Райленд отсалютовал другу средним пальцем.
– Я тебя не подведу, – прокашлялась я.
Но Роу не услышал меня, продолжая прожигать взглядом Райленда.
– Будешь к ней подкатывать, убью. Если заставишь меня пожалеть об этом, воскрешу тебя и снова убью. Если она напортачит, убью вас обоих. Я хочу, чтобы она исчезла с глаз моих долой, из моей головы и прочь с дороги. Capisce? – продолжил Роу.
Райленд снова показал ему средний палец, потом согнул его и поднял вверх большой.
– Какой я недотепа. Да, понял.
Тогда Роу повернулся ко мне.
– Никакого словесного поноса, никаких непристойных нарядов, никаких возражений. Поняла?
– У меня нет непристо… – начала возражать я, но вовремя одумалась. – Да, да, конечно, босс.
– Ну разве она не солнышко? – Райленд чуть ли не захлопал от восторга. Ему нравилось наблюдать, как Роу еле сдерживает дикое желание меня придушить.
– Разве он не ода сварливости? – Дилан показала на брата.
Роу почесал затылок, взъерошивая волосы.
– Чтоб вас всех! – с этими словами он повернулся и вылетел из комнаты.
– Ты не пожалеешь! – пропела я ему вслед.
– Уже пожалел, мать твою.
Глава 11
Кэл
«Crush» – Jennifer Paige
Пять лет назад
Тем летом Роу впервые приехал из Парижа, и весь город гудел, узнав о его возвращении.
В ту пору он еще не стал знаменитостью, но люди выстроились в очередь у дома Касабланкасов, чтобы поприветствовать его, как будто он был самим Миком Джаггером. Они надеялись, что на них попадет частичка его волшебства. Горожане выражали ему уважение, взахлеб обсуждали его успех и клянчили рецепты, чтобы удивить родню и соседей. Впервые с тех пор, как мы с Дилан пошли в детский сад, Роу не обращал на меня никакого внимания. Не дергал за косичку, хитро ухмыляясь, не стягивал с моей тарелки последний кусок вишневого пирога. И даже не катал меня на спине, взбегая по лестнице и нарочно влетая в стену, чтобы рассмешить. Если я приходила домой к лучшей подруге, Роу лишь молча кивал и уходил. Я была как воздух, невидимая и недостойная внимания.
Ситуация усугублялась тем, что мои вероломные гормоны решили вдруг на него среагировать. Нет, я всегда знала, что Роу Касабланкас горячий, как и Солнце. Только полная тупица не стала бы признавать этот очевидный факт. Но тем летом он вернулся, сияя иначе, непривычнее. И я попросту не сумела не поддаться половому влечению.
Меня поразило, что я не могла отвести от Роу взгляда, ведь раньше не считала парней привлекательными.
Пугающими? Да. Ненадежными? Всегда. У меня вызывало тревогу их физическое превосходство. Но не Роу. Видимо, Роу был из другой категории парней.
– Перестань так таращиться на моего брата, – однажды предостерегла меня Дилан.
Мы лежали у нее на заднем дворе и загорали на полотенцах. Роу и Райленд рубили дрова на зиму у опушки леса. Они оба сняли футболки, их кожа блестела от пота. На мускулистой груди Роу висел золотой крест, сияя, как гладь озера, залитого солнцем.
Бум!
– Это как? – Сделав невинное лицо, я поправила темные очки на носу.
– Так, словно тебя интересует его ствол, а не тот, который он рубит. – Дилан приподнялась на локтях, сорвала солнцезащитные очки и сердито на меня глянула. – Кэл, он не станет твоей следующей добычей, поняла?
Ее предостережение было полнейшей нелепицей, но за это ложное представление винить надо меня.
Потому что это я врала напропалую, желая убедить всех, что у меня нормальная, счастливая жизнь. Я методично рассказывала Дилан о своих увлечениях и о том, что часто целовалась с мальчишками. Пускай я постоянно моргала и мучилась от социофобии, мне не хотелось, чтобы подруга прознала о моем жутком страхе перед мужчинами. Потому иногда я рассказывала ей, что лижусь с парнями, но взяла с нее клятву хранить это в тайне, чтобы не распускать злобные сплетни о других.
– Подруга, я смотрю на него только потому, что он заслоняет мне обзор на Рая, – с моих губ сорвалась ложь номер 3447358.
– Врать ты не умеешь. – Дилан неспешно отпила чая со льдом. – Хватит пялиться на моего брата, Пятнышко. Если, конечно, ты не воспылала к нему чувствами.
Бум!
Роу ударил топором, и щепки полетели в разные стороны. Я мигом почуяла запах соснового масла. От каждого движения пресс Роу сокращался. Он напоминал модель из рекламы Abercrombie & Fitch. Я ждала, когда мне захочется убежать от него, но этого так и не случилось.
– Чувствами? К кому, к Роу? Подруга, да ни за что. – Я в ужасе села. К счастью, цвет моего лица скрывал жуткий румянец – я уже побагровела, пытаясь загореть.
Бум!
Дилан поморщилась.
– Ого. Знаешь, в это не так-то трудно поверить. Роу – отличный парень.
– Да. И все же в твоего брата я не влюблена, – соврала я.
Я была влюблена. Двести раз в день проверяла его страничку в социальной сети, хотя он был слишком крут, чтобы зависать в соцсетях. Я мучила себя, представляя, с какими шикарными европейками встречался Роу.
Бум, бум, бум!
Загорелые плечи Роу, покрытые тонким слоем пота, восхищали своей мощью.
– Уж надеюсь. – Дилан спустила бретельки, чтобы загар ложился ровно. – Он достоин сказки, а не бессмысленной интрижки.
– Не так уж много у меня интрижек, – слабо возразила я.
За последние годы ровно ноль. И это я еще преувеличила.
– И все же. Ты не заводишь ни с кем отношений, только влюбляешься.
Я подобрала с лужайки короткие шорты и, встав, надела их. Была не в настроении слушать напоминания о том, как далеко мне до Роу.
– Пойду-ка я домой. Папа хочет научить меня мариновать яйца.
– Господи, Кэл. – Райленд воткнул топор в землю и перевязал свою кичку. – Некоторым из нас еще хочется поесть в этом веке.
– Не отвергай, пока не попробуешь, Рай, – подмигнула я, сделав вид, будто он меня не пугает.
Он пугал. Немножко. Терпимо.
Роу стоял ко мне спиной, продолжая рубить дерево. Он находился довольно далеко, но я видела новые разноцветные татуировки, змеившиеся по его коже. Я хотела, чтобы он повернулся. Чтобы удостоил хитрым, хищным взглядом, от которого меня всю выворачивало.
– Черт, от влажности сегодня так жарко, что можно обжечь ящерицу. – Райленд поднял футболку с пожелтевшей травы, натянул ее и начал сворачивать сигарету. – Я сваливаю. Кэл, хочешь, подвезу?
Я хотела, но мне не нравилась мысль о том, что я останусь наедине с парнем, и это