— Отвали, — рявкнула я, не выдержав.
— Не хочешь слушать правду? Ты как была неудачницей, так и останешься. И ни хрена у тебя не получится. Все, кто был рядом с тобой, уже поняли это. Один сбежал, второй вот-вот сбежит. Ты…
Он вдруг замолчал, резко схватившись за голову. Лицо его скривилось от боли.
— Это ты, гадина⁈ — процедил он, пошатнувшись.
— Это я, — раздался знакомый голос. Ледяной, бескомпромиссный.
Я резко обернулась. Аскер стоял в нескольких шагах, руки в карманах, взгляд — в упор на бывшего.
— Ты извиняешься. Сейчас же.
— С чего бы это?.. — прошипел тот, но снова скривился, словно внутри его что-то разрывали на части.
— Я повторять не буду. — Голос Аскера не повышался, но в нём было что-то, от чего хотелось провалиться сквозь землю.
Бывший вскинул на него яростный, униженный взгляд.
— Прости, — выплюнул он в мою сторону.
— А теперь проваливай, пока я не передумал, — добавил Аскер.
Тот бросил на нас последний злобный взгляд и быстро ушёл прочь, шатаясь от остаточной боли.
Аскер не посмотрел на меня. Только сдержанно сказал:
— Эртана с ним слишком мягкий. Я бы давно уже выкинул его за ворота.
Я не успела ничего ответить — он уже разворачивался, направляясь прочь.
— Аскер… — выдохнула я, но он не обернулся. Просто ушёл. Оставив меня стоять одну посреди коридора, всё ещё полную гнева, стыда и чего-то похожего на благодарность.
Глава 40
На следующем уроке я не понимала ровным счётом ничего.
Я сидела, как будто присутствовала только телом. Слова преподавателя проходили мимо ушей. Магические формулы путались в голове, а примеры казались бессмысленным набором букв. Перед глазами всплывали лица — Элайн, с его странной сдержанностью и напряжённой заботой… и Аскер. С его взглядом, голосом. С тем, как он просто ушёл, не глядя на меня.
«Что вообще происходит?..» — мысленно простонала я, но заставила себя сесть ровнее.
Нет. Хватит. Не зацикливаться. Не думать. Сегодня… сегодня вечеринка. Лёгкость. Прочь из этой эмоциональной каши.
После пары я сразу направилась в свою комнату. Захлопнула за собой дверь, сняла форму и долго стояла перед шкафом, разглядывая вещи. Я хотела чего-то… необычного. Хотела быть красивой. Хотела смотреться так, чтобы никто — ни Аскер, ни бывший, ни кто бы то ни было — не усомнился в том, чего я стою.
Мои пальцы перебирали ткани. Я доставала и откладывала платья, рубашки, даже академические мантии. Ничто не казалось подходящим.
Пока взгляд не упал на платье, которое я ни разу не надевала.
Оно было странно не по-академически красивым. Облегающее, тёмно-синее, почти чёрное, с полупрозрачными рукавами и высоким разрезом сбоку. Глубокий вырез, подчёркивающий ключицы и шею, тонкая ткань, струящаяся по телу, словно вторая кожа.
Я приложила его к себе, посмотрела в зеркало. И не узнала себя.
Это было не «скромное» и не «разумное» платье. Это было… дерзко. Смело. Ярко.
— Будь такой, — сказала я себе тихо. — Не жертвой. Не растерянной. А собой.
Я надела платье. Уложила волосы, слегка подвив пряди. Добавила немного блеска на губы и румянца. Обулась в туфли на небольшом каблуке.
И когда снова взглянула в зеркало, увидела не ту, кто плакал ночью.
Я увидела девушку, которая знает себе цену.
Я улыбнулась себе в зеркале. Быстро, чуть нахально. Как будто говорила: «Ты справишься. Даже если весь этот день пошёл наперекосяк — вечер будет другим».
Окинув себя последним взглядом, я вышла из комнаты и направилась туда, где обещали веселье. Сначала шаги давались тяжело, но с каждым метром становилось легче. Я словно входила в роль — и роль эта нравилась мне всё больше.
Вечеринка проходила не в учебном зале и не в столовой, как я ожидала, а в старом зимнем павильоне рядом с корпусом целителей — красивом полупрозрачном строении из стекла и камня, заросшем виноградом и цветами, с высокими арочными окнами. Когда-то тут, видимо, проводили лекции на свежем воздухе, но сегодня всё было по-другому.
Повсюду горели магические светильники, создавая мягкое, тёплое сияние. Лёгкая музыка лилась из ниоткуда — кто-то точно поработал с акустикой. Воздух пах лавандой, виноградом и сладкой выпечкой. По углам стояли столы с закусками, фруктами и напитками, и на удивление много учеников уже танцевали посреди зала. Кто-то смеялся, кто-то пил, кто-то просто болтал в компании.
Я замерла у входа, медленно скользя взглядом по толпе.
К моему удивлению, тут были не только целители.
Я заметила несколько девушек с боевого факультета, одного преподавателя стихийников, а вон там — кажется, тот самый настойчивый староста из общака. Всё было куда более масштабным, чем я думала. Видимо, «внутрифакультетская» вечеринка была всего лишь ширмой. На деле это было что-то вроде закрытого бала, о котором знали только «свои».
— Юкка! — меня окликнули с правой стороны.
Я повернулась и увидела одну из девушек-целительниц, что и приглашали меня. Она радостно махала, уже держа в руках два бокала с чем-то сверкающим и золотистым.
— Ну ты просто огонь! Платье… уф! — Она вручила мне бокал, осмотрела с ног до головы и подмигнула. — Если кто и может затмить сегодня всех, то это ты. Пошли, нас уже ждут!
Я кивнула, приподняла губы в лёгкой полуулыбке и сделала первый глоток. Напиток был сладковатым, с лёгкой ноткой пряностей и тепла.
И пусть день был тяжёлым, я почувствовала: ночь начинается иначе.
Я только сделала второй глоток, как из толпы появился Элайн. Он остановился, словно его ударило током, и уставился на меня с выражением, которое трудно было истолковать иначе, как восхищение.
— Ты… — Он провёл взглядом по мне медленно, будто не верил своим глазам. — Юкка, ты сегодня просто сразила меня. Даже если бы я и хотел — не смог бы отвести взгляд.
Я чуть улыбнулась и покачала головой.
— Ты преувеличиваешь.
— Ни капли, — серьёзно сказал он. — Ты самая красивая девушка на этом вечере.
Он протянул руку, и я вложила в неё свою. Он бережно сжал мои пальцы.
— Пойдём? Я хочу, чтобы все видели, какая у меня партнёрша.
Мы вышли на импровизированную площадку для танцев. Музыка была приятной, ритм — мягким, и Элайн, как всегда, двигался легко, ненавязчиво направляя меня. Я чувствовала себя защищённой, словно мы оказались в собственном маленьком мире.
— Надеюсь, ты чувствуешь себя хотя бы наполовину так же хорошо, как выглядишь, — сказал он тихо, склоняясь ближе.
— Честно? Да, — улыбнулась я. — Первый раз за долгое время.
Он чуть склонил голову,