Поток между нами чуть дрогнул — я резко встряхнула плечами, не позволяя себе закрыть глаза. Держи себя в руках, Юкка. Ты выбрала страх — не перепутай.
Я глубже вдохнула, снова сфокусировалась на том холодке, который шёл к нему по тонкой серебристой ниточке. Лишнее желание оттолкнула глубже — туда, где оно будет только моим.
И взглянула ему прямо в глаза, так спокойно, будто ничего этого не было.
Аскер всё это время смотрел на меня с тем самым выражением: как будто знал каждую искру, что пробежала под кожей. А потом он чуть прищурился, глядя мне прямо в глаза, и вдруг, будто между делом, спросил:
— Ты с этим своим целителем давно так… близка?
Слова прошли мимо меня, почти не коснулись. Потому что всё, что я слышала в голове, — это не голос Элайна и не его руки на моём плече. Это был совсем другой жар.
«Если птичка сама летит в клетку, кто я, чтобы ей мешать»
Я снова видела, как он тогда склонился надо мной на той проклятой вечеринке — как жарко и лениво он целовал меня, как пальцы скользили по моей спине, будто проверяя, где я дрогну.
От этого воспоминания внутри что-то шевельнулось так резко, что серебристый поток едва не рванулся в сторону — вместо холода снова на миг полыхнула дрожь, горячая и сладкая. Я едва не дернулась и не оторвала ладони.
— Что? — пробормотала я, не сразу понимая, что он меня спросил.
— Про целителя. Вы с ним… — Аскер почти ласково улыбнулся, будто специально смаковал каждое слово. — Он хорошо целуется?
— Очень. То есть нет. Не знаю. Аскер! — выдохнула я и тут же ненавидела, что голос дрогнул. Я всё ещё видела перед глазами совсем другие руки. Совсем другие губы.
Волна желания подступила так сильно, что я едва не закусила губу — пришлось прижать её пальцами, чтобы хоть чуть-чуть вернуть себе голову.
— Всё. Хватит. — Я выдохнула, глядя на него снизу вверх. — Давай закончим.
Аскер чуть кивнул — и я увидела в его глазах не насмешку, а что-то, что было ещё хуже: этот хищный интерес, как будто он только что понял, какой рычаг у него в руках.
Аскер чуть сильнее сжал мои ладони в своих, и серебристый поток окончательно стёк, растворяясь в воздухе. Я почти физически почувствовала, как от него внутри остаётся только это странное послевкусие — горячее, липкое, и почему-то чертовски личное.
Он склонил голову ближе, улыбка лениво растянулась:
— Ну что, Юкка… хочешь знать, что я почувствовал сильнее всего?
Я уставилась в его глаза, хотя внутри всё уже трещало от догадки.
— Говори, — процедила я.
— Желание. — Он сказал это так просто, почти обыденно, но во взгляде плясал откровенный азарт. — Сильнее всего я ощутил желание. Забавно, да? Никто обычно не выбирает это для тренировок.
Он склонился чуть ближе, и я едва не отшатнулась.
— Хочешь, чтобы я это запомнил? Чтобы знал, какая ты, когда тебя хочется? Может, даже составлю конкуренцию твоему целителю…
— Нет, — отрезала я жёстко, почти выдыхая это слово сквозь зубы.
Он рассмеялся тихо, медленно отпуская мои руки, но взгляд не отпустил.
— Ну как знаешь, злюка, — прошептал он, так что щёки у меня загорелись, — но мне всё равно интересно… И понравилось тоже.
Он чуть отстранился, будто снова стал обычным студентом. В его глазах всё ещё горел этот свет, слишком живой и слишком притягательный.
Чёрт бы его побрал.
Глава 15
После занятия я едва успела шагнуть к выходу, как тёплая ладонь легла мне на плечо — уверенно, но не навязчиво. Элайн подошёл так тихо, что я вздрогнула только от его внезапного тепла за спиной.
Он наклонился чуть ближе, чтобы мне не пришлось разворачиваться, и посмотрел в глаза — спокойно, без лишних слов.
— Всё в порядке? — тихо спросил он, чуть приобняв меня за плечи. — Не получилось?
Я хотела что-то буркнуть, но позади раздался этот ленивый голос — как нож по стеклу:
— Всё у неё получилось, целитель.
Мы оба обернулись — Аскер стоял, облокотившись о косяк, в глазах всё тот же блеск.
— У Юкки отличная склонность к Общественной магии, — проговорил он, и этот его «Юкка» будто скользнул мне по коже. — Если твоя девушка выберет это направление на распределении, я лично прослежу, чтобы ей было с кем тренироваться.
Элайн чуть прижал меня к себе, будто между нами и этим взглядом нужно было поставить стену.
— Если Юкка будет на Общественной магии, — спокойно сказал он, но голос прозвенел холоднее обычного, — она справится и без твоей помощи.
Аскер усмехнулся и шагнул обратно к группе, явно не собираясь спорить.
— Пойдём, — сказал Элайн уже мне и мягко подтолкнул к выходу.
Я не сопротивлялась. Честно говоря, мне хотелось уйти от этого взгляда и этой ухмылки как можно дальше.
Когда мы вышли в тихий коридор и дверь закрылась за спиной, Элайн чуть сбавил шаг и склонил голову, глядя на меня в профиль.
— А чего он вообще решил, что ты моя девушка? — спросил он негромко, но глаза у него блестели странно серьёзно.
— Не знаю, — выдохнула я. — Но меня он и Эртан уже дважды это спросили.
— А ты? — Он чуть замедлил шаг. — Ты что ответила?
Я уставилась на свои ботинки. Этот разговор был слишком странным, и я не понимала — почему от него так горячо под кожей.
— Я не ответила. — Мои слова повисли между нами, как что-то неловкое.
Элайн вдруг выдохнул, чуть улыбнулся уголком губ.
— Ладно. Пусть думают, что ты моя девушка, — сказал он неожиданно спокойно, но рука его чуть сильнее коснулась моей спины. — У меня всё равно никого нет. Целее будешь.
И сказал это так ровно, что я не знала — смеяться мне или спрятаться в его рукав.
А внутри всё равно что-то дрогнуло.
На следующий день я честно вытерпела ещё два занятия — в разных корпусах, с разными наставниками. Элайн меня проводил, приободрял перед дверью, говорил что-то вроде «Сегодня ты точно почувствуешь свой поток», но внутри у меня уже тихо подвывала пустота.
Первое занятие — боевики. Сначала я думала, что они ничем не отличаются от стихийников, но я ошибалась. Они использовали не только стихийную магию, а казалось, всю доступную, если она могла использоваться в бою.
Вот только у меня ничего не получалось.
Все вокруг хлестали своими потоками, кто-то призывал пламя, кто-то воздух сгущал в острые лезвия.