Запретная страсть для декана - Наталья Гордеевская. Страница 11


О книге
за спиной. — Постарайся не упасть на шипы. Не хочу потом объяснять ректору. почему на колючей проволоке наколоты два глупых зеленых глаза!

Я скрипнула зубами и поставила вторую ногу, раскинув руки в стороны для баланса. Проволока натянулась подо мной и зашаталась сильнее, а шипы опасно блеснули на солнце.

Понесло же меня! И что я хотела этим доказать и кому? Призналась бы, что не сумею, получила бы порцию насмешек, но зато точно не покалечилась бы.

Я сделала осторожный шаг вперед, боясь даже дышать, чтобы не рухнуть вниз. Кое-как удержалась на месте и перенесла другую ногу.

Во рту пересохло, а глаза заболели от напряжения.

Я всхлипнула, проклиная свое упрямство, и в этот момент потеряла равновесие, беспомощно взмахнув руками.

Из горла вырвался сдавленный крик, но странная чужая сила не позволила упасть. Она обхватила меня за талию и прочно удерживала на месте, будто я стою на твердой ровной поверхности.

Я растерянно обернулась на декана. Он демонстративно рассматривал деревья и, казалось, вообще не обращал на меня внимания.

Вот и хорошо, пусть не смотрит. Страх отступил, и я зашагала по проволоке, осторожно обходя шипы, и спрыгнула на землю. Едва ноги встали на твердую поверхность, как сила исчезла, будто ее и не было.

Может, мне от страха показалось?

Огненная яма дохнула жаром в лицо, и я закашлялась от горячего сухого воздуха. Обойти ее невозможно, только если пройти насквозь.

`Эва говорила, что можно откинуть пламя, но как и чем? Магии у меня не было.

— Страшно? — ехидно поинтересовался за спиной декан. — Тогда сдавайся. Еще успеешь на вечерний поезд.

Я упрямо замотала головой. Проволоку прошла и это пройду!

Надо разбежаться и перепрыгнуть. Чем больше разбег. тем меньше времени я проведу в пламени. Не должна сгореть, максимум, ресницы спалю, но это ерунда.

Я попятилась, попрыгала на месте, чтобы разогреть мышцы, и размяла шею.

— Да ну брось, — зло рассмеялся Морис, — ни за что не поверю, что ты прыгнешь. Ты же мелкая, тощая — куда тебе? Сил не хватит, рухнешь в яму и зажаришься до румяной корочки. Я тебя в коробке папаше и отправлю с запиской.

Я рванула с места, боясь передумать, зажмурилась и прыгнула, оттолкнувшись ногами так сильно, как только могла.

Языки пламени коснулись щиколоток, в спину что-то упруго толкнупо, и под ногами захрустел песок.

Я кубарем повалилась на землю, хрипло дыша, и уставилась на пламя, сквозь которое только что пролетела.

Сердце колотилось так сильно, что едва не выламывало ребра, кровь кипела, а в ушах стоял гул.

'Смогла! Действительно смогла!

Радость была такой сильной, что я вскочила на ноги и едва удержалась, чтобы не запрыгать от удовольствия.

— Выкусите, декан Морис, — прошептала я, глядя на ревущее пламя. — Ну и кто тут мелкая и тощая?

После этого все остальные препятствия дались намного легче.

Подтянуться на турнике смогла всего один раз, но смогла! Влезла на бревно, пыхтя и отдуваясь, выпрямилась, и от высоты закружилась голова.

Талию снова что-то сдавило, не давая рухнуть вниз, и ноги сами зашагали, будто это обычная прогулка по гладкой дороге.

Я спрыгнула вниз, и от напряжения не удержалась на месте, упав на землю.

— Я смогла, — шептала я, не веря своим словам, — неужели я действительно все это смогла?

На лицо упала тень: совершенно бесшумно подошел декан Морис.

— Вы самый жестокий человек, которого я только видела! — выпалила я, с трудом поднимаясь на ноги. — Зачемнаговорили мне столько гадостей? Не боитесь, что я наберусь сил и потребую извиниться за каждое слово?

— 0, как интересно, — процедил он, — на дуэль меня хочешь вызвать?

— А вы примете вызов? — бездумно ляпнула я, сжимаясь от ужаса от собственной смелости. — Вы сами видели, как я прошла всю вашу полосу! И без магии! Стану сильнее, и тогда.

— Без магии, да-да, — ехидно прервал меня Морис. — Давай так договоримся. Начни тренироваться вместе с остальными, и когда почувствуешь, что готова со мной сразиться, то я приму твой вызов. И даже магией пользоваться не буду. Посмотрим, сможешь ли ты заставить меня взять свои слова обратно.

— Заставлю, — запальчиво бросила я, сжимая кулаки, — вы просто не знаете меня!

Светлый немигающий взгляд остановился на моих губах, и щеки вдруг вспыхнули жгучим румянцем.

— Не стоит меня дразнить, Эльза, — хрипло ответил Морис, и мурашки закололи кожу тонкими иглами. — Это опасный путь. А то вдруг мне действительно захочется узнать тебя? Что тогда будешь делать?

13

Даниэль Морис

— Вы зачтете мне отработку? — прошелестела она в ответ, упорно пряча взгляд. — Я ведь прошла всю полосу препятствий, меня не за что отчислят.

Упрямая. Дерзкая. Настоящая заноза в заднице, которая еще доставит немало проблем. Мое чутье не ошибается.

Запереть ее что ли в комнате и выдать папаше, когда он решит свои проблемы?

Но она там смирно сидеть не станет. Найдет себе приключений и в четырех стенах.

— Пока, — я подчеркнул это слово, — отчислять не за что. Но ты еще успеешь заслужить, я уверен. Можешь возвращаться в казарму.

Эльза вскочила на ноги, растерянно оглядела полосу испытаний и задумчиво прикусила нижнюю пухлую губку.

И этот невинный жест заставил кровь вскипеть.

И с чего я решил, что дочь Альфреда еще совсем ребенок?

Возможно потому, что он без конца причитал: «Спасите мою малышку Эльзу»

Я был уверен, что найду в его доме маленькую девочку, дрожащую от страха. А в итоге мне досталась рыжеволосая искусительница с огромными зелеными глазами, которая, кажется, собирается испытывать меня на прочность.

— С ума сойти, — пробормотала она, — до сих пор не верю, что я справилась. У меня же нет дара, как так вышло?

А ты и не справилась. Бы…

Если бы не слишком «добрый» декан, который в нужное время направил и подтолкнул.

— Иди в казарму, — с нажимом произнес я, чувствуя, как внутри растет злость. — Или готовиться к завтрашним занятиям уже не надо?

Да, — спохватилась она, приглаживая выбившиеся пряди. — Иду. декан Морис.

Она бросилась по дорожке вперед, и я вздохнул с облегчением. Эмоции, которые я давно закопал поглубже и похоронил, рядом с ней почему-то поднимали голову и напоминали о том, что я все еще живой.

— Декан Морис! — выкрикнул запыхавшийся девичий голос. — Дежурный передал, что вас просили зайти к ректору.

Эвелина Рид, староста курса. любопытная, активная, перспективная и дико раздражающая. Везде сует свой нос, хочет быть первой и нравиться всем подряд.

Но хотя бы исполнительная. И присмотрит за новенькой, даже просить не надо. Наверняка уже

Перейти на страницу: