В армии думали за тебя, а здесь ты сам себе хозяин. А у хозяина, хоть голова и одна, но болит она за все. И дел множество. Никто тебе не приготовит пожрать, не завезет продукты, не обеспечит снарягой и так далее. Такова жизнь гражданского мага. Никто тебя не понукает, делай свою работу. Свобода, да. Но и засада – не станешь сам себя понукать, остановишься в развитии. Учти это. Что там у тебя?
- Кольчуга, что леший обещал. – я вытащил из четвертого ларца мерцающий серым блеском доспех. – хотя, скорей полный кольчужный доспех, а не просто кольчуга. Вот только на кого ее ковали?
Хауберк, а это был он, был под человека с чрезвычайно широкими плечами и очень широкой грудью. Даже мне сейчас он бы был чуть велик, если бы был под четыре руки. Но зато ростом вместе с расшитыми сейчас кольчужными чулками он мне чуть выше пояса. Ну, или напротив, до колена максимум.
- Дварфы, гномы, скотллинги. Мало ли, кто к нам заглядывал? – Пожала плечами ба, почти не интересуясь кольчугой. Ей стрелялды и доспехи мало интересны. – под себя переделаешь зимой, все едино заняться особо нечем будет. Прибирай обратно и иди в дом. Поужинаешь, а вот спать тебя придется или на улице, или в амбаре устраиваться. У меня извини, спать негде. Мне то теперь это не нужно. – ну да, личи не спят. Ночь для них такое-же рабочее время, как и день. Даже лучше, они солнечный свет не очень любят. Он у них процентов на десять снижает активность, все-таки лич уже нелюдь, они немертвые. Не нежить, нет, но между живыми и неживыми. Блин, а ведь это интересно.
- Ба, я тут вот чего подумал. Вот смотри, «воронка душ». Если в нее заключить душу человека, например, инвалида или древнего старика, и потом заселить в робота с мощным процессором вместо мозга, то что будет?
Блин, а вот сейчас я испугался. У ба снова боевая форма, глаза горят холодным золотом. Но стоит, думает.
- Молчи об этом, внучек. Никому не говори. Я сегодня ночью посчитаю, прикину, утром поговорим на эту тему. Но вообще, никому ни слова, кроме меня об этом не должен знать никто. Как ты любишь говорить? «Was wissen Zwei, wisst Schwein». И на будущее, всякие мысли вслух не озвучивай. Ты парень умный, почти гений, но пока в жизни валенок-валенком. Лучше девок валяй, толку больше. А решать проблемы оставь для бабушки и мамы.
Ну да, ну да. Типа, ты маленький, брось каку. Для ба я как был внуком, так и останусь, похоже.
- Да, а ты как, саламандр заберешь из круга? Он же как догорит, они погибнут, учти. – ба с интересом посмотрела на меня.
- Где саламандры, какие? Духи огня, ты имеешь в виду? – Круг до сих пор тлеет, да и не присматривался я к нему особо.
- Ну да, духи огня. Свою башню чем отапливать зимой думаешь? Нет, тебе угля-то закинут полтонны-тонну, но оно тебе надо, таскать его туда-сюда. Домового-то, сам рассказал, уморили.
- Ба, у меня домовой есть, и пара кикимор. Спят в лапоточках. Но ты права, саламандры в камине всяко не помешают. Те же зелья варить. – реально, духи огня позволяют держать температуры в сотых долях градуса. Ту же кольчугу переклепать, с ними намного проще. Хотя, с ней мне точно придется повозиться. Но это стоит того, чтобы потратить на это время, такой брони мало всегда, у нас в стране я лично трёх знаю, кто ей обладает. Точней, обладали. Саловат-абы погиб, его кольчуга ушла в казну. И вряд ли она пойдет кому из спецназа, сто пудов уйдет какому-нибудь немалому чину. Потому как двое оставшихся владельцев– командующие флотами, Тихоокеанским и Черноморским. Нахрена козе баян, а адмиралу кольчуга под кителем, не знаю. Разве понты, родненькие. Откуда знаю? Там видел, когда на учениях в девяносто втором году на адмиральско-генеральскую гулянку нагрянули. Мы с Русского острова, как усиление шли. Нас никто в учет не принял, а наш набор состоял из полусотни боевых магов. Вот командующий нами командир «Школы Мичманов и Прапорщиков», старый полковник и дал жару. Условно уничтожено командование тремя флотами. Такого шороха давненько не было. Полкан сразу ушел на пенсию, чего добивался очень давно, а нас пинками распинали обратно по частям, даже курс свернули, два месяца недоучили. Ой как не любят адмиралы и генералы, когда их условно убивают.
Поужинал, чем ба угостила (а угостила она блинами, фаршированными всякой вкуснятиной), и пошел к себе в сарай, оставив ба думать. Шкатулку с сапфирами ей тоже оставил, она попросила. Мол, имея перед глазами наглядный экспонат, легче решать. Ну, я ей и пару типов роботов скинул, которые на ОборонЭкспо в этом году выставляли, и два робота-шахтера. Она только хмыкнула одобрительно. Пусть думает, ей так лучше. Научный интерес для личей сильнейший антистресс.
В сарае уселся на сидение бака, откинул защитную крышку с бриллиантовой сферы, и зашел в астрал. По дороге к маминой метке пришиб паукана, заодно разжился шелком и мясом. Тоже мне. Вздумал на меня охотиться. Я ж в астрале сразу о-трое. Я-человек, я-росомаха и я-четырехрук. Росомах держал его за хвост с шипом, я-четырехрук аккуратно сматывал ловчую сеть, ну а я-человек потрошил еще живую тварь. Разделанная таким способом астральная зверушка ну очень полезна.
- Ма, здравствуй. – Я-человек появился в аккуратной светелке, где мама сидит около кудели с пряжей. Постоянно ткёт, сколько к ней на заходил, все время веретено крутит. Хотя, учитывая, сколько жизней она порой держит, не удивительно. – С ба все в порядке, бодрая, помирать передумала, меня сковородкой побила, тебе два сорока соболей и два сорока бобров передала. Привезу завтра-послезавтра. Со мной всё ладно. Пока. – я чмокнул маму в подставленную щеку, помахал