Когда Ксангор и Надежда заняли места за столом, Агнис, внимательно на них посмотрев, сказала:
— Может уже престанете валять дурака? Я не слепая и давно заметила, как вы смотрите друг на друга.
Надя, закашлявшись, хотела было сделать пару глотков из кубка, но вспомнив про опасность, отодвинула его в сторону.
Ксангор весело посмотрел на сестру.
— Я всегда знал, что от тебя ничего не скроешь, — признался он.
— И что вы думаете делать с этим? — прямо спросила Агнис. — Ты же знаешь, что ОН рано или поздно попытается ее забрать. Как такое вообще возможно? Надежда — Избранная Синнара.
— Самозванца, — поправил ее Ксангор. — И я сам не знаю, как так вышло.
— Ты помнишь предсказание? — Агнис впилась взглядом в лицо брата.
— Какое еще предсказание? — не сдержалась Надежда.
— Оно слишком расплывчатое, чтобы указывать на кого–то конкретного, — отмахнулся от сестры Ксангор. — У старого пророка, кажется, было не все в порядке с головой. Я не верю в его бредни.
— И зря, — усмехнулась Агнис.
— Да скажите уже, что за предсказание! — сдали нервы у Нади.
Агнис, посмотрев на девушку, процитировала наизусть:
Дождись, когда комета в небе
Зависнет яркою звездой.
То знак: богами брошен жребий,
Надежды луч — подарок твой.
Ищи ее средь фолиантов,
Когда ей минет двадцать лет.
Других не будет вариантов,
Укажет деву амулет.
За столом повисла гнетущая тишина. Надя со скрипом соображала, повторяя про себя слова предсказания. Луч надежды, фолианты, амулет…
— Откуда взялось это предсказание? — тихо спросила она.
— Был у нас тут один старый дракон. Жил высоко в горах отшельником. Сейчас он уже покоряет сумрачные небеса, — отозвалась Агнис.
— Почил, в общем, — пояснил Ксангор.
— Он был мудр и видел будущее, — продолжила сестра.
— Бредил, другими словами, — вставил замечание Ксангор.
— Когда мы родились, наш род воспрял, ознаменовав это событие, как дар свыше. И наш отец отправился к мудрецу за советом. И тот сказал, что нас станет намного меньше, несмотря на рождение двойни.
— Конечно, вовсю шла война, — перебил сестру дракон.
Агнис, с укором посмотрев на брата, все же объяснила:
— Он сказал записать это послание для новорожденного сына.
— Допустим, что это правда, — отозвался Ксангор. — Только всё немного не вяжется с тем, что Надю нашел для себя Самозванец.
— Это загадка, которую нам только предстоит разгадать, — задумчиво произнесла Агнис.
Надя молчала. Ее не оставляло впечатление, что ответ на все вопросы лежит на поверхности, стоит только протянуть руку.
— Давайте поедим, — сказал дракон. Агнис, согласившись с братом, уцепила вилкой румяный кусок мяса.
Когда ужин закончился, и Надежда с Ксангором расположились возле камина, тихо перешептываясь, Агнис некоторое время стояла, наблюдая за ними обоими.
Она медленно прошла мимо и вышла на веранду. Вглядываясь в сумерки, Агнис о чем–то долго размышляла. Словно приняв какое–то тяжелое решение, она попрощалась с воркующей парочкой и, сославшись на усталость, удалилась.
Но Агнис направилась не в покои, а к лестнице. Спустившись к выходу из замка, она прошла сквозь охраняемые главные ворота и некоторое время шла по широкой дороге.
Отойдя на достаточное расстояние, чтобы не быть замеченной братом, она перекинулась в дракона и, взмахнув крыльями, взмыла в темнеющее небо.
Агнис летела довольно долго, экономя силы и отдавшись на волю ветра, поддерживающего ее парение. Когда совсем стемнело, она опустилась на выступ скалы и устремила взгляд на замок, виднеющийся далеко внизу. Некоторое время, не решаясь действовать, она, сложив могучие крылья, выстраивала в голове задуманный ею диалог.
Разговор предстоял трудный и, вероятно, смертельно опасный. Поэтому нужно было как следует все обдумать, чтобы не навредить хрупкому счастью Ксангора.
Агнис так сильно любила брата, что ради него готова была на что угодно. А больше всего она мечтала, чтобы война закончилась. Если не решить проблему, то все станет настолько плохо, что могут погибнуть все, включая ее саму.
Безрассудно?
Да, скорее всего. И возможно, она сильно пожалеет о том, что решилась прилететь сюда этой ночью.
Агнис так часто упрекала Ксангора тем, что он постоянно руководствуется эмоциями, а не разумом. А сама собиралась нарушить все правила. Ведь в ее сердце ярко горел огонь желания осчастливить влюбленных, подарив им шанс на счастье.
Резко оттолкнувшись от скалы и устроив небольшой камнепад, она спланировала вниз, в долину, скрывшись среди высоких деревьев.
Из рощи на открытую местность она вышла уже человеком. Агнис шла к высокой ограде, на которой горели сигнальные огни охраны.
Подойдя ближе, она дала возможность дозорным на башне разглядеть себя. Военные, засуетившись, пустили горящую стрелу вверх, осветив ее лик.
Громко, чтобы люди наверху ее услышали, она прокричала:
— Я Агнис, сестра Ксангора! Я хочу говорить с Владыкой Синнаром!
В этот момент над широкой стеной взлетел огромный белый дракон. Сев на каменную ограду крепости, он горящими глазами уставился на одинокую хрупкую фигуру, стоящую в темноте ночи. Его ноздри изрыгали всполохи пламени.
Дракон был зол. Очень зол.
Но через пару мгновений он, взмахнув мощными крыльями, устремился внутрь замка, исчезнув на некоторое время из вида.
Огромные ворота, укрепленные металлом, со скрипом отворились перед Агнис, пропуская ее внутрь.
У входа в замок, скрестив на груди руки, стоял Синнар. Он окинул незваную гостью оценивающим взглядом.
Самозванец в человеческом обличье выглядел так, как Агнис запомнила его, когда много лет назад столкнулась с ним на поле боя. Разве что он раздался в плечах и возмужал.
Тогда, по странному стечению обстоятельств, они так и не смогли убить друг друга, даже когда приняли форму драконов. Агнис до сих пор задавалась вопросом, почему он ее пощадил, а она не смогла обороняться должным образом.
Она моргнула, прогоняя видения прошлого. Сегодня она здесь не для того, чтобы воевать.
— Зачем пожаловала? —