– Ты просишь меня помочь наркоторговцу? Ты в курсе, что в моей работе это не приветствуется?
– Он не барыга – просто одалживает мне немного время от времени. Он хороший парень, клянусь, просто влип в неприятности, и когда я сказала ему, что хорошо знаю одного следователя, он спросил, не сможешь ли ты помочь. Вот и все.
– “Хорошо знаешь”?
– Ну не раскисай, Миллер.
Миллер улыбнулся.
– Что за неприятности?
– Он не сказал, но он реально напуган.
Финн сама звучала встревоженной, а такое случалось нечасто. В каком бы состоянии ни был ее друг, это явно ее беспокоило.
– Ладно, хорошо. Не могу обещать, что помогу ему, но почему бы не разузнать, что…
– Отлично, потому что он сейчас возле твоего дома.
– Что?
Финн повесила трубку, и тридцать секунд спустя у Миллера прозвенел дверной звонок.
Глава 5
Молодому человеку, маячившему на пороге дома Миллера, было на вид лет двадцать пять – плюс-минус ровесник Финн. Парень был крупным, хотя жира в нем было больше, чем мышц, и, похоже, эта тяжесть давила на него не только физически. В целом безобидный тип, решил Миллер, – из тех, кто в школе водились с хулиганами, при этом не будучи хулиганами сами по себе.
– Я Энди, – представился он, протягивая руку. – Бэгнолл. – Сильный ланкаширский акцент.
Глядя на нервную улыбку, расплывшуюся по мягкому круглому лицу парня, Миллер понял, что ошибся: скорее всего, его гость сам был жертвой травли. Миллер хорошо знал, как это выглядит. В школьную пору его лучший друг Имран частенько становился мишенью для задир. По сей день Миллер жалел, что недостаточно рьяно его защищал.
– Ясно. – Миллер пожал парню руку. – Ну заходи.
Если парень и правда был напуган, как говорила Финн, то уж внешне он всяко не стремился затеряться среди толпы. Бейсболка едва прикрывала выбеленный хвост, а в обтягивающих джинсах и ковбойских сапогах вообще особо не затеряешься. Рубашка на нем была не просто кричащая, а оглушительная, а на джинсовом жилете – Миллер приметил, когда парень проходил мимо него в дом, – красовался огромный вышитый орел в цветах американского флага.
Видно его, наверное, было аж из Хаддерсфилда.
Осмыслив прикид парня, Миллер не мог не заметить и черный портфель, который тот судорожно сжимал в руке. Вспомнив историю, рассказанную Эйкерс несколько часов назад, он начал понимать, отчего Энди Бэгнолл так нервничает. Миллер наблюдал, как тот осторожно поставил портфель на ковер, усевшись на краешек дивана и глубоко вздохнув.
– Чаю хочешь?
– Нет, спасибо. – Парень уставился на вольер, занимавший почти половину гостиной Миллера. Фред стояла на задних лапках, просунув нос между прутьями, а Джинджер носилась в колесе. – Крысы, – прокомментировал Энди. – Классные…
Миллер сел напротив.
– Согласен. Правда, не все так считают.
– Помните старую песню Майкла Джексона “Бен”? Она ведь про крысу, вы знали? Кажется, из какого-то фильма. Это когда он еще был нормальным, до всей этой пластики.
– И до истории с детьми.
– Так вы это… отчим Финн или как?
– Или как, – ответил Миллер. Он посмотрел на портфель, затем проследил направленный туда же взгляд Энди. Очевидно, парень пришел поговорить именно о нем, но Миллер чувствовал, что к этому разговору надо подходить постепенно. – Финн, верно, рассказала тебе, какой я первоклассный детектив…
– Ну, она просто сказала, что вы детектив.
– Значит, ты не удивишься, если я скажу, что у меня сложилось четкое впечатление – ты фанат всего американского. Бейсбол, пончики и все такое.
– Да, обожаю. Ну, то есть, не всё, конечно.
– Это верно, – сказал Миллер. – Бекон у них никудышный, и сыр тоже. И шоколад делать не умеют, как и ириски, кстати. Так что тебе там больше всего нравится?
Энди слегка смутился.
– Если честно, я там никогда не был. Хочу, конечно… вот накоплю денег…
Он бросил взгляд на портфель, который, как догадался Миллер, был последней в длинной череде неудачных попыток собрать деньги на билет за океан.
– Ну ладно, давай поговорим о…
– Нью-Йорк, Лос-Анджелес, Чикаго… – Энди подался вперед, загораясь энтузиазмом и загибая пальцы, перечисляя места, которые хотел посетить. – Детройт, Майами, Сан-Франциско, конечно – там же Сэм Спейд работает. Все места, которые я в кино видел или о которых в книжках читал.
– А что читаешь?
– Про преступления и копов, ну знаете… триллеры! – Энди уже как следует разошелся. – Серийные убийцы, гангстеры, шпионы – что угодно. Мне без разницы, лишь бы действие происходило в Америке – со всеми этими американскими машинами, оружием, едой и прочим. Только уютные детективы не очень люблю.
– Уютные – это с пирожками и тапочками?
– С кошками, библиотеками, викариями и все такое. Мне больше по душе убийства и хаос.
– Ясно…
– А вы читаете?
– Ну, не то чтобы. – Миллер счел, что упоминать “Зачем ходить, если можно танцевать квикстеп? Дневник практики бальных и латиноамериканских танцев” упоминать не стоит. – Хотя мне понравилась та книга про девушку в поезде. Как ее?..
– “Девушка в поезде”.
– Точно. Вообще-то ее жена читала, но звучало неплохо… но ты ведь пришел не на создание книжного клуба меня подбивать, так что давай поговорим о портфеле. – Миллер кивнул на кейс. – Это из-за него ты так напуган, верно?
Энди откинулся назад и прикрыл глаза. Казалось, его энтузиазм по поводу книжных преступлений ненадолго отвлек его от неприятных последствий реальных. Он тяжело сглотнул, и, хотя Миллер видел, что тот пытался не подавать виду, живое воображение парня явно рисовало возможные последствия.
– Ну да… немного нервничаю, это точно.
– Приятель твой знает, что ты здесь?
Энди шмыгнул носом.
– Какой приятель?
Миллер вздохнул.
– Да ладно, парень. Я знаю, что вас двое было на станции, так что не будем терять время. Как его зовут?
Энди подумал, потом покачал головой.
– Я все-таки не хочу его сдавать. Ну, если можно. В смысле, какая разница?
Не зная, с чем имеет дело, Миллер не мог ответить на этот вопрос, но решил пока эту тему оставить. Он снова посмотрел на портфель, заметил вмятину в углу, которая, как он знал, соответствовала вмятине на голове Уэйна Катлера.
– Из-за этого ты так переживаешь? Из-за того типа, которому ты проломил голову на станции? – Миллер не хотел пугать парня еще больше, поэтому не стал упоминать имя пострадавшего. Или предупреждать о неприятностях, которые обычно случались с теми, кто переходил ему дорогу.
– Дело не в этом, – сказал Энди. – К тому же, это не я ударил того парня по голове, это был Джи…
Парень успел вовремя одернуть себя, но почти выдал имя своего приятеля. Всего один слог. Значит, скорее всего, его напарника звали Джимми. Джеймс…
– Дело не в портфеле, а в том, что внутри. – Энди снова сглотнул и сморщился. Вжался