— Думаю теперь, любезный маркиз, тебе будет более удобно рассказать о новом проявлении Врага рода человеческого. Я весь внимание!
Де Крюсьен знал, что такие одарённые люди как Владыка легко считывали в разговоре эмоциональный настрой собеседника. Поэтому наилучшей тактикой разговора с ними являлась откровенность и простодушие. Это воспринималось как психологическая открытость и вызывало доверие. При этом совсем не обязательно было изливаться собеседнику как на исповеди. Достаточно просто быть искренне уверенным в правдивости своих слов, и оппонент тоже примет их за абсолютную истину. Начальник тайной стражи достаточно давно научился сообщать строго определённую часть правды, создавая тем самым нужную реакцию. Он вспомнил тянущиеся волосатые прутики «кровавых деревьев», и его аж передёрнуло от омерзения. На этот раз специально не стал гасить страх:
— Буквально сегодня ночью, по роду службы, мне пришлось столкнуться с непонятным и опасным явлением, Ваше Преосвященство. Захваченные в плен враги начали превращаться в агрессивные кровавые пучки быстро растущих стеблей. Это очень похоже на какое-то кроваво-красное дерево, мгновенно вырастающее через тело такого человека прямо из пола. Если его веткам удаётся дотянуться ещё до кого-то живого, то и его тоже тут же разрывают изнутри такие же стебли, и он сам превращается в ещё одно кровавое дерево.
Владыка ожидаемо заинтересовался, и маркиз в подробностях живописал ночное происшествие.
— Где это произошло?
— В темнице моего особняка, Владыко. Два дерева нам удалось частично изрубить алебардами и прижечь факелами, благодаря чему мы смогли выбраться оттуда живыми. После этого я приказал замуровать темницу камнями и глиной, а сверху поставить огромный валун.
— Славен Господь, уберёгший воинов! Всё правильно сделал, сын мой. Теперь это место нужно дополнительно освятить и запечатать крестом.
— Об этом и хотел просить, Ваше Преосвященство.
— Лично займусь!
Неприкрытая радость отразилась на лице де Крюсьена:
— А что это было, Владыко?
— Пока не знаю. Сразу ничего не припоминается. Но озадачу библиотекаря. Может в писаниях что найдёт... А что за враги повели себя столь дерзко?
Маркиз на секунду замешкался, словно не зная, стоит ли сообщать тайные сведения, но затем явно решился:
— По нашим данным, Его Величество готовится атаковать группа опасных мятежников. Нам удалось захватить их разведку, направленную в столицу.
— То есть, ты подозреваешь, что мятежники связаны с нечистой силой?
— Да, Ваше Преосвященство! Именно этого мы и опасаемся.
— Но а если эти «кровавые деревья» и мятежники вообще не связаны? Если пленникам просто не повезло угодить прямо в лапы Врага рода человеческого?
Маркиз грустно вздохнул:
— Может быть и так, Ваше Преосвященство. Только это далеко не первый случай, когда нечистая сила выступает на их стороне... Да вы знаете, Владыко! Не так давно они два ваших отряда «Гнева Господня» побили.
— Кальвадосские рыцари! — скрипнул желваками епископ.
— Да, «рыцари-оборотни». Входят в верхушку заговора. И... — начальник тайной стражи вновь запнулся, словно не зная, стоит ли это сообщать, но затем решительно продолжил: — Кроме обычных людей им помогает «тёмная ведунья» и лесные волки.
Владыка задумался:
— Неплохой «букет»! Даже как бы даже и чересчур. Ты уверен?
— Это разведывательные сведения, Владыко. Добыты с трудом и вопреки воле врагов. Хотя абсолютно уверенным я, конечно, не могу быть. Пока.
— Н-да... Похоже, отлучение от церкви «оборотней» не остановило?
— Скорее, даже раззадорило. Нам очень нужна Ваша духовная поддержка, Владыко! Правящему принцу сейчас очень тяжело.
— Да-да, маркиз! — епископ всё ещё пребывал в глубокой задумчивости. — С причащением ты очень вовремя спохватился. Проследи, чтобы Его Величество хотя бы три дня до этого попостился.
Де Крюсьен смиренно кивнул. А Вениамин всё более воодушевлялся. Не смотря на амбиции и интриганство, он был истинным духовным воином. Поэтому возможность прямой схватки с врагами Единого бодрила его, как королевский турнир хорошего рыцаря:
— Жаль, мои ребятки ещё недостаточно подготовлены! Времени было мало, да и ветеранов в «Гневе» не так много осталось. Но это не повод отступать! Ступай, сын мой. Церковь постарается помочь в решении этой проблемы.
— Спасибо, Ваше Преосвященство! Его Величество знал, на кого можно всецело положиться! Он пообещал, что если Церкви удастся уничтожить прислужников Нечистого, то их замок и часть земель баронства Шансон перейдут в нераздельное владение епископства Норманского.
Маркиз ещё раз взял архиерейское благословение и почтительно вышел из резиденции. Щелчком пальцев подозвал скучавших телохранителей, приказал сопроводить Владыку к особняку. А сам поспешил на следующие переговоры, с настоятелем Гринебергской прецептории ордена Храма.
* * *
Через два дня после выварки сахара бароны Шансона засобирались к себе. Здоровье больше не вызывало опасений. Раны от каменных скальпелей, очевидно благодаря снадобью из рога Индрика, полностью зажили. Слабость чувствовалась, но это уже не беспокоило. Бывало и хуже. Благородный Торин решил в честь успешного излечения устроить пир.
Друзья, по обыкновению, сначала посовещались, уединившись в центре ристалища. Теперь они всё чаще на эти междусобойчики звали и Гесперона. Джонни с края площадки наблюдал как невесть откуда взявшийся тип на равных общался с сюзереном. Ему было обидно. Неужели он делом не доказал свою преданность? До него не долетало ни одно слово, но сквайр внимательно следил за мимикой и жестами. Кажется, бароны спрашивали совета у этого непонятного «Серого Странника», явно знающегося с магией... Неожиданно сэр Волк призывно махнул, и оруженосец рысью подлетел к командиру.
— Джонни, друг мой! — Феоктистов положил руку ему на плечо. — Мы планируем посвятить Гесперона в оруженосцы к сэру Кальвадосскому Грому.
— А как же Слем из Лизье?! — в глазах разведчика сверкнул строптивый огонек. Ребята, томящиеся в застенках, были его братьями по оружию и мучениям. Поэтому принижать достоинство кого-либо из них он считал недостойным.
— Бабушка Линде уверяет, что он и Арчи из Солми уже мертвы... Как ты понимаешь, у нас нет оснований не доверять словам Ведающей Матушки.
У Джонни защемило сердце:
— А Мидлтон из Гретевила?
— Говорит, что ещё жив.
— Нужно спасти его!!!
— Да, конечно, дружище. Но сначала нужно придумать как. Одного провала в Кангарде и двух смертей лучших воинов нам пока достаточно.
Оруженосцу стало стыдно, он виновато опустил глаза.
— Не вини себя! После посвящения сквайр Гесперон поможет тебе найти способ спасти Мидлтона, если, конечно, он сможет ещё продержаться, а также завершить