Ракушку вскрыли утром следующего дня. Длинный штык-нож японской винтовки «Арисака» отделил мускул от верхней плоской половины раковины. Откинув ее в сторону, все семейство замерло, увидев невиданное. В центре раковины возвышался белый мускул диаметром больше 25 сантиметров. Вокруг него расположилась широкая мантия, а в ее складках…глазам не поверить! Снежно-белое сияние перламутровых шариков – жемчужин.
– Ох, мамочка родная, – охнула Екатерина Сергеевна, жена Максима Игоревича и мать мальчишек-добытчиков. – За что нам такое?
– За труд наш, за терпение, за сыновей и дочурку, – отозвался муж. – Мы здесь 18 лет бирюками живем, сами детей учим, благо педагогическое образование оба имеем. Вот только не нужны оказались стране, идущей по супердемократическому пути, педагоги. Зато срочно понадобились маячные смотрители. И это для нас благом обернулось. По крайней мере, мы от голода не умираем, море выручает, и дети у нас здоровы. А жемчужины эти – нам от моря награда.
Восемнадцать жемчужин идеальной формы диаметром в 2 сантиметра каждая легли в суповую тарелку. Похоже, что песчинки-зародыши попали в раковину одновременно. Иначе жемчужины были бы разного размера. Когда это произошло – неизвестно. Похоже, очень давно, а гребешку этому несколько десятков лет. Впрочем, специалистов по жемчугу на острове нет. Зато есть рукастый глава семейства.
Один раз в два года, чаще не получалось, Максим Игоревич на попутном судне обеспечения выезжал на Большой остров. Получал зарплату, покупал жене и детям обновки и подарки, а так же вкусняшки. Вот только чипсы и «Диролы» оказывались не столь вкусны, как мамкин самодельный мармелад из черники с малиной, а пироги с брусникой и гонобобелем вообще ни с чем «материковским» в сравнение не шли. То же самое можно сказать и о синтетических куртках и кроссовках забугорных фирм: быстро рвутся, мало носятся. И вообще – …Как на огне горели папкины подарки на непоседах.
Жена же смотрителя, Екатерина Сергеевна, к подаркам мужа относится бережно. Наденет платье или костюм два-три раза, и уберет в сундук, оставшийся от прежнего смотрителя. А тому он достался, наверное, от казаков – первопроходцев. Уж больно древним выглядит. Но весьма крепким. Его даже острые мышиные зубы не взяли. Кроме одежды в сундуке находилась шкатулка, собранная руками Максима Игоревича из дощечек красного дерева, инкрустированных пластинками перламутра. Перламутр был добыт с ракушек, а красное дерево, целое бревно, приволок к острову шторм. И где он его взял было совершенно непонятно. Чаще на берег выбрасывало бревна северных пород, смытых с лесовозов. А как это попало в Охотское море – неизвестно. Но не в этом суть. Море подарило, значит, надо использовать. Так перед рождением первенца в доме появилась колыбелька из красного дерева. А потом деревянная лошадка на колесиках и еще много чего, необходимого в хозяйстве.
Так вот. В той шкатулке лежат женские украшения: сережки, колечки, цепочки с кулонами и без них. Золотые и серебряные. Подарки мужнины. С материка, как называют живущие на маленьком островке люди не только материковую часть страны, но и Большой остров, Максим Игоревич российские деньги домой не привозил. Слишком быстро они обесценивались и заменялись другими «фантиками». Предпочитал часть зарплаты вкладывать в валюту – доллары, а на остальные покупать качественные вещи, малую технику для огорода и домашних животных. Только не кошечек с собачками. Эти звери быстро изведут на острове местную мелкую фауну, а это катастрофа. Так что единственный раз за всю прожитую жизнь просьбу жены не выполнил и кота не привез.
Имелись в хозяйстве маячника три электрогенератора – два дизельных и один бензиновый. Брал их по-случаю и довольно дешево. Вдруг штатный дизель пятидесятых годов выпуска сломается? Маяк погаснуть не должен! Но пока Бог миловал: не ломается советская техника, без сбоев работает.
Завез на остров два мотоцикла «Урал», снегоход, электрическую лебедку, бревнышки с берега поднимать на сопочку, на которой дом и баня построены. Много чего полезного, облегчающего жизнь на диком острове, можно привезти, если деньгами правильно распоряжаться.
Вернемся к сундуку. Была в нем еще одна коробка. Из березовых досочек склеенная. Лежали в той коробочке весьма интересные предметы, ни как не связанные с профессиями педагога и маячника. В одной из своих поездок на материк получил Максим Игоревич сообщение из какой-то нотариальной конторы, что его дед умер, а он единственный наследник. И призывается к вступлению в наследство двухкомнатной квартиры в Новосибирске. Съездил Максим Игоревич в Новосибирск, получил необходимые документы. Продавать квартиру не стал, через агентство нашел квартирантов, семейную пару средних лет, и пустил их на жительство. Большую библиотеку и хобби деда – оборудование небольшой ювелирной мастерской, решил забрать с собой. Книги для детей. А тисочки, шлифмашинку, горелку для пайки, набор увеличительных стекол, припой для пайки золотых изделий и граммов сто тонкой золотой проволоки себе, на память. Были в коробочке и ограненные полудрагоценные камни от 0,5 до 1,5 карат, пять штук – два изумрудика, один рубин и два александрита. В детстве, когда Максим жил у деда, а мать ездила «на севера» на заработки, старик учил внука своему ремеслу. Максим хорошо рисовал, вот и поучаствовал своими эскизами в создании четырех женских браслетов, семи кулонов и двух колечек с камушками. Но школьные годы закончились, уехал Максим в институт, учиться. Отучился, а тут перестройка (перебранка, перестрелка, перекрой страны и собственности). Так с молодой женой и очутился на краю страны смотрителем маяка.
Забрал Максим Игоревич дедовы приспособы и невеликие запасы. Вернувшись на остров, длинными зимними днями, вечерами, а то и ночами, взяв в руки инструмент, вспоминал дедову науку, создавая из привезенных цепочек, камешков и маленьких перламутровых раковинок весьма интересные композиции. А вот теперь в его руки попали жемчужины.
Работать с жемчугом Максиму Игоревичу еще не приходилось. Нежный материал, в неловких неумелых руках погибнуть может. Потому, задумав изготовить жене гарнитур – диадему, ожерелье, браслет и серьги, решил жемчужины не сверлить, а вложить каждую в золотую сеточку, а уж ее припаивать к несущему каркасу каждого изделия. Работа долгая, требующая неторопливости, вдумчивости и усидчивости. И начать надо с эскизов и подсчета, сколько золота понадобится.
Домашним строго-настрого запретил болтать о жемчугах даже