— Ладно, — сдаюсь я. — Кировский двадцать шесть, квартира шестьсот пять.
Она быстро черкает адрес в свой блокнот.
— Отлично! Завтра в полдень будем у вас! Вашему мальчику просто необходима поддержка класса. У него такой сложный период в жизни. Кстати, вам не помешало бы задуматься о новой маме. Ребенку просто необходимы оба родителя.
Видимо, у меня такое выражение лица, что мама Медведя резко затыкается.
Я беру Куропаткину, которая топчется возле классной руководительницы, под руку и стремительно вывожу в полумрак пустого коридора.
— Что вы… Зачем вы меня тянете? Я же с Вероникой Семеновной не поговорила! — брыкается та.
— Не о чем вам с ней говорить, — цежу раздраженно, а сам продолжаю удерживать Елену за локоть и веду ее к лестнице. — Лучше скажите, у вас в классе что, действительно принято поздравлять именинника от всего класса дома?
— Кто вам сказал такую ерунду? — фыркает Куропаткина. — Медведева? Так я вам сразу сказала, что она на вас, Олег Григорьевич, глаз положила! А после того, как вы брякнули ей про отца, она возьмет вас измором.
— А что такого в моем отце?
— Он в списке самых богатых людей нашей области на первом месте! Вы только представьте, что себе нафантазировала Медведева! Да она была готова вас прямо из-за парты в Загс тащить!
В глазах Куропаткиной столько досады, что я просто не знаю, что ей ответить. Просто иду рядом, засунув руки в карманы пальто. Так мы добираемся до турникетов.
— Ну, что, поехали ко мне? — приглашаю ее, как только мы оказываемся на улице.
Холодный ветер ударяет в лицо и забирается под верхнюю одежду. Куропаткина кутается в свою обновку.
— Звучит как-то двусмысленно, — посматривает на меня нерешительно.
Я усмехаюсь.
— И правда, — не могу не согласиться.
Она вспыхивает в смятении.
— Или вы на троллейбусе на Кировский поедете? — уточняю скептично.
Мы стоим на ветру под одиноким фонарем у школьного порога и смотрим друг на друга. Миг, другой, третий…
— Все, поехали! — я снова подхватываю ее за локоть и уверенно веду в сторону парковки.
— Хам! — фыркает она, но почему-то совсем не сопротивляется.
— Да ладно вам. Можем по дороге заехать, купить что-нибудь на ужин, повторим вчерашний неудачный вечер.
— Это может войти в привычку, — опасливо посматривает на меня она.
— Все лучше, чем с Колобком в одной комнате, — пожимаю плечами.
Открываю переднюю дверь и почти заталкиваю Куропаткину внутрь. Убедившись, что она сидит на месте рядом с водительским, плотно закрываю дверь, чтоб ненароком снова не сбежала, и только после этого ныряю на водительское сиденье.
Машина трогается с места. Я включаю радио, что-то в стиле романтик. Музыка льется из колонок, приятно ласкает слух и окутывает романтическим настроением.
Мы с Куропаткиной молчим. Она смотрит прямо перед собой. Я слежу за дорогой, но украдкой поглядываю на нее. Иногда день без человека, который до этого раздражал, многому может научить. День без Куропаткиной показал, что она единственная женщина в этой вселенной, с которой мне хорошо. И я намерен взять реванш за вчерашний испорченный вечер.
Притормаживаю у «Суши-Вок»
— Вы любите японскую кухню, Елена Николаевна? — уточняю вдохновленно.
Куропаткина замирает. Осторожно поднимает на меня глаза.
— Люблю. Только… что, если это войдет в привычку? Ну… собираться по вечерам вместе с нашими детьми и ужинать? — уточняет испуганно.
Я пожимаю плечами.
— Если войдет в привычку, то мы будем чаще встречаться, — произношу уверенно и выбираюсь из машины.
Елена Николаевна вжимается в сиденье, но не спорит.
«Так-то лучше, предательница», — выдыхаю удовлетворенно и ныряю в стеклянные двери за ужином.
Глава 29. Елена
Тихонов сосредоточен на дороге, а я держу на коленях коробки с суши и роллами, и с опаской рассматриваю его из-под опущенных ресниц. Честно говоря, после того, как он обмолвился при всем классе о том, что его отец — Григорий Тихонов, мне стало не по себе. В нашем городе имя этого человека на слуху. Он известный владелец строительной компании, которая возводит исключительно элитное жилье. О том, что он потерял жену, много писали в сми. Как и о том, что на похоронах они с родным сыном подрались на глазах у всех. Сын разбил ему лицо и сломал нос. Потом тему закрыли.
Сейчас я складываю в уме события и понимаю, что слухи о том, что Олег из состоятельной семьи, имеют под собой основание. Он и в самом деле тот самый наследник империи-застройщика.
— О чем размышляете, Елена Прекрасная? — уловив мое напряжение, интересуется Тихонов.
— Да так, ни о чем. Вспомнилось, что сми упоминали о вашей драке с отцом. Вас выставили чуть-ли не маньяком.
Олег Григорьевич усмехается.
— Он перед всеми, кто пришел на похороны, сказал, что ее смерть стала для него большим облегчением. Что я мог еще сделать? Я любил свою мать. Она была прекрасной женщиной. А он чуть ли не в отрытую изменял ей со своей секретаршей. Ему были нужны деньги, которыми владела ее семья, понимаете? Но он никогда их не получит. Даже если прикончит меня.
— Вы их так надежно спрятали? — уточняю озадаченно. Хотя, глупо, наверное, уточнять такие вещи. Их не рассказывают посторонним.
— Нет, Леночка. Я их просто вложил в компанию его самого ненавистного конкурента. Еще и квартирку у конкурента прикупил. Туда мы, кстати, и направляемся, — неожиданно раскрывает все карты Тихонов.
С этими словами он сворачивает к новому ЖК. Находит место на парковке и первым выбирается из машины.
Он галантно открывает мне дверь и забирает у меня пакет с ужином.
— Ладно, идем, посмотрим, что там натворили наши дети, пока мы были на родительском собрании, — произносит уверенно.
— Надеюсь, что они на этот раз не догадались впустить в квартиру какого-нибудь странного гостя, — с надеждой отвечаю я.
— Это вы про своего Колобка? — лукаво посматривает на меня Олег Григорьевич.
— Какого Колобка? — хмурюсь непонимающе.
— Того, который закатился вчера вечером на ПМЖ в вашу тесную квартирку?
— А, этого, — отмахиваюсь с досадой. — Лучше не напоминайте. Как подумаю, что сегодня он снова будет храпеть на кровати дочери, так волосы на голове шевелятся.
Тихонов не отвечает. Мы подходим к подъезду, и он открывает дверь подъезда с помощью ключа. Пропускает меня внутрь, и я теряю дар речи.
Ведь в холле подъезда — зеркальные стены, мягкая мебель и даже консьерж возле современного лифта! Я такое только в отелях видела, и то исключительно на картинках в интернете.
Мне хочется