— Это моё нутро чистоплотное о себе знать дает, — безмятежно сознался Жуфле. — Ты ж перебила. Не дала все свои регалии перечислить. Я уже неделю жду, когда ты соизволишь выделить время и выслушать, какой я распрекрасный! — без всякой иронии упрекнул он меня.
— Слушаю тебя, затаив дыхание! — театрально прижала я ладошки к груди.
Но мой интерес приняли за чистую монету.
— Я умею наколдовать чистоту, аромат, а в качестве бонуса еще и "обелить душу"! — убежденно заявил Мшастик. — Могу "выстирать" негативные эмоции или чужую магию с ткани. Кроме всего прочего, я, как никто другой, понимаю язык разного типа тканей и предметов. И являюсь без пяти минут шаманом между материальным и магическим бытом!
И нам с Солошлей оставалось лишь закатить глаза…
* * *
Весь оставшийся день горожане совсем не радовали нас своим вниманием. И только поздно вечером в лавку вошли двое. Пожилая, но весьма бодрая пара.
Мужчина с хитрым прищуром и тонкими усиками и женщина. В строгом темном платье и с тяжелой шалью того же цвета.
— Милая, — сказал он, подходя к вешалке с бельём, — а взгляни-ка, какое изящество. Могу себе представить тебя в этом, мм? — лукаво сверкнул лерд глазами, полагая, что их не слышно.
Мы с магическими чудиками стояли поодаль, чтобы не мешать знакомству с ассортиментом магазинчика.
— Ты с ума сошёл, Старофон!? — вспыхнула лерда. — Это же… это же… верёвка и три клочка ткани! Форменное бесстыдство!
— Вот и я о том же, — довольно крякнул ее супруг. — Давай-ка ты примеришь этот комплект, кхм-кхм. Глядишь, и молодость вспомним …
— Ты сможешь напялить этот срам только лишь на мой хладный труп, — пробурчала дама, но ее глаза то и дело переползали к полочке с вызывающим бельишком.
Вслед за ними зашла молодая парочка. Муж степенный, в сюртуке, как у нотариуса. Жена светловолосая, румяная, с глазами озорной кошки.
— Что это за непотребство? — нахмурился мужчина. — Драфийская чертовщина! Пошли, Дориния. Здесь нет ничего, что бы тебе подошло.
— Конечно, дорогой, — ответила его жена с самым целомудренным выражением на лице и покорно вышла.
Однако каково же было наше изумление, когда спустя три четверти часа обе дамочки вернулись в лавку! Смущенные, воровато оглядывающиеся на дверь. Но полные озорной решимости!
— Для... для танцевального кружка, — пробормотала молоденькая и подмигнула мне.
Боюсь представить, какими танцами могла бы баловать себя местная аристократия, если бы лерда говорила правду сейчас! Восточными, с оголенным животом??
Но, судя по неодобрительному бурчанию Мшастика, девушка покупала бельишко совершенно с другим прицелом!
Мне стало любопытно, как преподнесет пожилая дама в строгом наряде выбранный ею кружевной бюстгалтер, но она не опустилась до объяснений.
— Ну что, Жуфле, — сказала я, закрывая ставни за последними клиентами. — Думаешь, мы станем знаменитыми?
— О, да! Нас либо повесят, либо выпишут весь наш новый каталог! Причём, уверяю тебя, дорогуша, сделают это одни и те же персоны! — взорвался Жуфле сардоническим смехом.
Глава 8
Глава 8
С утра всё пошло наперекосяк. Нитки путались, ткань жила своей жизнью, а Мшастик уронил катушку с золотой тесьмой в чай.
Я вытащила её щипцами, выжала и поняла, что теперь у нас будет коллекция с ароматом жасмина.
— Слушай, Мшастик, а ты правда веришь, что нас не призовут к ответу за это бельё? — спросила я, расправляя что-то, похожее на махровый гамак для эльфийской белки.
Эту штуковину у меня заказал толстый мужичок с аккуратный бородкой, со змеиным языком и подозрительными наклонностями.
Расспрашивать мы, разумеется, не стали. Однако отныне одним из моих главных страхов стало увидеть во сне эротические игрища Василиска, которым представился лерд, и оборотницы-белки!
— Если только лет через 200, — отозвался Жуфле и шлёпнулся на подушку с вышивкой в виде танцующего грифона. — Ты сама посуди, пока молва выйдет из интимных будуаров, пока донесет новости до полицмейстерских ушей… А ведь по пути эти самые сплетни надо расширить, подробностями обшить, в клевету превратить… Идем дальше. Закона, запрещающего твою деятельность, как такого, ещё не выдумали.
— Смею предположить, это оттого, что никто подобным непотребством здесь ещё не занимался? — поддержала я стиль сегодняшней беседы.
— До такого противочешуйчатого кошмара Грисельда так и не доросла в свое время! — хихикнул Мшастик и вдруг как взмыл в воздух! — Но постой! Что это ты натворила со штанишками?? Это же... это же...
— Это стринги, Мшастик, — я их критически осмотрела. — Нужны стразы... но почти невидимые. Для поддержания этого волшебного блеска ткани.
— У них там в императорском дворце глаза повылазят. А у местной лавочницы по пошиву исподнего случится апоплексический припадок, — хмыкнул Жуфле. — Но я тобой горжусь. Какая беспрецедентная… отвага!
Я повесила новенький комплект рядом с бархатными халатиками на легком меху, заказанными Северным гнездом, и вышла встречать первых покупателей.
И вот тут началось настоящее веселье…
Прошло полчаса, я уже взялась за нанесение последних штрихов на завтрашние заказы, как вдруг в ателье нарисовался разгневанный мужчина.
Он ворвался, как будто им выстрелили из катапульты прямо из соседнего квартала, где торгуют тухлыми чарами и недобрыми намерениями.
— ГДЕ ОНА?! — громыхнул мужчина, так что у меня подкосилась нога.
Игла выскользнула из пальцев. И петля получилась растянутой на крохотной вышивке с фразой«не забудь снять перед трансформацией в волчицу» .
— Добрый день, — сказала я, придерживая на голове завязанный тюрбан из мерцающего белья. Мы заметили, что магическая иголка неравнодушна к моим волосам. И постоянно норовит вплести их в вышивку!
Вот и приходилось обезопасить себя при работе с ней.
— Вас интересует что-то кружевное или лучше обшить кольчугой? — предположила я, устремив взгляд на воинственно пыхтящего посетителя.
Он дышал, как разогретый вепрь. Противный, краснеющий, и с веной на лбу, которая прямо просилась в каталог "до и после успокаивающего отвара".
— Моя жена купила у вас... ЭТО!
Он вытряхнул из кармана кусок чего-то изумрудно-зелёного, с серебристыми рунными вставками и... ароматом мяты?... О, нет!..
— Узнаете?! — заревел мужчина, чью жену мы недавно отпаивали здесь успокаивающим чаем.
Бедняжка плакала и жаловалась, что поймала любимого на измене. А после скромно попросила нас сшить