Но сейчас все остались довольны. Сьюзи вновь оказалась в тёплой пелёнке и облегчённо заснула. Муж тоже задышал ровнее. Владимир всегда спал чутко. Она аккуратно легла рядом, слегка прижалась грудью. Муж знакомо сгробастал, притиснул плотнее и вновь расслабил тёплые руки. Уснул. В темноте балдахина был виден лишь силуэт его плеча. Но даже от этого Сусанну вновь заполнила нежность. Она возблагодарила Бога за ещё один день с ним.
Все годы, что они жили вместе, воспринимались чем-то вроде яркого сна. Наполненного всепоглощающей любовью, всплесками других сильных чувств и страхом. Постоянным страхом проснуться. Слишком уж он был не такой, её любимый рыцарь без страха и упрёка. Как однажды высказался в сердцах сэр Николай: «Его как ни положи — всегда положительный!» С ним она вознеслась из простой свободной девушки до уровня графини, почти полновластной владычицы двух городов и двух десятков сёл. Хозяйки тысяч рабов. Детей, правда, Господь дал пока всего троих. Зато — все живы-здоровы! Завидная судьба... В то же время её никогда не оставляло ощущение, что она проживает чужую жизнь. Не её должен был осчастливить сэр Владимир. Ради иной женщины он пришёл в Митгард из своего сказочного Ванланда.
Как могла Сусанна билась за своё счастье. Немало, конечно, в этом помогла благословенная бабушка Линде. Вот она-то как раз, была убеждена, что именно дочь кузнеца будет наилучшей супругой для её названного внука. Вскоре после имперского подтверждения баронских титулов, сошла с дистанции и наиболее вероятная соперница — леди Вероника де Канантон. Благополучно вышла замуж за троюродного племянника сэра Волка. А Сусанна так и жила постоянной любовницей сэра Владимира.
Времячко, конечно, было ещё то. Феод, разорённый перед самой зимой, с трудом восстанавливали стараниями свободных и нескольких сотен рабов. Еды не хватало, бараки и замок отапливали полусырыми кизяками и ворованным хворостом. Да ещё постоянно ждали нападения тамплиеров либо войска карателей наместника. Легче стало, когда бароны вернулись из Кангарда. Они привезли огромный обоз с продуктами, утварью, инструментами, металлом и строительной древесиной. К тому времени ребятишки Шансона от голода уже начали варить корни камыша и добывать лягушек, которых вытаскивали с заиленного дна Дива.
Сусанна непроизвольно улыбнулась, вспомнив, как на это отреагировал её Володя. Она тогда вместе с ним зашла в помещение, отведённое под «детский сад». А там, на самопальной «печке Зуброва» мальчишки постарше как раз варили недавний улов. Испугались, шарахнулись в стороны. Но малыши по-прежнему выглядывали из-за их спин голодными глазёнками.
— Что это тут у вас? — барон наклонился над кипящим котелком. Поддел варево ножом: — Лягушки, что ли?!
Получив утвердительный кивок, поинтересовался:
— Где вы их наловили-то? Зимой?
— Они в реке, на дне спят! — ответил чуть осмелевший Жирард из Гретевила. — А мы их короткими бредешками с лодок вычерпываем.
— Это, конечно, хорошо. Это вы молодцы... В принципе, мы во Франции. Так что, почему бы и нет? Вот только помыть их перед варкой не пробовали?!
— Зачем? И так вкусно!
— Может, и вкусно... Но так и с животом слечь не долго. А вы нам живые и здоровые нужны. Хм, да вы, похоже, ещё и не выпотрошили их?
Решительно снял котелок, аккуратно слил грязную воду:
— Жерард! Лягушек помыть, выпотрошить, залить чистой водой. Селеста, идешь со мной. Получишь брюкву и соль. Добавишь в варево. Как будет готово — позовёте!
Упрашивать не пришлось. А ещё через полчаса сэр Волк снимал пробу с импровизированной похлёбки:
— Ну, вроде, съедобно... Ладно, кормите малышей!
После этого, вместе с рыбаками, начали отряжать и мальчишек на лов лягушек и раков. А из привезённых припасов существенно увеличили рацион всех работников. Владимир тогда был сам не свой. Он словно горел каким-то внутренним невидимым огнём. Как-то само-собой сложилось, что сэр Николай начал активно руководить хозяйственно-восстановительными работами, а сэр Волк сосредоточился на обороне.
Сусанну же тогда больше всего взволновало появление новой соперницы. Так как из Кангарда сэр Волк прибыл в сопровождении здоровенного викинга и крайне симпатичной женщины-воина. Очень быстро Сусанна выяснила, что ещё летом с этой самой Мирандой он был о-очень близок. Вот тогда-то впервые ревность накрыла Сусанну. Правда, головы она не потеряла и мгновенно сблизилась с этой бывшей «столичной штучкой». В результате, буквально через два дня, в специально организованной баньке, за кувшинчиком разбавленного кальвадоса, Миранда выплакала ей своё горе. Оказалось — освобождённая рабыня, на которой бывший хозяин обещал жениться.
Сначала, вроде, всё складывалось удачно. Миранда вновь шла с викингами на карви. Но теперь уже как свободная женщина. Солёный холодный ветер наполнял радужными надеждами. Где-то впереди был суровый дом Бьорна Виваранда. Там её ждала скорая свадьба и новая вольная жизнь... Однако всё изменилось в одночасье. В море им встретился драккар недружественного клана. О наличии золота у них те, конечно, не знали. Но вот многочисленных рабов разглядели. И потребовали отдать добычу. Хорошо сразу не напали.
Неприятельский корабль был больше и наверняка лучше приспособлен к абордажу. Однако откровенно нарваться на кровную месть ни бьорновским, ни вражеским хирдманам не хотелось. У викингов с этим строго. Договорились на бой вожаков. Кто выиграет — того и добыча! Корабли сцепили вёслами, и на эти ненадёжные опоры выпрыгнули вооружённые ярлы. Тут выяснилось, что Бьорн утратил способность подчиняться демону-берсерку. Пару раз он уже был близок к тому, чтобы упасть в студёные волны. Но положение спас весельчак Хурд, неожиданно начавший ритмично выкрикивать:
— Ульф-хед-нар! Ульф-хед-нар!! Ульф-хед-нар!!!
Его тут же подержал весь экипаж и сама Миранда. Скандирование задало ритм схватки. Ярла словно напитало энергией. Он закружил вокруг оппонента, как недавно его самого осаживал сэр Волк. Шутя отвесил два обидных пинка, а затем просто свалил в волну. Да не оружием, а мощным тычком собственной задницы! Одобрительных хохот и рёв с обоих кораблей был первой наградой. Бьорн забросил в карви уже ненужное оружие и уселся на весло верхом. Крепко обхватил ногами, свесился вниз и выловил за волосы барахтающегося в студёной волне оппонента.
К своему позору, тот успел утопить меч и щит. При всех хирдманах спасённый хёвдинг поблагодарил Бьорна и заверил в дружбе. За проигрыш отдал запасное оружие и доспехи, пообещав добыть новые в бою. А затем показать их старейшинам уважаемого клана Скарролигов. Инцидент, вроде, был исчерпан. Но