Виктория, сделав несколько звонков, оповестила окружение Ивана об его кончине и вызвала людей из ритуального агентства для организации траурной церемонии и последующих мероприятий.
Опустошенная, она поднялась к себе в комнату, чтобы привести себя в порядок и переодеться. В ближайшие несколько дней в дом будут прибывать знакомые и не очень люди.
Даже сейчас, когда Ивана уже нет, она сделает все, чтобы поддержать благочестивый образ мужа. Для этого ей придется притвориться любящей женой в самый последний раз.
Она долго стояла под прохладным душем, затем надела одежду темного цвета и спустилась в гостиную, чтобы встретить людей из похоронного агентства.
Она старалась сделать все как можно идеальнее и все продумать, чтобы Никита остался доволен тем, как проводят в последний путь его отца.
Следующие несколько дней выдались для нее очень тяжелыми и морально, и физически. Бесконечный калейдоскоп лиц, выражающих соболезнование, вызывал только раздражение.
Все сказанные на церемонии прощания слова звучали настолько фальшиво, что ей хотелось встать и прокричать всю ужасающую правду о почившем, чтобы ее услышали на другом конце города.
Но ради сына она держалась и бесчисленное количество раз давала себя обнять, поцеловать, подержать за локоть, крепко сжимая зубы при каждом прикосновении посторонних людей.
Ей хотелось откинуть все приличия и убежать, скрыться от посторонних внимательных глаз, от липких заботливых рук, от душных запахов парфюма и цветов.
Ты теперь вдова, Вика. Та долгожданная свобода, о которой ты так пламенно мечтала, оказалась получена весьма неожиданным способом.
Когда, наконец, разошлись и разъехались все люди, которые пожелали проститься с Иваном, когда прошли все траурные мероприятия, Вика, Кристина и Никита остались в оглушающей тишине дома втроем.
Они сидели за столом на веранде. Никита задумчиво курил, Крис пила горячий кофе. Вика, прикрыв глаза, просто наслаждалась легким ветерком, который играл с прядями ее, выбившихся из строгой прически, волос.
— Я наверх, — сказал сын, оставляя Вику наедине с подругой.
Он, по очереди поцеловав обеих женщин в щеки, пошел к себе. Некоторое время они молчали. Затем Крис все–таки не выдержала.
— Ты такая загадочная в роли вдовы, — фыркнула она.
— Заткнись, — хлопнула ее по плечу с улыбкой Виктория. — Долго терпела, чтобы это сказать?
— С самого начала, — улыбнулась в ответ Кристина. — Давай сегодня напьемся вдвоем? Я останусь у тебя.
Вика несколько секунд внимательно на нее смотрела, обдумывая свои слова.
— Позже напьемся. Я хочу попросить тебя завтра кое–куда съездить со мной.
— Я вся в предвкушении, — загорелась Крис. — Ну и куда мы поедем?
— Мне нужно сделать аборт, — понизив голос, сказала Вика.
Крис, поперхнувшись кофе, закашлялась. Она поставила чашку на стол и, потянувшись за салфеткой, промокнула губы.
— Понятно. Стесняюсь спросить… А кто у нас отец? — спросила она.
— Артур, — не стала увиливать от ответа Вика.
— Понятно, — повторила Кристина. — А он в курсе?
— Нет. И не нужно, чтобы он был в курсе, — отрезала Вика.
— Как скажешь, — пожала плечами Крис.
На следующий день, рано утром, они стояли у дверей частной клиники. Вику немного потряхивало от нервозности, так как она плохо представляла, что конкретно ее ждет.
Одно дело читать сухие описания процедуры в интернете, а другое — проходить через это самостоятельно.
Оформив необходимые документы, она встретилась с доктором, который рассказал ей про виды абортов на каждом сроке и предупредил о возможных осложнениях.
Так же он дал ей список необходимых анализов и процедур, которые нужно пройти перед прерыванием беременности, в зависимости от выбранного метода.
Самым первым, в списке значилось ультразвуковое исследование для выяснения точного срока и обнаружения плодного яйца в полости матки.
Виктория легла на кушетку, а Крис села на стул неподалеку и уставилась в ожидании на монитор. Доктор загадочно покосился на нее, в ответ на что Кристина, нагло на него посмотрев, сказала:
— Все нормально, я за папу.
Вика фыркнула, а доктор, предпочтя никак не реагировать на странноватую шутку, занялся процедурой, попутно проводя опрос пациентки. Когда Виктория назвала дату последнего цикла, глаза врача округлились.
Кристина, которая тоже прекрасно считала в уме, повернулась к подруге.
— Как ты могла дотянуть до такого большого срока?
Вика смущенно пожала плечами.
— У меня в последнее время какая–то белиберда с месячными, поэтому я не сразу поняла, что залетела. А потом сама знаешь: Никита, больница, похороны. Как–то не до этого было, — она отвела глаза, прекрасно понимая, что вела себя глупо, оттягивая процедуру и цепляясь за отговорки.
— У вас полные двенадцать недель, — констатировал доктор, не сводя глаз с монитора. Вика с Кристиной автоматически уставились на экран.
В этот момент на черном фоне отобразился он. Маленький человечек, с крохотными ручками и ножками. То, что Вика называла исключительно плодом, не разрешая себе считать его ребенком.
Но тот самый плод выглядел именно так. Настоящим ребенком. С носиком, круглым лбом и подобием ушек. В динамиках прозвучал звук быстрого сердцебиения.
Вика отчетливо увидела, как он пошевелил ручкой, подняв ее к голове, и она, обомлев от увиденного, на несколько секунд перестала дышать.
— Вииик, — пискнула Кристина, находясь приблизительно в таких же эмоциях, как и ее подруга.
— Я должен вас предупредить, — начал было доктор, но в этот момент, Вика сорвалась с кушетки и, схватив в охапку салфетки, начала наспех вытирать скользкий гель.
Закончив, она выбежала из кабинета, и Крис выскочила вслед за ней, бросив доктору короткое извинение.
Они остановились в коридоре и посмотрели друг на друга.
— Я так понимаю, что мы решили стать матерью? — Кристина понимала Викторию без слов.
Вика, не найдя в себе силы ответить из–за образовавшегося в горле комка, коротко кивнула головой и, подойдя ближе, зарыдала на плече у подруги. Они спешно покинули клинику и, вдавив педаль газа в пол, понеслись прочь от всех сомнений.
В голове у Виктории образовалась каша, но одно она теперь знала точно — этот ребенок родится и изменит ее жизнь к лучшему.
Виктория еще не решила, как быть с Артуром, и нужно ли сообщать ему о предстоящем отцовстве. Она все еще считала, что лишит его будущего и свободы, если расскажет о ребенке.
То, что она сможет вырастить его самостоятельно, Вика не сомневалась. Теперь,