Алекс кивнула.
– Мы выяснили, что уже он пару лет брал деньги у Уэйна Катлера. Сливал ему информацию и предупреждал, если кто-то из наших коллег подбирался слишком близко.
Именно так и сказал ему Месси.
– Ты дала понять, что тебя тоже можно таким соблазнить. Переманить тебя.
Алекс снова кивнула и изобразила свою лучшую пародию на Дарта Вейдера.
– …На темную сторону силы, Люк.
– Так, значит… Ты понемногу берешь деньги и скармливаешь этому типу фальшивые данные, а тем временем собираешь достаточно улик, чтобы его посадить. Доверившись тебе, он идет к Катлеру и сообщает, что, возможно, нашел еще одного сотрудника полиции, готового войти в долю. Отличные новости, верно? Какой уважающий себя гангстер откажется от еще одного продажного копа на жаловании? Но Катлер следил за тобой, так что он сообщает плохие новости и рассказывает этому копу, кто на самом деле его новый рекрут.
Алекс грустно улыбнулась и показала на себя.
– Та-дам!
– Тогда наш продажный коп решает, что есть только один способ обезопасить себя. – Миллер запнулся, когда воспоминания о последней встрече с живой Алекс нахлынули на него. Яркие и невыносимые. – Это он позвонил тебе в ту ночь…
Она улыбнулась, но теперь ей приходилось прилагать столько же усилий, как и Миллеру.
– Да, и мы бы выиграли этот чертов конкурс, если бы не он. Мое танго было безупречным.
– Не спорю, – сказал Миллер.
– Еще б ты спорил.
– Ты правда считаешь, что это сейчас важно?
– Я мертва, Миллер. Мало что действительно важно. – Она посмотрела на него, все еще улыбаясь, хотя слезы уже потекли. – Но да, конечно…
– Он назначает тебе встречу, только на этот раз у него пистолет, и… – Миллер подавил рыдание. – Может, добавишь что-нибудь?
– Есть ли смысл?
– Наверное, нет. Ведь ничто из того, что ты можешь добавить, не будет принято в суде, верно? – Он засмеялся, потом всхлипнул, потом снова засмеялся. Он схватился за воображаемые лацканы мантии и продекламировал голосом пафосного адвоката защиты: – Вызываю Александру Миллер!
Алекс рассмеялась вместе с ним, вытерла лицо рукавом и подхватила игру. Это была одна из тех глупых сценок, которые они часто разыгрывали в этой самой комнате, смеша друг друга за бутылкой вина после кошмарного дня. Она хорошо пародировала, поэтому у нее сердитый и важный судья вышел очень правдоподобным.
– Поправьте меня, если я ошибаюсь, но разве Александра Миллер – это не имя жертвы в данном деле?
Прокурор Миллера подхватил реплику.
– Совершенно верно, ваша честь. Думаю, мой многомудрый коллега теряет рассудок!
Их смех медленно затих. Миллер облокотился на столешницу и посмотрел на нее. Возможно, дело было просто в слезах, от которых блестели ее глаза, но он не помнил, чтобы когда-либо видел ее такой красивой.
– Так почему Месси не рассказал тебе все это раньше? – спросила Алекс. – Если все дело было в том, чтобы собрать компромат на Катлера и передать его тебе, у него наверняка было достаточно материала.
– Очевидно, он так не считал, – сказал Миллер. – Не было гарантии, что Катлер не сможет замять дело, к тому же этот коп ни за что не дал бы показания против него. Это точно не повлияло бы на его приговор – уж всяко не когда ему светит срок за убийство сотрудника полиции. Вдобавок, если бы он раскололся, любой срок в тюрьме стал бы гораздо менее… комфортным. Копам и так несладко приходится за решеткой, а с друзьями Уэйна Катлера по соседству его бы пырнули в душевой быстрее, чем он успел бы произнести “программа защиты свидетелей”.
– Жаль, что все вышло иначе, – сказала Алекс. – Хотя бы потому, что я так и не станцевала свое танго.
– Значит, Месси копил компромат и ждал, пока не убедится, что Катлер в любом случае сядет. Думаю, он знал, что Шахматист передаст мне те фотографии – из-за них-то этот коп и убил беднягу, а когда их оказалось недостаточно, он прислал мне видео. – Миллер оттолкнулся от столешницы. – Кстати, о нем…
– Серьезно? Опять?
Миллер прошел в гостиную, сел перед ноутбуком и включил видео. Он оглянулся и увидел, как Алекс рассеянно переключает каналы телевизора.
– Это будет сто тридцать седьмой твой просмотр этой дурацкой записи, – сказала она. – Я считала.
– Да, но теперь я знаю то, чего не знал раньше, – сказал Миллер.
– О, “Первые свидания” показывают…
Он нажал воспроизведение и придвинулся ближе к экрану. Алекс, человек в тени, конверт, набитый тем, что, как он теперь знал, было деньгами. Когда видео закончилось, он вернулся к началу и включил снова.
И снова.
То смутное ощущение стало еще сильнее. Что-то, что делал продажный коп, пока ждал, когда Алекс пересчитает деньги. Что-то странное с его руками…
– Это та серия, где строитель все время подмигивает, рассказывая женщине о своей большой дрели. Помнишь, Миллер?
– Да!
– Точно, а она звонит подруге из туалета и говорит, какой он придурок.
– Да нет же, этот… – Миллер отчаянно указал на ноутбук, – парень на видео, матерь божья! Тот, кто тебя убил.
Алекс все еще была поглощена нахальным строителем.
– А, да?
– Я знаю, кто это.
Миллер просмотрел видео еще раз, чтобы убедиться, и к концу он был уверен. Теперь он точно знал, что его беспокоило в руках этого человека, или точнее, в том, что человек с ними делал.
Он знал, потому что совсем недавно видел это вживую.
Он откинулся назад и уставился на Алекс.
– Серьезно? Он?
Она не отрывала глаз от телевизора.
– Ну разумеется!
Глава 63
– Важный день, – сказал Миллер.
– Важнее не бывает, – кивнула Сю.
Они покидали участок после предоперационного инструктажа, на котором Тим Салливан сказал примерно то же самое. Несмотря на то, что большую часть времени Миллер представлял, как яйца инспектора медленно пропускают через мясорубку – похожую на ту, которой до сих пор пользовалась его тетя Бриджет, – впервые он не мог с ним не согласиться.
– Ты думал о том, сколько дел об убийствах мы можем закрыть сегодня? – спросила Сю.
– Как минимум полдюжины, – сказал Миллер.
– Может, и больше.
– Если все пойдет по плану.
Они шли через парковку к одной из трех машин, которые должны были участвовать в операции, и Сю явно не могла не заметить пружинистость в походке Миллера.
– Ты сегодня прямо очень бодрый, – сказала она. –