– Но смешно же, разве нет?
Они посмотрели друг на друга, Миллер скорчил глупую гримасу, которая обычно снимала напряжение и заставляла Алекс улыбаться. Это сработало, и впервые за несколько дней ему самому захотелось улыбнуться, пусть и ненадолго.
– И чтоб ты знал, – сказала Алекс, – она вроде бы милая и все такое, но я танцевала так, как этой Веронике никогда не светит.
– Да, конечно, – сказал Миллер. – О чем речь.
Алекс говорила тихо, и в ее голосе слышалась скорее грусть, чем что-либо еще, мольба, а не хвастовство, и хотя эти разговоры часто приносили ему некоторое утешение, сейчас Миллеру захотелось сделать то единственное, что было совершенно невозможно. Он хотел притянуть жену к себе, крепко обнять и заверить, что никто и никогда ему ее не заменит.
Ни на танцполе, ни в его сердце.
Он повернулся, чтобы полить шеффлеру, которую они купили в субботу на рынке в Ормскирке, а когда обернулся, Алекс уже исчезла.
– Но вообще она действительно неплоха, – сказал он. – Вероника. Венский вальс у нее вышел очень даже приятным.
Он подождал, гадая, не появится ли Алекс снова, чтобы сказать ему, какой он надоедливый осел, но на ее прежнем месте было пусто.
Миллер знал, что она права – и насчет его идиотизма в ситуации у Слэка, и, что важнее, насчет глупого и эгоистичного решения, которое он принял в разговоре с Деннисом Дрейпером.
Если пострадает кто-то еще, это будет его вина.
Поскольку Алекс рядом больше не было, Миллер выместил свое раздражение на радио, наорав на него достаточно громко, чтобы разбудить нескольких соседей, напугать проходящего мимо собачника и заставить Фреда с Джинджер броситься прямиком в свою набитую соломой коробку из-под обуви.
Глава 32
Двумя днями ранее Миллер, прихрамывая, вошел под бурные аплодисменты коллег в комнату для брифингов. Даже инспектор Тим Салливан умудрился одобрительно, хоть и несколько неохотно, кивнуть. Такой прием обычно оказывали лишь тем, кто добился признания или обвинительного приговора, но все прекрасно понимали, что спасение Кита Слэка из лап безжалостного убийцы было серьезным достижением.
Несмотря на некоторые нарушения протокола.
Миллер принял похвалу со свойственной ему скромностью: вскинул обе руки вверх и принялся колотить воздух, словно только что поцеловал супермодель или забил решающий гол в финале Кубка Англии. Потом заметил, как свирепо на него уставилась Сю, и поумерил пыл.
– Разумеется, сержант Сю тоже принимала участие, – сказал он.
Салливан кивнул в сторону Сю.
– Да, конечно. Отличная работа, Сара.
– Но преследовал его именно я. И в результате повредил ногу…
Призвав всех к порядку, Салливан дал понять, что время поздравлений закончилось. Что, несмотря на блестящие усилия двух его офицеров, безжалостный убийца все еще на свободе и расследование продолжается.
– Так точно, сэр, – сказала Сю.
– Именно, – сказал Клаф.
– Кстати, колену уже немного получше, – сказал Миллер. – Спасибо, что спросили.
Салливан повернулся к сержанту Андреа Фуллер.
– Итак, как продвигается проверка местных гестхаусов и тому подобного?
– Что ж, мы все еще… проверяем, – сказала Фуллер. – Но задача непростая. В местных трех– и четырехзвездочных отелях почти три тысячи спальных мест…
Миллер перебил.
– Как я уже говорил, Дрейпер выберет что-нибудь подешевле и не слишком уютное. Какую-нибудь дыру, где он не будет выделяться.
– Согласна, но в маленьких гестхаусах и пансионах еще девяносто с лишним тысяч мест, и это только если предположить, что он не остановился где-нибудь подальше.
– Нам понадобится кисть побольше, – сказал Клаф.
Все уставились на него.
– Ну, для проверки – как в “Челюстях”. – Клаф ослабил галстук. – Только там была лодка, так что…
Салливан бросил суровый взгляд на единственного члена команды, который заставлял его чувствовать себя лучше в плане собственных способностей, затем повернулся обратно к Фуллер.
– Так какой метод вы с Тони выбрали?
– Ну, мы начали с составления списка, – затараторил Клаф. – Как вы и сказали, сэр. Затем разослали электронные письма во все заведения из списка с фотографией Дрейпера и срочной просьбой немедленно ответить, узнают они Дрейпера или нет, чтобы мы могли вычеркнуть их из списка.
– Ответов мы получили мало, – сказала Фуллер.
– Да. – Клаф виновато потупился. – Совсем мало.
Сю кивнула.
– В спам поуходило.
– Верно. – Фуллер уставилась на Клафа. – Я ведь тебе говорила, что так и будет. Многие почтовые клиенты автоматически отправляют массовые рассылки в папку со спамом… поэтому мы отправили все письма снова, но уже не рассылкой, а по отдельности. – Она закатила глаза. – Целые сутки за компьютером проторчали.
– Но ответили все равно не все, – сказал Клаф.
– Даже близко не все, – сказала Фуллер.
Сю была удивлена до глубины души.
– Почему люди не отвечают на срочный запрос полиции?
– Потому что им лень, – сказал Миллер. – Вы удивитесь, скольким людям лень. Кто-то, возможно, не увидел или просто забыл ответить… но в целом я ставлю на лень.
Сю задумалась.
– Мне кажется, более вероятное объяснение в том, что многие решили, что это фальшивка. Неважно, насколько официально выглядит письмо, многие видят просьбу позвонить по номеру и сразу думают, что это фишинг.
– В точку, – кивнул Клаф. – Мне как-то пришло письмо из ФБР, что на меня-де завели дело за посещение “нелегальных сайтов”. Выглядело убедительно, но, когда я позвонил, оказалось, что это были мошенники.
Все уставились на него.
– Ты серьезно им позвонил? – Миллер ухмылялся.
– Ну, я просто хотел убедиться, что такого?
– Так или иначе… – Фуллер вздохнула. – У нас все еще остались сотни мест, из которых не поступило ответа, и, учитывая количество объектов, у нас не хватит людей, чтобы обойти их все. Так что сначала звоним, а если что-то кажется подозрительным или владелец еще не видел фотографию Дрейпера в местных газетах, отправляем им снимок. Пока безрезультатно, но мы едва начали.
Салливан вздохнул, уставившись в свой айпад, словно надеясь найти там столь необходимое вдохновение. Или, может, у него просто стояли жизнерадостные обои с цветами или милым котенком.
– Что ж, пока никто не предложит идею получше… продолжайте поиски.
– Сэр? – Сю подняла руку.
– Не нужно поднимать руку, Сара, – сказал Салливан. – Мы не в школе.
Миллер подумал, что, будь это класс, Салливан в лучшем случае был бы временным учителем, причем физкультуры, но его всегда забавляло, как Сю тянет руку. Он бы поставил на то, что в школе она была старостой школы или хотя бы класса. В школе Миллера старосты тоже были – хотя сам он никогда на эту должность не претендовал, – но они были ничем не лучше подростков с бандитскими замашками, выбивавших у других деньги на обед под угрозой