Обычно я не рассказываю о конфликтах. Тем более столь подробно, но сейчас мне не хочется, чтобы ходили сплетни, хотя бы среди моих подруг!
— И даже друзья твоего Арслана поняли, что я не виновата! — Взять эмоции под контроль непросто. — И это они меня подвезли до города, потому что ты меня одну бросила.
— Ты же сказала, что Машка психанула и вызвала себе такси.
Не скрывая своих утепления, глядя на Регину, говорит Ксюша.
Очень язык чешется сказать, что Регина прекрасно знала, у меня не было с собой денег, но молчу. Достаточно уже высказалась.
Дальнейший диалог уже не ладился, да и настроение было испорчено. Мы разошлись по домам.
— Между прочим, я тебя предупреждала о том, что у Регины есть неадекватные заскоки, — уже перед самым домом произнесла, до этого никак не комментирующая ситуацию, подруга.
— Я помню. Но если честно, думала, ты просто ревнуешь.
— Конечно, я ревную! Мы с тобою с самого детства, вон с той песочницы, — взглядом указывает мне на детскую площадку.
С Мариной мы живём в соседних подъездах и с самого детства вместе. Марина, правда, на два года меня старше и закончила уже второй курс медицинского, а я только поступаю.
— Глупости, ты одна самая близкая.
— Что насчёт Арслана, Манюнь, ты пойдёшь к нему?
— А у меня выбор есть? Если бы я знала, что он всё ещё в больнице, то я бы позвонила ему, чтобы извиниться.
Правда, тут я немного лукавлю. Вряд ли его номер телефона так просто найти.
— Ты не виновата.
— Косвенно моя вина всё-таки есть. Ты, кстати, случайно не знаешь, в какой он больнице? В частной, поди, какой-нибудь.
— Нет. На удивление, он не захотел в частную клинику. Мама сказала, к ним практикантки новые пришли недавно. Он из-за них остался.
— Так он в нашей первой хирургии?
— Да. Мама завтра в смену заступает. Так что сможешь без проблем зайти.
— Это хорошо. А к нему вообще можно? Ксюха сказала, он только вчера в себя пришёл.
— Слушай этих сплетниц больше! Нормально с ним всё. Трещина в бедре небольшая, он только из-за неё в больнице. На днях его выпишут. Мама просто запретила распространяться. Вот я и не стала встревать. Пусть судачат.
4 Глава
* * *
— Привет! Можно к тебе?
Несмело заглядываю в палату, смотрю чуть боязливо. Как-то всё же я волнуюсь!
Парень, прищурив глаза, внимательно смотрит на меня, очевидно, пытается вспомнить, кто я такая.
— Проходи, — Арслан отложил в сторону книгу и чуть подтянулся, усаживаясь удобнее. Я же прохожу вперёд, останавливаюсь посреди просторной одиночной палаты. — Ты, я так понимаю, та самая Мармышка, которая выскочила на дорогу.
— Мармышка? — не скрываю своего удивления. — Ты мою фамилию знаешь?
— Ко мне полиция приходила.
— Ясно. — несмело делаю ещё несколько шагов ближе к парню. — Я извиниться пришла и сказать, что я не специально.
Капец! А извиняться, оказывается, это совсем не просто.
— Меня толкнули и… в общем, я Маша! — протягиваю руку для приветствия.
Арс несколько секунд смотрит на меня, и мне даже начинает казаться, что он не ответит мне, но всё же, неспешно, парень поднимает свою руку и касается моих пальцев. Он не сильно сжимает их и, на несколько секунд замерев, глядя в глаза, произносит:
— Арслан.
— Да, я знаю, — с меня словно оковы слетели. Я поняла, что Арслан зла на меня не держит и ни в чём не винит. Я даже заговорила куда более уверенно. — О тебе все говорят.
— Кто все?
— Две мои подруги учатся в меде, что рядом с твоим вузом. Они меня познакомили со своими подругами, и вот так… — развожу руки в стороны, жестом поясняю, как именно я узнала про парня. У меня даже появляется небольшая улыбка на лице.
— Всё, я понял, можешь не продолжать, — ухмыляется парень. А я лишь неоднозначно пожимаю плечами. Я в общем-то и этого говорить не хотела, просто не знала, как ещё можно было объяснить! — Тебе восемнадцать то есть?
— Почти. На следующей неделе исполняется.
— Очень жаль… — лениво произносит. — Придётся принять твои устные извинения, — как-то странно сказал парень эту фразу. И будто бы сам себе. — Так что обо мне говорят? Надеюсь только хорошее?
— Само собой! — кривлю губы в искусственной улыбке. И всё же мне немного волнительно находиться в палате незнакомого мне парня, но показывать этого я не хочу.
Разумеется, говорят про Арслана не только хорошее. Брошенные им девушки ругают его, но именно эта часть биографии парня мне совсем не интересна.
Я вчера вечером по телефону снова разговаривала о нём с Мариной. Когда-то она была влюблена в Арслана, хотя видела его всего один раз. А потом Пашку встретила. В общем, про Мамаева мне теперь много чего известно.
В пятнадцать лет парень потерял родителей. У него остался старший брат, который и воспитывал его.
Братья Мамаевы стали наследниками достаточно крупного состояния.
Они смогли выстоять, несмотря на то, что партнёры их отца активно пытались присвоить себе долю Омара Мамаева. Сейчас Арслан со своим братом не только грамотно продолжают вести дело своего отца, но и многократно смогли его приумножить.
Арслан и Камиль достаточно успешны. Оба молоды и невероятно красивы. Хотя я Камиля никогда не видела, лишь совсем немного слышала о нём. Но если он хоть немного внешне схож со своим младшим братом, вне всякого сомнения, он тоже красавец. Наверное, поэтому от девушек нет у них отбоя. По крайней мере, у Арслана точно!
Меня не хотел пропускать охранник, что сидит на входе в хирургическое отделение. Я рот открыть не успела, как он заорал: «Задолбали, ссыкливые щели». Я настолько ошалела, что не сразу нашлась, что ответить.
Охранник уже за локоть поволок меня на выход, когда ко мне дар речи вернулся. «Да пустите вы меня. Я к заведующей хирургии». И только после звонка Ульяне Владимировне, маме моей Маринки, меня пропустили.
— У тебя болит что-нибудь? — спрашиваю несмело. Этот вопрос действительно волнует меня. Неприятно осознавать, что кому-то из-за тебя может быть плохо.
— Нет, ничего не болит, — говорит, не сводя с меня своего взгляда. Мне даже становится неловко. Не то чтобы я не привыкла к подобному интересу, но до такой степени меня, кажется, ещё не изучали.
Я знаю, многих привлекают мои яркие зелёные глаза, что