— Да нет! Не бросили бы мы свой Союз. Мы же были уверены, что в параллельном мире живём. Тартарийцев лишь аналогами русичей воспринимали. А оказалось — настоящие предки!
Николай вспомнил «фильм»:
— Знать бы, как оно всё повернется! Действительно могли в Новогород перебраться. Приглашал же Великий князь! Места бы на Руси хватило.
— Во-от! И ты разнылся. А не помнишь, какая там каша заваривалась? Каждый князёк мнил себя хозяином. И клал с пробором, что на Великого, что на императора. Пока войско наместника под стены не подойдёт. Своих же резали почём зря... А, ладно, дело прошлое! Нам сейчас главное — до дома добраться. А уж там и будем соображать, что да как дальше.
В составе вооруженного каравана Индийской торговой палаты, состоявшего из крытых грузовых повозок с картахенским золотом, мешками какао и другими экзотическими товарами, а также сотни кирасир охраны, небольшой возок с «крабом» русских путешественников потихоньку катил по пыльной дороге в Мадрид. На престоле там сейчас сидел австрийский эрцгерцог Карл. Он же — испанский император Карл III.
Прикинув за и против, друзья решили, что именно монарх мог помочь им беспрепятственно попасть к союзникам, в Англию или Голландию. Ведь сейчас те были своеобразной «кузницей кадров» для молодого государства Российского, обучая наукам будущих кораблестроителей, морских офицеров, архитекторов и других специалистов, коим предстояло осуществлять дома многочисленные петровские реформы. «Казаки» почему-то были уверены, что в потоке этих молодых европеизированных соотечественников смогут успешно вернуться на территорию прародины.
* * *
Карл III оказался невысоким черноволосым человеком с тёмными злыми глазами. Говорил император Испании с заметным германским акцентом. Ему представили «русских казаков», по-придворному льстиво назвав «грозой пиратов» Карибского и Средиземного морей. Титул произвел впечатление, и венценосец пожелал лично увидеть грозных московитов. Говорить пришлось через переводчика, и Владимир выложил заранее оговоренную с Николаем легенду. (Увы! Теперь и им приходилось увеличивать поток всемирной лжи).
Император узнал, что двенадцать лет назад почти полтысячи яицких казаков, не согласных с политикой войскового правления, отправились на восток. Решили посмотреть «сколь велика земля Русская есть», а заодно поискать новое место для свободного жительства. Но встречались им всё люди недобрые, а волюшки-то нигде уже и не было. После нескольких лет пути, выжившие вышли «в края благодатные, на берегу неведомого окияна стоящие». Там дерзкие казаки срубили струги и пошли по-над берегом окияна на север. В студёном краю от диких узкоглазых людей-чукч узнали, что на восходе есть ещё земля великая. Повернули туда, и через несколько дней, действительно, обнаружили новый континент. Землицу ту нарекли Алясочкой, и двинули вдоль её побережья на юг. Туда, значит, где должно быть теплее.
За время пути много смельчаков погибло от болезней и ран. Так как туземцы в той Алясочке, кою гишпанцы «Индиями» кличут, зело жестоки и коварны. Однажды все струги разбило ураганом, и уцелевшие две неполные сотни вынуждены были далее идти пешком. В диковинном лесу встретили отчаянный и воинственный народ ацтеков, в битве с коими и полегли почти все. Кроме, значит, Феоктистова и Зуброва. Индейцы были так поражены яростью казачьей битвы, что предложили им вместо боя до смерти лечь на «кровать бога». Оказалось, что диковинное ложе из камня огнедышащих гор как на них и делалось. Поэтому ацтеки, якобы, признали казаков за каких-то своих чудных «богов», приветили и показали, как выйти к поселениям других белых людей.
Дальше Феоктистов рассказывал уже чистую правду о нападении на Картахену-де-Индиас галеона капитана Ченсфера и схватках с кораблями пиратов. В доказательство Карлу III продемонстрировали анабиозную ванну, в которую друзья даже прилегли для наглядности. А затем императору подарили большую серебряную индейскую чашу, украшенную необработанными изумрудами. Для лучшего восприятия её заранее заполнили испанскими песо. Влезло аж на двенадцать тысяч. Сверху же положили ещё пращу ацтекского касика и мешочек золотых пуль к ней.
— А все сокровища, Ваше Величество, у дикарей тех полученное, мы продали губернатору Картахены! Ибо растолковал нам сей благородный дон Эстоньо де Ламейна про указ императора гишпанского о принадлежности всего золота Индий единственно короне Вашей!
Чиновники Индийской торговой палаты внесли золотые наконечники и ацтекские ожерелья, разложили перед троном. У присутствующих знакомо заострились лица. «Да они же все просто помешаны на наживе!» — удивился Николай. После этого, «казаки» дополнительно преподнесли императору по дорогой пиратской пистоли и серебряный, с бриллиантами, кинжал капитана берберов. Карл III, который в детстве даже не всегда ел досыта, в очередной раз легонько «поплыл». На этот раз от вида драгоценностей и рассказа. Он, эрцгерцог крохотных земель, стал императором половины мира! Ну, почти стал. Филиппа теперь они непременно добьют... И вот люди невероятной судьбы, которых дикари даже признали «богами», уважительно кланяются и дарят ему немыслимые сокровища. Боятся!!!
— У меня как раз есть краснокожий из племени ацтеков! — неожиданно сообщил венценосец. — Хочу, что бы он посмотрел на вас, а вы на него. Может, наконец, разговорить сможете.
Вскоре внесли тесную железную клетку, в которой сидел изможденный индеец со следами страшных истязаний.
— С ним, к сожалению, ещё не успели поговорить как следует. Может, вам удастся?
Владимир подошел ближе и присмотрелся. Несмотря на кандалы и многочисленные раны, мужчина гордо и презрительно взирал на мучителей.
— Кто он, ваше величество?
— Ты же был у них «богом»! Вот и спроси.
Феоктистов не удержался от легкой презрительной улыбки. Карл III тут же внутренне вскипел. Этот казачишка смеет пренебрежительно думать о нем?!
— Смотри на меня! — сказал Владимир на гортанном ацтекском. Пленник вскинул голову.
— Знаешь ли ты древний язык?
На фразу по-праромейски тот отрицательно покачал головой. Спросил:
— Кто ты, белокожий? Ты не очень похож на демона. У тебя другое лицо и более белая кожа. У тебя оружие со знаками нашего народа... Кто ты?
— Это Кетсалькоатль! — вмешался в разговор Николай. До ухода в анабиоз он с Гретилой худо-бедно научился гортанному наречию. — А я Серниколькальвогрота!
Индеец недоверчиво зыркнул.
— Вы выполнили мою волю? — спросил Феоктистов. — Сражались ли вы с белокожими демонами? Не отдали ли им наши сокровища?
Ацтек презрительно рассмеялся:
— Вот оно что! Решили так выведать. Поняли, что пытки не помогут!
— Что «выведать»? — вмешался Зубров. — А, понял! Слышь, Попугай Ползучий, ацтеки всё-таки выполнили твой завет, спрятали сокровища. А теперь испанцы пытают всех отловленных, чтобы узнать место клада!