— Ты был очень занят, не хотела беспокоить, — слащаво улыбаюсь, а глазами готова прибить. Всем видом показываю, что в курсе, чем занимался, и что опять на меня повесил. Брат не ведется, прикидывается валенком.
— Что говорят врачи?
Лева игнорит мое недовольство, отпускает руку и заглядывать в тумбочку. Увидев фрукты, причмокивает и без зазрения совести начинает все вытаскивать и пробовать. У меня от возмущения на некоторое время пропадает голос. Вот бы вломить ему по самое не балуйся. Чтобы мозги в черепушке сдвинулись в места.
— Жить буду, и как только встану на ноги, дам тебе ногой под зад, — шиплю, сохраняя на губах лучезарную улыбку.
Братец что-то невразумительное мычит, запихав в род целый мандарин. Прикрываю глаза. Это мое наказание. Карма. Я, наверное, отрабатываю свои грехи в прошлой жизни, иначе как объяснить, почему мне не повезло с братом, с ногой, ситуацией вообще. Никогда не думала, что придется из-за долгов, причем не своих, продаваться мужчине. Поджимаю губы. Настроение летит в тартарары.
— Кстати, Захар передавал привет. Я ему сказал, что ты в больнице, потом с ним рассчитаешься, — Лева вытирает ладонью губы, берет шоколадки и запихивает в рот. Ненавижу.
— А сам не хочешь разобраться со своими долгами?
— Так он по девочкам, — ухмыляется брат, отпивая сок из упаковки.
— А ты значит у нас по мальчикам?
— С дуба рухнула! — возмущается, чуть не подавившись. Если подавится, не сдохнет, в больнице находится. Персонал бы спас, правда, спасать такого отстойного человека неблагодарное дело.
Глядя на Леву, вспоминанию, что попросила Амаля позаботиться и об лечении брата. Знаю, нет волшебной пилюли, чтобы вылечить игромана. Тем более человек не признает себя больным. Брат считает, что Фортуна не на его стороне, но однажды повернется к нему передом, а не задом, и он обогатится. Пока никакого богатства у Левы нет, только убытки, только долги, растущие как снежный ком. Сейчас я начинаю переживать, как бы Амаль не передумал по поводу нашего договора. Вдруг ему в поездке встретится более покладистая и без завышенных требований девушка, что мне тогда делать?
— Чем ты сейчас занимаешься? — осторожно спрашиваю, надеясь, что разговор не спровоцирует брата на скандал. Он может устроить истерику, если его чем-то обидеть. Причина может быть банальная, не сразу и поймешь, чем задела.
— Сижу дома, просматриваю вакансии.
Слова брата меня обнадеживают, но радуюсь я недолго, вспоминания, что все мысли о работе заканчивались на этапе «позвонить и договориться о собеседовании». Лева, конечною, иногда где-то да подрабатывал, ибо мелочь у него всегда была в карманах. Купить продукты, оплатить коммуналку — не в состоянии, а вот там семки да на проезд, деньги были. Одежду я ему покупала по сезону. Обувь брала дешевую, так как она на нем просто горит. Себя тоже ограничивала в шопинге. Все самое необходимое. Каждая копейка считалась, ибо долги то уменьшались, то росли. Интересно, каково это жить, не думая о том, хватит ли тебе денег на молоко или обойдешься дешевой газировкой.
— Лев, — брат внимательно на меня смотрит. — Я хочу, чтобы ты прошел лечение…
— Не начинай! — перебивает, выставив руку, будто блокируя мои слова. — Я здоров. Ты просто вбила себе в голову, что я игроман, но это не так. Да, люблю играть в азартные игры, но это не болезнь, это особый вид отдыха.
— Твой отдых выходит мне боком, — чеканю каждое слово, жестко смотря на брата. — У тебя выбор небольшой: либо лечишься, либо расхлебываешь все сам!
— Расписки то на твое имя, — непробиваемо и уверенно заявляет Лев, ловко очищая мандарин. — Все знают, что ты меня не бросишь, найдешь деньги и оплатишь долги, так что… — поднимает на меня глаза. — Не мути воду.
— Я сейчас предельно серьезна, — приподнимаюсь, стараюсь не морщиться от боли в ноге. — Ты лечишься, я продолжаю о тебе заботиться. Если нет, иди лесом.
Что-то щелкает в голове Левы. Взгляд становится серьезным, губы поджимает. Я тоже предельно собрана, смотрю на брата без намека на шутку. Мне его жалко, он мой единственный родственник, но и жить мне хочется, а не вечно пахать на его долги. Я немного блефую, потому что Лева как оставлял расписки, так и будет дальше оставлять на мое имя. Меня будут искать, но вдруг что-то изменится, если начать сопротивляться.
— У тебя все равно не денег на лечение, — выдает брат, перестав выглядеть так, словно решалась его судьба. Улыбается и не воспринимает мои слова.
Именно в этот момент понимаю, что сделаю все возможное, чтобы держаться от него на расстоянии. И если в этом вопросе мне нужно будет обратиться к Амалю, потом ему отплатить по полной программе — я сделаю это. Отчаянные люди идут на самые отчаянные поступки.
— Иди домой, Лев, — тихо прошу. — И не приходи ко мне больше.
— Городишь какую-то чепуху, — Лева сгребает шкурки от мандарина, засовывает их в пакетик. — Звони, если что потребуется, хотя судя по всему, тебе есть к кому обратиться, — смотрит на планшет. — Хороший гаджет. Наверное, все деньги спустила на него, вместо того, чтобы оплатить часть долга Захару, а часть… — понижает голос до шепота. — А часть оплатила бы собой.
— Пошел вон! — шиплю сквозь стиснутые зубы.
Брат ухмыляется, встает и, не оглядываясь, не дает обещаний держать себя в руках, уходит. Вот действительно лучше быть сиротой, чем иметь такого родственника, который сосет кровь и никак не насытится. Прихлопнуть бы как комара.
6 глава Ты первая из..
Операция после нескольких дней на вытяжке проходит хорошо. Врач обещает, что к новому году буду петь и танцевать. Амаль приходит почти каждый день, если не может, об этом предупреждает. Его поведение и отношение ко мне до безумия смущает и сбивает с толку. Как бы сильно не ломала голову над головоломкой кто такой Амаль, из каких принципов он состоит, какую жизненную веру проповедует, ответов не нахожу. Интернет тоже скупо отвечает на мои вопросы. Я бы сказала, что вообще не отвечает. Кто-то явно чистит информацию об этом человеке, потому что ни строчки о прошлом, ни о личной жизни, ни о том, где родился, где учился. Человек-загадка.
Когда Амаль приходит, у меня непроизвольно екает сердце. Более того, я с волнением жду его прихода. Мы с ним разговариваем, он ловко уклоняется от некоторых вопросов, но с удовольствием слушает мои истории о детстве, о моих мечтах, о планах на будущее. Я как на духу все