Или…?
Я мысленно восстановила картину событий этого утра и поняла, что вполне могла оставить его на кресле в углу ангара, так как тогда на меня дула тепловая пушка, и я им обмахивалась.
Можно было бы попросить свой платок обратно, но, учитывая, что этот парень сегодня весь день ремонтировал машины, он наверняка уже не раз использовал его в качестве тряпки для масляных деталей авто.
В общем, этот платок больше не мой.
Мы выехали из ангара, Ваня выкрутил руль и выехал на трассу, а я засмотрелась на его руки.
Раньше было интересно наблюдать за тем, как Дима рулил. Я часто засматривалась на его руки, но, стоило мне самой получить права, как на его руки я смотреть перестала вовсе. Теперь я больше слежу за знаками, которые сам Дима часто любит игнорировать, за что нам прилетают штрафы.
А на руках парня залипла. Наверное, из-за яркого платка на его запястье.
— Слышите? — спросил Ваня.
— Что? — не поняла и прислушалась.
— Стука нет, движок урчит.
— Слышу, — кивнула я, мысленно мечтая о том, чтобы этот ненужный мне тест-драйв закончился, и я смогла поехать домой.
Парень свернул на одну из улиц, немного проехал и вдруг ускорился.
Мотор перестал урчать и резко перешёл на рёв. А мы мчались по плохо освещенной фонарями улице, рискуя прокатить на капоте прохожих, которые тоже оказались не готовы к такому заезду.
— Что вы делаете? — я обеими руками вцепилась в ремень безопасности.
— Проверяю, — спокойно бросил Ваня.
Я посмотрела на него и поймала его взгляд на себе за мгновение того, как он вновь отвернулся на дорогу.
— Что проверяете? Как быстро я поседею? Остановитесь!
Этот идиот, похоже, решил устроить дрифт на осеннем льду.
На очередном повороте нас занесло. Меня откинуло на парня и я вцепилась в его руку поверх своего платка.
Картинка за стеклом кружилась. Я визжала, как поросёнок, и мысленно прощалась с детьми.
Дыбом встали все, даже сбритые накануне, волосы.
Увидев свет фар мчащей на нас встречной машины, я зажмурилась и приготовилась принять смерть.
Машина резко остановилась. Всё затихло, заглохло. Я забыла, как дышать.
Очнулась от тихого смешка над самым ухом.
— Дерзкая малышка, но послушная, — хмыкнул Ваня самодовольно. — Всё-таки, старушки лучше.
Я отмерла. Отпрянула от парня, которого всего мгновение назад крепко держала за руку и прижималась к его плечу.
— Идиот! Дебил! Придурок! — кричала я и била его ладонями по плечу, торсу и руке, что были ближе всего ко мне. — Конченный!
— Эй, дамочка! Хорош! — парня лишь веселила моя истерика. Он лениво прикрывался от меня рукой и тихо подхихикивал. — Всё было под контролем.
— Под контролем?! — выпалила я, уже начав бить его сумочкой. — Что именно у тебя было под контролем сейчас?! Билет на приём к патологоанатому? Вход в рай? Ненормальный! — на этом слове я успокоилась. Откинулась на спинку кресла и выдохнула, прижав ладонь к груди. — Господи…
Я прикрыла глаза и постаралась дышать ровнее, чтобы усмирить колотящееся в груди сердце.
— С вас, кстати, четыре тысячи, — напомнил о себе парень.
— Сколько?! — я резко открыла глаза, повернула голову и уставилась на парня. — Ты чуть не угробил нас, а теперь за это просишь деньги?
— Возможно, сейчас я перегнул. Не спорю. Но услугу я вам оказал. Машина едет и не кашляет.
— Ну-ка, открой дверь, — я сделала вид, что настроилась на деловой лад и первая вышла из машины. Пока парень тоже выходил, я успела обойти капот и перехватить водительскую дверцу. — В сторону, — бросила я повелительно, даже не глянув на парня.
Села за руль, хлопнула дверью и слегка вздрогнула, услышав стук в стекло.
Резко втянув носом воздух, чтобы не кричать и не материться, опустила стекло и вопросительно дёрнула головой, посмотрев на идиота, стоящего у машины.
Он наклонился и опёрся локтем о дверцу.
— Можно переводом, но лучше наличкой, — с ухмылкой протянул Ваня.
— Можно ты пойдёшь в задницу, но лучше — нахрен, — процедила я, глядя ему в глаза. — Ты нас чуть не угробил. Я могу и заявление на тебя подать, квалифицировав твои действия как угон. И всё это с угрозой для жизни.
— Серьёзно? — парень насмешливо повёл бровью. — Как же скучно ты живёшь, если эта поездка для тебя что-то из ряда вон…
— А это не твоего ума дело, мальчик, — меня задели его слова. — И кстати, этой мой платок.
Я взглядом указала на его запястье.
В глазах парня на мгновение вспыхнуло удивление, но оно тут же сменилось нарочито скучающим выражением лица.
— Вернуть?
— Нет. В сторону, — бросила я. Нажала кнопку поднятия стекла, из-за чего парню пришлось убрать руку и выпрямиться. Сняв машину с ручника, тронулась с места, уезжая отсюда как можно дальше.
Глава 4. Ваня
Свою работу я привык делать в наушниках.
Сегодняшний день не стал исключением. Разве что появился раздражающий фактор в виде рыжей девчонки, ожидающей своей тачки на кресле.
Правильнее будет обозначить, что эта машина не её, а её богатенького папы — маленькая, но очень важная деталь, которую мажоры, подобные ей, предпочитают не оглашать. Словно они сами по себе чего-то стоят без денег своих родителей.
К детишкам богатеньких родителей я был бы более лоялен, если бы каждый из них вёл себя достойно и без понтов. Но, к сожалению, таких не бывает.
Хотя…
Эта рыжая может стать первым исключением в этом правиле.
Пригнав машину, она мило улыбалась, а в разговоре держала себя достаточно ровно, без мажорских заскоков. А сейчас она пялилась на меня и мило опускала кукольные глазки, стоило мне посмотреть на неё в ответ.
Милашка. Но тупая.
Попросила меня посмотреть «толосол» и «вакабулятор».
Мужики с сервиса чуть не сдохли от смеха. В принципе, я бы с радостью «сдох» с ними, но мне пришлось держать лицо и пообещать ей, то я всё проверю.
Во-первых, в её дорогой тачке, наверняка, всё отлично, и девчонка придумала лишь повод, чтобы сюда заехать. А, во-вторых, подобные ей дают хорошие чаевые. А деньги мне нужны.
Да и работа непыльная. Быстро всё проверю, и смогу приступить к действительно интересному случаю, который мне утром подкинула суровая дама в сером пальто.
Седан конца девяностых — это неубиваемая классика. Это почти новогодняя ёлка, в которую хочется вкинуть новую деталь и хуже она от этого не станет.
А ещё я рассчитываю прокатиться на этой малышке вечером.
— Ваня, а можно я оставлю машинку до вечера? — рыжуля выпятила