Встрепенулась. А вот это в воспоминаниях было!
Сразу после свадьбы Айлин отправила фотографию единственному из живущих родственников. Зачем, правда, непонятно, судя по воспоминаниям дядя был просто номинальной фигурой и не принимал участия в жизни девочки, которая после гибели родителей оказалась в приюте.
Кстати, почему? Дом большой, мужик он был вряд ли бедный. Ещё одна загадка, с которой придётся разобраться уже мне.
— Да, я отправляла.
Видимо, моё лицо было настолько растерянное, что господин Мейер решил продолжить.
— Что-то случилось? Он умер?
Умер? Этот гад чешуйчатый жив-здоров.
Сделала скорбное лицо, а потом опустила глаза в пол.
— У моего мужа появилась истинная, и он отправил меня сюда.
Дядя Алекс широко раскрыл глаза, а потом прогромыхал.
— Вот мерзавец!
Стайка женщин, проходящая мимо, прибавила ходу, и дядя Алекс это заметил.
— Ой, да что же это мы разговариваем прямо на улице. Здесь за поворотом полицейское отделение. Идём.
Конечно, я пошла за ним. Мне нужны были связи в этом городе. Тем более дядя Алекс знал старого Эванса. Мало того, судя по тому, что видел фотографию со свадьбы, общался с ним до самой смерти.
— Городовой, делаю вашу работу, — прикрикнул он на пухлого мужичка в костюме, пуговицы на пупке, которого готовы были рассыпаться в разные стороны. — Держите. Ограбил лавку Хобса, я поймал его на поличном.
Городовой вытянулся в струнку и тут же перехватил преступника, повёл внутрь отделения.
Снова осмотрев меня цепким взглядом человека, что всю жизнь ловит преступников и толкует законы для населения, Александр Мейер вдруг хлопнул себя по лбу.
— Дурная моя башка. Ты же голодная поди, в доме Эванса ничего нет, кроме пыли. Уж его жёнушка постаралась выгрести оттуда всё, что не было приколочено, чтоб ей пусто было.
Ответом было урчание моего желудка, когда я услышала про еду.
— Пойдём ко мне домой. Моя жена Марта нас накормит. Я живу здесь недалеко, за поворотом.
Идти куда-то, по сути с незнакомым мужиком, было страшно. В фильмах так обычно начинается история убийства: невинная жертва и оборотень в погонах. Но шанс умереть от голода был куда более осязаемым, чем мои домыслы.
— Мне неудобно, — прощупала почву.
— Марта будет рада. Что ты, что ты.
Законник не обманул. Его дом был очень близко расположен к отделению. Крашенный белой краской, он утопал в зелени и выглядел как домик из сказки, не то что холодное, прогнившее поместье.
В доме семьи Мейер было чисто и уютно, а ещё восхитительно пахло едой. Какая же я была голодная!
Марта, пухлощёкая женщина с сеточкой морщин на добром лице, создала столько шума, что впору было закрывать уши.
— Да прекрати же ты тараторить, — остановил её господин Мейер, но ласково. — Девочка голодная, накорми её.
Когда жена дяди Алекса разлила по тарелкам ароматный и густой суп, я еле дождалась, когда можно будет начать есть.
— Бедная девочка, чтобы этим драконам пусто было! Явились в наше королевство и давай порядки устанавливать.
Причитала Марта, ставя передо мной корзиночку с горячими булочками.
— Но, но Марта не расходись. А что ты делала у Дэрме?
Кряхтя, дядя Алекс сел на стол и тоже принялся есть суп.
Оторвать от еды было невыносимо, но от каждого слова, что я скажу сейчас, зависело многое.
— Ксандр выкинул меня из дома, отдав мне только платье на смену. Мне не на что жить, а дом в очень плохом состоянии. Я подумала, что могу продать вишню, что растёт рядом с домом дяди, чтобы заработать хоть немного денег на первое время. Я готова работать, ведь у меня ничего нет.
Марта всплеснула руками.
— Даже отступных не дал ей, золота какого. Жлоб!
Законник, в который раз строго посмотрел на свою жену, но вся эта строгость была скорее напускной, нежели, серьёзной.
— Для того чтобы торговать, мне нужно разрешение, — достала из кармана платья смятый листок, который мне дал Дэрме. — Только мне его не получить, ведь нужно заплатить двадцать золотом.
— Совсем обнаглел, но ничего снова у нас появится новый губернатор, он-то наведёт порядок.
— Вот откуда ты это знаешь?
Покачал головой Александр.
— Кумушка Эллаира сказала, она знает все сплетни в городе, — гордо сказала Марта, а потом вдруг у неё глаза загорелись, — так я за вечерним чаем скажу ей, что у тебя есть великолепная вишня, с этим товаром у нас дефицит, была холодная весна, у многих вишни на цвету попали под мороз. Алекс торговать из дома-то разрешения не надо?
Законник, что слушал только краем уха, встрепенулся.
— Не надо, на рынок идут, чтобы что? Чтобы твой товар увидели, но если мы дадим тебе рекомендацию, к тебе народ пойдёт и так. Накопишь двадцать золотом, получишь разрешения. У Эванса был великолепный сад, плодовитый. С одного дерева вёдер десять наберёшь.
— Если вы поможете, то я буду очень благодарна. К сожалению, кроме благодарности у меня ничего нет.
Опустила взгляд в пустую тарелку.
— О, не беспокойся. Мы были дружны с Эриком. Это единственное, чем я могу помочь тебе. Не обессудь, пока новый губернатор не придёт к власти, жалование мне не платят…
Что за дичь? А жить как? Хотя было же время, когда зарплату выдавали макаронами или сахаром. Это ещё гуманно.
— Нет, нет, не нужно, я справлюсь.
Поспешила успокоить. Меня тронула их забота.
Даже будучи предприимчивой и бойкой, не всегда обстоятельства складываются в твою пользу и очень важно иметь кого-то близкого.
— А может, я вам принесу? Ну, вишню. Сада у вас нет, зачем покупать, будете тратиться.
Чета Мейер переглянулась.
— Заодно и будет что показать кумушкам, — подмигнула мне Марта.
Распрощавшись с супругами, я пошла в поместье. Нужно было набрать вишню и отнести им, чем быстрее узнают о том, что я продаю ягоду, тем быстрее я получу деньги.
Пустое ведро позвякивало в другой руке, и я радостная шла домой.
Но уже на подходе увидела группу мужчин, что стояла у моей калитки. Похоже, моему плану не суждено было сбыться…
Глава