — крепко обняла воспитательницу, ощутив знакомый и родной запах нафталина, манной каши и сладкого парфюма.
Единственный близкий человек оставил меня. Как же так вышло, что в своём возрасте, когда у ровесниц есть куча подружек, поклонников, хотя бы просто знакомых, я совсем одна? В университете меня называли не иначе как «ботанкой», а порой и «чокнутой», за исключением тех случаев, когда просили списать лабораторную. Да и тогда не всегда сразу правильно вспоминали моё имя. Вот и первая красавица потока Оля Смирнова, неделю назад неспешно подошла ко мне, цокая высоченными каблуками, и томно попросила: «Таня, будь другом, дай скатать лабы!». Обычно я безмолвно протягивала тетрадь, но в этот раз глухое раздражение и обида вырвались наружу. «Оль, на три года обучения можно было уже выучить моё имя. Да, подружка⁈» — внешне спокойно поинтересовалась я, хотя внутри всё бурлило от эмоций. С тех пор количество требований помочь заметно сократилось, но и дразнить меня перестали, а гордячка Оля начала здороваться при встрече.
Но друзей у меня всё равно не появилось. Конечно, для них я казалась странной: невзрачная девочка, погружённая в мечты, засыпающая порой ни с того, ни с сего. Приступы внезапной сонливости, преследовавшие с детства, и превратили меня в белую ворону.
Свернувшись калачиком на диване, я попробовала задремать, но теперь, как назло, сон не шёл. Зато запястье, на котором красовалась свежая татуировка, горело огнём. Не хватало ещё занести какую-нибудь инфекцию из-за глупого желания украсить своё тело. Но я тут же отогнала эту мысль. Во-первых, этот поступок был взвешенным и долгожданным, во-вторых, я специально изучала отзывы о студиях и выбрала одну из самых лучших. Возможно, просто пришла пора обработать кожу, как и говорил мне мастер. Сняв защитную плёнку вновь залюбовалась тонкой искусной работой, — небольшое изящное изображение ловца снов — красиво, глаз не оторвать!
Мне показалось, или в рисунке, нанесённом чёрной тушью, вдруг мелькнули сиреневые оттенки?
— Ай! — невольно встряхнула конечностью, желая унять нарастающее жжение. Теперь рука уже полыхала, объятая пламенем цвета лаванды… цвета глаз загадочного незнакомца из сна.
— Соня, я тебя жду! — его манящий гипнотический голос раздался где-то рядом.
* * *
А вот и загадочный красавец, не дающий покоя героине!
2.1
Голова слегка кружилась, словно прыгнула со скалы в холодную воду. Такое я раз проделала на спор в детстве и с тех пор ненавижу две вещи: высоту и отсутствие дна под ногами. Судорожно вдохнув, резко села на кровати… Не на своей!
— Тише, всё хорошо! — рядом со мной засуетился кто-то, протягивая большую кружку с жидкостью, от которой шёл густой ароматный пар. Мозг ещё словно находился в заморозке, поэтому я послушно взяла предложенный напиток и сделала несколько глотков, прежде чем поняла, что нельзя принимать что-либо из рук незнакомцев.
— Где я? Что произошло? — тихо простонала, пытаясь сфокусировать взгляд.
— Ой, а ты ничего не помнишь? — тонкий девичий голосок с искорками смеха. Рыжеволосая девчушка из снов внимательно всматривалась в моё лицо с тревогой. — Ба, призванная, кажется, не в себе!
— Отойди, егоза! Видишь, тяжко ей после перехода! А ты пей, деточка, не бойся! — странно, но сейчас голос старухи звучал вполне терпимо, без визгливых приказных интонаций.
Вновь сделав пару глотков, почувствовала, как приятное тепло расползается по организму. Теперь можно и попробовать понять, что со мной происходит. Хотя, ответ очевиден!
— Я сплю⁈ — то ли поинтересовалась, то ли констатировала я.
— Ну вот, а ты говорила, что она небольшого ума! — выпалила рыжая девчонка, но тут же осеклась под строгим взглядом седой женщины.
— Конечно, спишь! Иначе бы наш мир тебя и не принял! — старуха задумчиво почесала острый подбородок, увенчанный крупной бородавкой.
— Раз так, значит, могу и проснуться! — довольная логичным выводом ущипнула себя со всей силы, но лишь зашипела от боли. Странно, почему проверенный способ не подействовал.
— Ишь, какая прыткая! Кабы всё так просто было! Попасть-то в мир возможно, а вот покинуть его… Ладно, узнаешь всё со временем. А теперь хватит колодой лежать. Лиска, принеси нашей гостье платье!
— Не надо мне никакого платья! Отпустите меня домой! Что тут происходит? — волна паники накрыла с головой, лишая способности соображать.
— А что последнее ты помнишь? — вкрадчиво поинтересовалась старуха.
— Мужской голос, зовущий меня по имени. Я уже слышала его во сне… Я просто захотела ещё раз взглянуть на его обладателя и очнулась здесь!
— Значит, всё действительно прошло как надо. Воля ходящей во сны — закон для сновидных пространств. Ткань бытия послушна твоей силе. Ты оказалась там, где и хотела. Думаю, наш Спящий принц объяснит всё лучше.
— Принц? Спящий? Вы ничего не путаете? В сказке же была принцесса! — несмотря на волнение, граничащее со страхом, мне вдруг стало интересно. — И как он что-то объяснит, если спит?
— Вот же неугомонная! Я не успеваю на твои вопросы отвечать! — старуха усмехнулась вновь, но на этот раз гримаса выражала скорее дружелюбие.
Глава 3
— Бабуль, чего делать-то? Тащить платье? — рыжая девчонка шмыгнула носом и переступила с ноги на ногу.
— Конечно! Почему ты ещё здесь? Живо неси! Не хватало ещё, чтобы господин увидал её в одном исподнем! Срамота какая! Разве может приличная девица в