Наконец, необычная процессия прибыла в совхоз Тойкино, как раз к началу весеннего сева. Из близлежащих деревень Хэл набрал рабочих, и через несколько недель сорок русских парней уже самостоятельно водили трактор...
Хэл понимал: успех дела зависит от того, какое участие примет в новом деле он сам. И он оставался со своим отрядом с первого дня до последнего, учил тойкинских парней управлять трактором, ремонтировал технику, а если надо, сам садился на трактор, пахал и сеял.
«Со всей округи стали приезжать крестьяне, умоляя прислать к ним трактор, чтобы вспахать землю (колчаковская армия и голод оставили эти районы совсем без лошадей). Хэл, пользуясь случаем, приводил трактор на небольшое поле крестьянина-единоличника, вспахивал полосу до межи и, слезая с машины, беспомощно разводил руками, показывая, что трактору не развернуться на таком узком участке. «Эти новые машины слишком велики для твоей земли, — говорил он крестьянину. — Ничего не получается». Но крестьяне уже видели длинную полосу, вспаханную так быстро, легко и глубоко, как не могла вспахать ни одна лошадь.
«А почему бы не объединить все отрезки вместе, что бы трактор все сразу вспахал?» Для тысяч крестьян Пермской губернии то лето принесло зачатки коллективного хозяйствования...»
Но нашлись и среди русских такие, кто поставил под сомнение добрую волю друзей. В Москву пошло письмо, в котором доброе дело бралось под сомнение — оказывается, и столь очевидное дело можно взять под сомнение. «А нет ли злого умысла у гостей из Америки?» — спрашивали авторы письма. В дело вмешался Ленин.
«Среди местных властей нашлись бюрократы, а может быть, и враги, которым не нравились успехи американцев, и они отправили жалобу в Москву... Ленин негласно прислал в совхоз своего представителя, который сообщил ему, что все, что делают американцы, полностью соответствует большевистской программе превращения отсталого мелкособственнического, непродуктивного сельского хозяйства в коллективное, современное сельскохозяйственное производство.
Ленин дал инструкции об оказании всяческой помощи американской группе...
К зиме Хэл подвел итоги: работа, ради которой они приехали, была выполнена. Они собрали большой урожай, вспахали 4000 акров под зябь, научили десятки молодых крестьян управлять трактором и направили пермских крестьян на путь коллективного хозяйства, который потом решил сельскохозяйственную проблему России.
Подарив совхозу тракторы и остальное оборудование и оставив на зиму Отто Анстрома, чтобы он помог русским обслуживать машины и передал свой опыт и мастерство, американцы уехали.
Отто прожил с крестьянами всю зиму и говорил мне потом, что это был счастливейший год в его жизни...»
Однако, возвратившись в Америку, Гарольд Вэр приступил к осуществлению нового начинания, имеющего целью помочь России, начинания еще более грандиозного и действенного. Новый план учитывал успех камского совхоза, как, впрочем, и его промахи. То обстоятельство, что последнее не обескуражило американца, свидетельствовало: если человеком руководит вера, его ничто не может поколебать.
«...Теперь Хэл задумал создать постоянно действующую образцовую ферму и сельскохозяйственную школу при ней, чтобы можно было разработать и внедрить в широких масштабах новые методы агротехники, наиболее пригодные к русским условиям. По его плану на этой ферме должна работать группа американцев, которая одновременно будет готовить русских специалистов.
Он понимал, что будущее советского сельского хозяйства — в механизированном кооперированном производстве. А так как это открывало новый большой рынок для американского сельскохозяйственного машиностроения, то вначале он надеялся заинтересовать соответствующие американские компании, рассчитывая, что они предоставят машины в кредит и направят в Россию опытных специалистов. Советское правительство охотно предложило свое сотрудничество. Несколько крупнейших фирм заинтересовались планом Хэла. Но когда дело дошло до финансирования, главы компаний отказались дать кредит. Быть может, из-за отсутствия дипломатических отношений и нормальных торговых связей между двумя странами, они воздержались от участия в этом начинании.
Увидев, что ему не удастся осуществить свой план в его первоначальном виде, Хэл решил искать другие пути — энергия предков-пионеров в нем сочеталась с его собственной неукротимой волей, не желающей признавать поражения. Убежденный, что можно собрать необходимую сумму среди частных лиц, он снова съездил в Москву, вооружившись новыми предложениями, которые были приняты Советским правительством, выделившим огромный участок земли для Смешанной русско-американской компании.
Следующие два года Хэл собирал средства, изучал продукцию заводов сельскохозяйственных машин, подбирал специалистов всех отраслей, которые соглашались ехать в Россию с семьями на несколько лет...»
Завидная энергия американца победила и в этот раз: он сформировал отряд, или, как он назвал его в этот раз, корпорацию. Можно думать, что работа в камском совхозе была не легкой — надо знать условия тех лет, чтобы представить себе это. Но Вэр решился предпринять новую миссию в Россию, и это, наверно, наиболее точно свидетельствовало о том, каким был сын Эллы Рив Блур и как верил он в счастливую звезду новой России.
«Хэл организовал корпорацию из двадцати пяти фермеров, механиков, техников. Им удалось собрать наличными и в кредит необходимую сумму в 150 000 долларов.
Советское правительство предоставило им 15 432 акра земли на Северном Кавказе, с хорошими полями, виноградниками, постройками, мельницей, скотным двором, но почти безо всяких машин.
Хэл и другие американцы приехали с семьями и стали жить и работать вместе с русскими...
За их работой внимательно следила Москва. Хэла пригласили принять участие в составлении программы механизации сельского хозяйства...
...Хэл проработал в Советской России девять лет. Когда стало ясно, что дело механизации сельского хозяйства в СССР победило и что русские крестьяне, объединенные теперь в колхозах, уже не так нуждаются в Хеле, как американские фермеры, он вернулся на родину, чтобы возглавить работу партии в области сельского хозяйства».
Такова история Гарольда Вэра. Что-то было в этой истории и беззаветно храброе, и бескорыстное, и истинно благородное. Сын был достоин своей матери. И было непередаваемо больно, что жизнь этого человека оборвалась трагически — вскоре после возвращения из России он погиб, попав под автомобиль...
Необыкновенная история Гарольда Вэра легла в основу рассказа «Дорога» в моей книге «Тропа» и пробудила память об этом человеке — я получил много писем, в частности, от тех, кто живет сегодня и трудится в местах, где действовал отряд Гарольда Вэра на Каме. У доброго дела долгая жизнь — нельзя забыть, что сделал для новой России этот