Здравствуй, дорогой Толя!
Получил твоё письмо. Спасибо тебе за добрые слова, за добрую память. Вот видишь, не всё, что мы делаем, пропадает – что-то и остается людям. И теперь твоя обязанность нести свет жизни другим. Ответственность на тебе, на журналисте и человеке при прессе, очень большая. Солгать хоть немного ничего не стоит, сам этого и не заметишь, но твою ложь примут, и примут, увы, как правду. Примут, сделают для себя нормой и станут жить во лжи. Выходит, правильной дороги людям ты как-то вот и не указал. Этим пресса и опасна. Вот почему всегда надо как-то проверять себя, должна быть главная основа твоей жизни, по которой и надо мерить всё остальное.
У тебя основа, видимо, есть – это твоя родная земля. Как ей сейчас? Как будет потом? Так ли ходим мы по этой земле? Это главные наши вопросы: и твои, и мои – и так до конца дней, чтобы не солгать, не ошибиться, не передать ошибки другим. По этим вопросам мы и проверяем всё остальное. Где-то, конечно, приходится и смолчать. Если не уверен, лучше смолчи, только не труби в трубы за деньги, за славу – трубить можно лишь при глубокой вере, что этот гимн действительно оправдан. Так вели себя в самые трудные времена все честные люди из литературы. А нечестные трубили, а потом прятались сами от себя. Уж сколько мы говорим, что с природой нельзя воевать, её нельзя покорять. А вот недавно встретил я стихи одного лихого поэта про БАМ – мол, БАМ – передний фронт борьбы с природой! Словоблудие, конечно, но напечатано оно очень большим тиражом и распродано именно на БАМе. Ты представляешь, какая это поддержка всем тем, кто думает о том, чтобы только брать, не оглядываясь на потом. Вот тебе пример глупого трубадурства. Я думаю, ты меня правильно поймешь. А примешь что-то из этого для себя, может быть, это что-то тебе и поможет.
Здесь показывал я твоё письмо ответственному секретарю вашей областной газеты Ширяеву В. Л. – он был у меня в гостях. Вспоминали мы Ярославль, Волгу, рассказывал я о Школе юннатов и о таких вот ребятах, как ты. Так что будешь в городе, к Ширяеву можешь зайти в газету и сказать, что мы с тобой знакомы. Будет какая во мне нужда, пиши. Адрес на конверте. Всего доброго.
А. Онегов.
15 марта 1983 года.
Имя Анатолия Онегова – это новый стиль в природоведческой литературе, построенный на переплетении естествознания, психологизма, управления разумом и этической составляющей. Он, будучи писателем, пропускает время через себя, отыскивая общую меру между человеческой природой и обществом, предлагает отказаться от старых привычек покорять природу и вступить в новую эпоху – эпоху устойчивого развития, возрождения малых деревень с семейными фермами.
В чём новаторство Онегова? Из его книг узнаем, что в нём ужилось всё русское – и сказочная доброта, и честность, и былинная храбрость, и песенная прозрачность человеческой души. Ещё он – придирчивый искатель смыслов, ключник, открывший многие двери забытых и заброшенных природоведческих тем. Но основополагающий стержень его творчества в другом – в соединении и развитии трех жизненно спасительных экосистем: Земля-Природа-Деревня. Именно ставка на них дает сигнал планете, от чего нужно отказаться, чтобы жизнь народов протекала в условиях обеспеченного гарантированного мира.
Онегов доказателен в своих трудах, что все беды на планете оттого, что человек всё-таки плохо знает природу. Не знает, каким образом она устроена, что произойдет, если исчезнет один вид животных, если необдуманно использовать химикаты в саду и огороде, если вырубать леса на берегах рек и озер. Человек сегодня живет с постоянным желанием что-то изменить, улучшить, преобразить. А на деле неумелое вмешательство в природу, нарушение её законов приводит к глобальным экологическим проблемам, из которых пока самыми заметными становятся изменение климата, наводнения, пожары, засухи.
При обсуждении книг Онегова я встречал людей-скептиков, задающих вопрос: а каким образом рассказы о жизни в лесу, о медведях и глухарях влияют на сохранность жизни человечества? Приходилось вспоминать и рассказывать о другом писателе, любителе рыбалок и охоты, Юрии Казакове, которому примерно такие же вопросы задавали. Отвечал на них не сам уже ушедший из жизни писатель, а его друзья – литературные критики. Некоторые, мол, говорят: «А что там у него в рассказах такого-то происходит? Кто-то рыбу ловит, кто-то по лесу идет, кто стоит у пристани…» И каким мудрым и точным был ответ: «Да там всё самое главное у него происходит! Показана огромность мира». Вот и в книгах Онегова – показана огромность мира, но мира, погруженного в хаос, в истребление природы и самогó человека.
Только глупый не видит, как стремительно меняется жизнь; мировоззрение человечества меняется. Происходит процесс как истощения природных ресурсов, сдвигов в климате, вымирания многих видов животных, так и невероятной дебилизации и примитивизации людей. Онегов, зная тайны природы, сохраняя абсолютное ясномыслие и адекватные представления о реальности, не замутненные никакими политическими и экономическими программами, предлагает пути спасения. Он и сам пошел по этому пути – Земля-Природа-Деревня.
Своей жизнью то в лесу, то в деревне, Онегов дает человеку, а по сути, и всему человечеству, уроки выживания. Причём уроки эти в книгах идут незаметно, непроизвольно, ненавязчиво, без менторских наставлений, без азбучных истин, без высокомерного превосходства зрелого мастера прозы и опытного фермера. И тут хочешь не хочешь, но изучение его творчества подводит к выводу, что с гибелью, например, деревень умирает пласт вековой культуры – промыслы, традиции, нравственность, привычки, обычаи. Вместе с брошенной землей сразу остро встает вопрос нашей духовной жизни. Отсутствие её особенно ощутимо в провинции. Потому правда за Онеговым – необходимо срочно обратиться к тому богатому наследию, которое оставили нам предки, служившие верой и правдой, как говорили в старину, на ниве народного просвещения.
Кроме просвещения и воспитания нужна ещё политическая воля руководителей страны, осознающих спасительную роль триады Земля-Природа-Деревня. Тут нечего бояться, что крестьянство вымерло… Возрождение деревень с заброшенными землями возможно,