— Джо, послушай меня… Ганс… он…
— Алекс, она права… за любовь надо бороться! — вдруг сказал Макс.
Джо обратила взгляд на Макса, словно только сейчас заметила его. Джо улыбнулась.
— Он прав… любовь — это ведь самое важное. Я так любила Ганса. И наш сын… мы не можем жить без него…
Джо начала всхлипывать. Алекс видела неподдельное отчаяние на лице сестры и больше не могла сдерживаться. Слезы хлынули из ее глаз.
Все встало на свои места, и будто тяжкий груз упал с плеч. Джо сошла с ума, и этого не изменить.
Сейчас главное — спасти ребенка и ее. Не дать совершить ошибку.
Они начали медленно продвигаться к ней.
— Ты не должна умирать… а малыш… он такой маленький…
— Жизнь есть и после смерти, Алекс. Я хочу к Гансу, хочу к маме и папе. Хочу быть со своей семьей… — будто зачарованная, сказала Джо.
— Джо, подумай, можно найти и другие пути. Необязательно прыгать вниз… — мягко отметил Макс.
— Я не справлюсь сама… мне так трудно… — Джо погладила сына по щеке.
— Я твоя семья, Джо. Я обещала тебе всегда быть рядом. Пожалуйста, не делай этого. Потому что мне придется шагнуть следом за вами. Я без вас не смогу. У меня никого, кроме вас, нет…
Алекс не лгала. Отчаяние поглотило ее. Без Джо и вечных проблем, что она создает, жизнь Алекс просто теряла всякий смысл.
Она не переживет всего этого. Страх овладел ею. У нее должен был быть шанс.
— Я же сказала тебе, что помогу во всем. Мы вместе справимся, Джо. Мы просто должны пережить этот кошмар. Обещаю, я буду рядом и не оставлю вас…
Джо не сдерживала рыданий. Алекс подошла к подоконнику. Сестра смотрела вниз, удерживая на руках сына.
Алекс потянула к ним руки, и Джо отдала ей ребенка.
Алекс выдохнула, прижав к себе плачущего племянника. Ребенок замерз и уже начал хрипеть от долгого плача и зимнего ветра.
Алекс начала его укачивать, отходя от окна, но не сводила взгляда с Джо, которая отчего-то не торопилась слезать.
— Ты была права. Мой сын заслуживает лучшей жизни. Но я так больше не могу…
Джо хотела было сделать шаг, но Макс подгадал момент и схватил ее, стаскивая с подоконника. Она будто отключилась от мира, ни на чем не фокусировалась и была в себе.
Макс навалился на Джо. Она отчаянно закричала, начала биться в конвульсиях, напоминая больше бешенного зверя, а не человека.
— Ненавижу! Ненавижу вас! Это вы виноваты во всем! Вы!!!! Ненавижу тебя, Алекс!!! Ты всего меня лишила!!! Чтоб ты сдохла, тварь!!!
Макс удерживал Джо, не давая ей вырваться до самого прихода скорой, которая незамедлительно вколола ей успокоительное. Джо обмякла и уснула.
Алекс никак не могла успокоиться. Малыш не успокаивался, и она не знала, что делать. Ее сердце раскололось. Она думала о сыне Джо и страдала от гадостей, которые ей наговорила сестра.
Джо повезли в больницу. Алекс хотелось броситься за машиной, не позволить им увести сестру, но она не могла пошевелиться.
— Что с ней будет? — спросила Алекс у врача.
Доктор с некоторым сожалением посмотрел на них. Тот же врач, что лечил Джо вовремя пребывания в роддоме.
— Судя по тому, что я наблюдал, у вашей сестры серьезные проблемы с психикой. Не спешу ставить диагнозы, но могу предположить, что помимо ПТСР у нее мог проявиться психоз. Ей срочно нужна помощь. Она опасна для себя и ребенка…
Алекс сглотнула ком в горле. Больше врач мог не продолжать. Джо отправят в психиатрическую клинику, а значит, она больше никогда не увидит сестру.
Из таких мест не возвращаются.
Глава 39
Алекс не могла принять правду. За что им это все? Почему они? Как быть? Как жить дальше?
Малыш отчаянно плакал, а она не могла найти себе места.
Джо больше не будет прежней. Это конец для них.
Она не могла отпустить сестру, не могла осознать, что Джо травмирована.
Слепая надежда одолевала Алекс. Ей казалось, что любовь способна исцелять.
Но в случае с Джо не было места любви. Алекс старалась не думать о том, что с ней делал Ганс, пыталась с позитивом смотреть на будущее, но с ее попыткой уйти из жизни с сыном на руках все оборвалось.
Алекс чувствовала себя одинокой. Все чувства в ней испарились, кроме одного — желания защитить племянника несмотря ни на что.
Алекс пересилила себя и, едва сдерживая истерику, взяла на руки ребенка.
Малыш замер и вдруг перестал плакать, словно чувствовал, что это точка не возврата для них.
— Алекс…
Голос Макса вывел ее из мыслей. Она и забыла, что он здесь. Алекс подняла на него глаза, усаживаясь в кресло.
— Я хочу, чтобы ты ушел… — глухо сказала Алекс.
— Я не могу тебя оставить!
— Хватит играть в благородство! — язвительно сказала Алекс. — Уйди. Я больше не люблю тебя. Оставь меня…
Алекс не смотрела на него прежним взглядом. Вся любовь к нему в ее сердце улетучилась. К счастью, Макс не стал спорить и ушел.
Алекс даже не посмотрела ему вслед. Все кончено. Пускай занимается своей жизнью, младшим братом, а она займется своей.
Алекс понимала, что ей нельзя впадать в отчаяние — племянник и дед нуждаются в ней, а еще сестра.
Джо забрали в больницу. Вскоре ее отправят на лечение. Должен был способ вылечить ее, вытащить из состояния, в которое она попала.
Малыш уснул. Комната пропахла молоком и детской присыпкой — запахами, которые стали для Алекс почти родными.
Она осторожно положила ребенка на кровать, укладываясь рядом.
Они ничего не успели приготовить к его рождению. Похищение Джо, похороны Евы и бабушки Гвен выбили из колеи, и у ребенка не было ничего, кроме старенького кокона, который из жалости дали соседи.
Наутро Алекс отправилась в больницу. Предстоял непростой разговор с лечащим врачом о Джо.
Она собрала себя и племянника, отправившись в сторону больницы.
Шел снег. Город покрылся белой пеленой. Алекс не знала, как они выживут.
Скоро закончатся ее накопления. Неужели ей придется вернуться на ранчо, где случился этот кошмар? А малыш? Что будет с ним?
Джо лишат на него прав, и он отправится в детский дом.
От этих мыслей стало плохо. Но одно Алекс знала точно: она никому его не отдаст.
Она шла в больницу без надежды.
Что бы ни случилось с сестрой, отказываться от нее, Алекс не собиралась.
К удивлению, в коридоре