— Я дам тебе свои шмотки. Пока проходи. Я сейчас принесу что-нибудь.
Она кивнула, сняла ботинки, которые тоже были грязными, и прошла в туалет.
В комнате в огромном пустом шкафу, в котором всего на двух полках расположились все мои вещи, я взял обычные домашние спортивки. Покрутил их и понял, что они уже слишком заношены мной. Положил их обратно и достал те, что были новыми. Почти. Я их всего один раз носил. Простые серые спортивки.
Принес их в туалет, где дамочка сидела на корточках перед стиральной машинкой и что-то там изучала и водила пальчиком по кнопкам.
— Запустить? — спросил я.
Она чуть вздрогнула, будто испугалась и подняла на меня взгляд, продолжая сидеть на корточках.
В карих глазах виднелась растерянность и немой вопрос.
— Может… давай я просто сложу свою куртку в пакет? Вызову такси и поеду домой. От подъезда до машины ведь не замерзну в одной кофте.
— Понял, — кивнул я. — К детям торопишься. Тогда давай…
Я хотел ей предложить довезти её до дома хотя бы в своей куртке, пока её будет в пакете, но дамочка меня перебила:
— Дети у бабушки, муж на корпоративе до завтра, а я… А я просто хотела сегодня выспаться, — она подарила мне грустную улыбку и вновь отвернулась к стиральной машинке.
— Получается, тебе некуда торопиться. Можешь поспать у меня, пока твои вещи будут сохнуть.
— О, нет! — она ехидно усмехнулась. — Замужним тётям спать у красивых мальчиков нельзя.
Она вновь посмотрела на меня, будто решила снова убедиться в своём решение назвать меня красивым.
— Почему нельзя?
— Потому что я мама двух ангелочков, — напомнила она и, отвернувшись, тихо выдохнула. — И жена одного чёрта.
Она отложила телефон, который я не заметил у неё, на край ванны.
Я улыбнулся её заметке про чёрта. Но, глядя на неё, заметил, как поникли её плечи и взгляд уже не был устремлен на кнопки. Она опустила голову и взгляд в пол.
Похоже, настроение её стремительно ползло к отрицательной отметке.
— Как тебя зовут? — я понял, что не знаю её имени.
— Лена.
— Слушай, Лена, ты пока переоденься тут, умойся. Оставь свои вещи на машинке и иди в комнату. Я ими сам займусь, а ты пока отдохни.
— Сам?! — она так удивилась, что даже встала и повернулась ко мне. Заглянула в глаза, широко распахнув свои. — Сам постираешь?
— Ну, да, — я чуть нахмурился, не понимая, стебётся она или реально чему-то удивляется. — А что? Нельзя?
— Сам постираешь? Может, ты ещё и готовить умеешь?
— Умею.
— Офигеть! — тихо выдохнула она и взяла свой телефон с ванны. Навела на меня камеру и отклонилась назад, похоже, старательно делая фотки. — Кто ты? Инопланетянин? Сын маминой подруги? Я отправлю эти фотки в какой-нибудь музей. Или в Красную книгу. потому что ты точно вымирающий вид.
Она веселилась, смеялась и фотографировала меня с разных ракурсов, играя в назойливых папарацци в поисках «желтухи».
Я ей подыгрывал, прикрывая камеру рукой и местами позируя.
Понятно, что утром она протрезвеет и удалит всё сама. Но сейчас можно позволить ей поиграть.
В один из моментов она не удержала равновесие и стала заваливаться назад, рискуя упасть в ванну.
В узком пространстве туалета она была совсем близко, поэтому мне оставалось лишь поймать её за талию и интуитивно прижать к себе, чтобы удержать её на ногах.
Я почувствовал, как её дыхание сбилось, а затем замерло.
Улыбка на её губах померкла, взгляд тёмных глаз остановился на моих глазах.
— Я тебя почти не знаю, но ты так часто не даёшь мне упасть, — произнесла она, словно удивленно. Я не знал, что ответить, поэтому просто смотрел ей в глаза, продолжая слегка придерживать за талию. — У тебя тут шрам, — шепнула она едва слышно, коснувшись подушечкой большого пальца тонкой белой полоски, идущей от уголка глаза к виску.
— Неудачная драка, — я чуть прикрыл глаз, у которого она водила пальчиком, поглаживая шрам.
— Кто-то посмел бить такое красиво лицо? Ничего святого, — вздохнула она. — У тебя есть девушка?
Неожиданный вопрос.
— Нет.
— Я выложу твои фотки на каком-нибудь сайте знакомств, и мы найдём тебе девушку. Хорошую. Тетя Лена не даст пропасть такому красивому мальчику.
Я усмехнулся и отпустил её, создав в условиях узкого туалета хоть какую-то дистанцию между нами.
— Тётя Лена, может, всё-таки, уже постираем твои вещи?
— А, да! Это мне? — она указала на спортивки в моей руке.
— Да. Переоденься тут и оставь вещи в машинке. Я потом всё запущу.
Выходя и закрывая за собой дверь, услышал скромное:
— Я кушать хочу.
— Я приготовлю.
— Фантастика! А скажи ещё, — она веселилась, и это было забавно.
По крайней мере, в разы лучше той замороженной холодной статуи, коей я впервые увидел её в автосервисе.
Глава 13. Ваня
Она сидела на полу моей кухни в моих штанах и гладила Герду, которая ещё немного и потеряет сознание от избытка любви и нежности внезапно на неё обрушившихся.
Я готовил макароны с сыром и сосисками. Тупо потому что это единственное, что я умею приготовить на скорую руку.
— А ты знаешь команды? — Лена разговаривала с Гердой как мамочка говорит со своим ребенком. — Сидеть, — сказано это было е командным голосом, а очень милым. Почти писклявым. — Умница! Лежать… Молодчинка ты какая! — а это был уже переход на ультразвук.
Герда подхватила и завыла. Соседи снова вспомнили, что рядом с ними живёт хаски, дающая бесплатные концерты, хотят они того или нет.
— «Щас спою», — хихикнула Лена и подхватила её вой.
В красках представил, как соседи прямо сейчас точат вилы.
С трудом, но я смог им донести, что со мной проживает собака-распевака. Теперь нужно будет как-то объяснить им эффект задвоения воя.
— Ау-у! Воу-у! Ууу! — заводилой была Лена, Герда лишь подхватывала.
— Девчонки, нас сейчас выгонят из дома, — мягко намекнул им на то, что концерт затянулся.
— Ругается, — громким шёпотом, словно дразня меня, Лена разговаривала с Гердой. Хорошо хоть выть прекратили. — Мы потом допоём, да? Гулять пойдём и допоём.
Я слил воду с макарон, разложил их по тарелкам. С краю положил уже готовые сосиски, а сверху посыпал тертым сыром. Вроде, норм. Подумал о том, чтобы украсить зеленью, но её у меня не было. любой купленный пучок укропа или петрушки погибает в холодильнике, в котором ещё лежит ещё пару месяцев после своей гибели.
— Стол в зале, — сказал я Лене, унося туда тарелки.
Это даже не полноценный стол. Низкий журнальный столик, у которого я сижу на полу