Вставать лень. Но это может быть мама или сестра. Нужно хотя бы написать им, что я в порядке и позже наберу, чтобы они не бросились объявлять меня в розыск в чужом городе.
— Извини… Мне надо ответить, — нехотя выползаю из Диминых объятий.
Коленки подрагивают, а внизу живота плещется лава, пока плетусь за телефоном.
Звонит Антон Витальевич Сазонов. Управляющий.
— Привет, Антош, — здороваюсь с моим бывшим парнем и новым непосредственным руководителем.
— Привет, Надежда. Прости, что поздно. Не помешал?
— Что-то важное? По работе?
— Да нет, я так, больше по старой дружбе…
Mise en place — французский термин, «всё на своих местах».
13
Дима
— Привет, Антош… Что-то важное? По работе? М-м-м… Это входит в мои обязанности, я все понимаю. Да перестань! Нет, я не обиделась. Честно… Да… Да… Как отпуск? Везе-ет… — Надя хихикает в моей прихожей, явно стараясь говорить как можно тише. В моих руках пульт. Гоняя режимы люстры по кругу, вполне отчетливо слышу каждое ее слово. — Да. Все в порядке… — Теплый свет. — А в чем дело?.. — Холодный свет. — Что ж ты мне сразу не сказал?.. Ясно… Уверена, это не потребуется… — Фиолетовый. — Конечно, Антон. Буду очень рада… — Розовый. — Ну, пока… Да… Ага… Тоже… Давай. — Синий.
Сука. Последний — прямо в цвет подъехавшего настроения. А хотелось бы — фиолетовый.
Предполагал, разумеется, что Надя общается с другими мужчинами, но конкретно этот заставляет еще и напрячься.
Антон? По работе?
Уж не сам ли региональный ей звонит? Он на часы смотрел — нет? Пол одиннадцатого.
А сама-то? Антоша? Что за фамильярность, я не понял?
— Звонил мой… — осекшись, Надя медленно огибает выступ стены и просачивается обратно в комнату, — наш управляющий звонил.
Я же ее запинку квалифицирую как что-то по Фрейду.
Жму на кнопку.
Нейтральный свет.
— Антоша? — вылетает отнюдь не нейтрально, а по типу претензии даже, и я выдаю виноватую улыбку, поясняя: — Из-за планировки здесь слишком хорошая акустика.
Надя возвращается ко мне на диван.
— Сазонов — мой давний друг.
— А, — киваю. — Ясно.
С Сазоновым последние пару месяцев я постоянно был на связи: ежедневные отчеты, фотоотчеты, зумы и прочие рабочие моменты. Он добавил меня в чат для директоров. И все уже было решено. Мне даже полиграф не нужно было проходить, так как давно в конторе числюсь на хорошем счету. Требовалось лишь продержаться без косяков пару месяцев. Тянуть планы. Все так и было. Я только что не ночевал в магазе.
И тут, здрасьте, Надежда Сергеевна нарисовалась.
Сазонов — мужик жесткий. С подчиненными церемониться не привык. Мне написал, что, мол, Дмитрий, так и так, у нас форс мажор, встречайте нового руководителя.
Выходит, они друзья… Давние.
Чушь.
В дружбу между мужчиной и женщиной я верю, примерно, как в снежного человека — кто-то где-то такое видел, но лично я только слышал.
И то, как с ним Надя разговаривала, наводит на определенные мысли.
— Он приедет сказал. Через пару недель.
— Да сколько можно? — закатываю глаза, комментируя предстоящий визит управляющего. — Вот только перед новым годом КРУшники голову мне делали.
— А что случилось?
— Ну прежнего директора же пнули. Косяков там было много. Проверяли потом все до самой последней скрепки.
— Да? Я не знала, — виновато выводит.
— Так и не расскажешь, как тебя к нам занесло, Надь? — особо внимательно беру ее в прицел.
— Видишь ли, у меня возникла необходимость… — мнется. — Обстоятельства так сложились, что я задумалась о ротации. Антон оказал мне услугу… Антон Витальевич… Когда-то мы вместе первый филиал в Сочи открывали. Ну как "мы"? Я продавцом только устроилась. Он был админом тогда. Потом поехал открывающим директором в вашу область. В Миасс. Там и остался. А ещё через несколько лет его повысили до регионального.
— Так ты не залетная, выходит, Надь, — делаю вывод. — Ты у нас блатная?
— Ну да… — пожимает плечами.
— А что за обстоятельства, если не секрет? — уже в наглую пру.
— Это… не очень интересная история, — уходит от прямого ответа.
— А я бы послушал… — ерзая, двигаюсь к ней. В дверь звонят. Я вынужден пойти и выяснить, кого там принесло в обход домофона. — Извини, я сейчас.
Смотрю в глазок. На площадке Света — соседка.
Оглянувшись, открываю.
Надя не может видеть входную дверь, но сам же недавно выяснил, какая слышимость в этой хате.
— Привет, — здороваюсь с соседкой.
Одета она по-домашнему: короткие шорты, майка, кроксы. Светлые волосы собраны в небрежный пучок. Без лифчика, как обычно. Замерзла, пока ехала в лифте с третьего. Соски торчат.
Ей двадцать четыре. Фигура, личико — сасная девочка.
Правда Света как-то сразу меня раскусила, потому никаких иллюзий в моем отношении не питает. Но иногда мы с ней трахаемся. Чисто по-соседски.
— Привет. Не сильно отвлекаю? Чем у тебя так вкусно... — сообразив по тому, как я придерживаю дверь, девушка гасит голос, заканчивая почти шепотом.
— Я… Да… Ко мне тут… — большим пальцем себе за спину указываю, давая понять, что сейчас не самое удобное время для визита.
— Ты не один! Извини! — дальше шепчет. — Я тебе звонила.
— У меня на беззвучном. Что-то срочное?
— Ты с девушкой? — говорит одними губами.
— Да.
— Соль мне дай.
— Что?
— Соль тащи живо! В кружку отсыпь! Ну! — торопит.
— Чё за херня, Свет? — не врубаюсь, что вообще происходит.
— Не тупи! — шипит на меня. — Скажешь ей, — пальцем в мою квартиру тычет, — что соседка приходила за солью. Неси! Да давай уже!
Ощущая себя дебилом последним, шаркаю на кухню и отсыпаю в эмалированную кружку со схематическим изображением Эвереста соль.
Взяв телефон, вижу целую вереницу уведомлений. Света мне и голосовое скинула, и звонила. Заодно смахиваю пуш с “Пьюра”. Еще и SMS от какой-то Анастасии прилетел.
Серьезно? Кто в наше время пишет SMS? Разве что мой дед.
— Держи свою соль, — вручаю Свете кружку.
— Спасибо! — вежливо и в голос отбивает. — Еще раз извини, что приперлась без предупреждения, — снова шепотом.
— У тебя-то как дела? — усмехнувшись, спрашиваю. Все же некрасиво будет вот так ее домой отправить. — Давно не виделись.
— Да… Так… Долго рассказывать, — безрадостно тянет.
— Ладно. Как-нибудь пообщаемся, — закругляюсь с ней.
Света подмигивает, жестом показывая, будто держит телефон.
— Соседка за солью приходила, — сообщаю Наде, направляясь к дивану с осторожностью канатоходца.
Ведь не вру по факту, а, почему-то, стремно.
— В наше время кто-то еще ходит к соседям за солью? — удивляется Надя.
— Ты, как будто, не веришь мне?
— Да нет… Тебе показалось. За солью — так за солью, — равнодушно