Лекс всё это время молчал, откинувшись на спинку кресла. Он не вмешивался, не подшучивал, не спорил. Только наблюдал. Его взгляд был внимательным, тёплым, и в нём читалось что-то чуть большее, чем просто интерес. Почти одобрение… или ожидание.
Когда ужин подошёл к концу, Самюэль встал, подавая знак, что вечер завершён.
— Мы выезжаем в шесть утра, — спокойно сообщил Лекс, легко поднимаясь из-за стола.
Лера поспешно обернулась к нему:
— Это не обязательно. Я могу ездить в офис самостоятельно.
Он подошёл ближе, слишком близко. Тепло его тела ощущалось даже через ткань её домашнего костюма. Лекс слегка наклонился, и его голос прозвучал почти шёпотом, но в этом бархатном тоне было что-то вызывающее мурашки:
— Это моя маленькая прихоть, мисс Гордеева.
Он смотрел на неё чуть насмешливо, но взгляд был мягким. Его дыхание обдало её кожу — тёплое, чуть сладкое, тревожащее. У Леры пересохло в горле. Щёки вспыхнули, словно кто-то поднёс к ним ладони с жаром.
— Спокойной ночи, — пробормотала она и, резко развернувшись, быстро скрылась в своей комнате.
Дверь тихо закрылась, оставляя её наедине с собой и бешено колотящимся сердцем. Несколько секунд она стояла, прижавшись спиной к двери, стараясь дышать ровнее. Всё происходящее казалось ей странным сном — опасно сладким и немного пугающим.
Глава 13
Лера проснулась за несколько минут до звонка будильника. Сон словно сбежал, оставив после себя тревожное волнение, которое с каждым вдохом превращалось в сосредоточенность. Она быстро приняла прохладный душ, смыла остатки сна, закрутила волосы в полотенце и направилась к шкафу.
Открыв створки, на секунду застыла. Перед ней висели идеально отглаженные вещи — дорогая, брендовая одежда: шелк, кашемир, тонкая шерсть, благородные оттенки. Лера растерялась. Всё это было красиво, стильно, но… не её. Не девочки из обычной квартиры и не женщины, которую всегда ставили в тень сестры.
Взгляд скользнул по вешалкам и остановился на чёрном платье-пиджаке. Простом на первый взгляд, но при ближайшем рассмотрении — сшитом безупречно. Линия плеч подчёркнута, талия затянута, асимметричный низ добавлял дерзости. Она провела пальцами по гладкой ткани, затем решительно достала его и быстро переоделась.
Подойдя к зеркалу, Лера на секунду затаила дыхание. Платье сидело идеально. Оно подчёркивало изгибы, делало осанку прямее, а взгляд — острее. Волосы чуть подсохли и легли лёгкими волнами на плечи.
Она выглядела… иначе. В этой женщине в зеркале было что-то роковое. Что-то, что могло заставить замолчать переговорную. Лера невольно поправила воротник и хмыкнула:
— Не обманывайся. Вещи не сделают тебя красивее.
И, выдохнув, направилась к двери. В коридоре столкнулась с Лексом.
— Есть проблемы, — сказал он сразу, даже не поприветствовав её. — Нужно выезжать в офис.
Лера коротко кивнула. В этом было что-то успокаивающее — снова влиться в рабочий ритм, решать, действовать. Это она умела. Они доехали быстро. Водитель не разговаривал, Лекс молчал, листая что-то на планшете. Лера смотрела в окно, собирая мысли.
В кабинете их уже ждал сотрудник аналитического отдела, молодой мужчина с напряжённым лицом и кипой бумаг.
— «Атлант» опубликовал проектную часть по тендеру, — начал он, выкладывая распечатки. — И, похоже, это...
Лера схватила бумаги, пробежала глазами и резко выдохнула.
— Это мой проект, — тихо сказала она. — Я готовила его ещё до ухода из компании. Но здесь подпись Алеся Гордеева.
Она нахмурилась, тонкие пальцы сжали край листа. Всё было один в один — её структура, её расчёты, даже формулировки в аннотации. Только теперь это презентовали как ноу-хау её сестры. Лекс подошёл ближе, глядя в документы через её плечо. Он ничего не сказал, но выражение его лица стало ледяным.
Аналитик, немного замявшись, обратился к Шейдону:
— Мы проанализировали тендерную документацию и собрали информацию из смежных источников. По всему выходит, что победитель, возможно, уже известен заранее. Есть ощущение, что проект заточен под конкретного участника. Не исключено, что речь идёт о кулуарных договорённостях.
Лекс хмуро кивнул, махнул рукой:
— Спасибо, можете идти.
Когда дверь за сотрудником закрылась, в комнате повисла напряжённая тишина. Лера подняла голову, её взгляд потемнел.
— Я знаю этот проект. Я начинала над ним работу в «Атланте». Только тогда он был в черновом виде. Он не закончен, не выверен. В нем есть уязвимости — можно сыграть на этом.
Голос её был твердым, почти холодным. В ней зажегся тот огонь, что Шейдон однажды уловил в ней на переговорах — не злость, не обида, а сосредоточенная энергия профессионала, знающего, что делать.
Лекс усмехнулся, облокотившись на край стола:
— Меня интересует только один проект. Тот, который подготовит Гордеева. Настоящая.
Он сделал паузу, словно давая вес словам.
— А с нечестной игрой... я разберусь лично.
Лера кивнула, губы сжались в тонкую линию. Всё становилось на свои места. У неё есть шанс не просто вернуться в игру — а сыграть её по собственным правилам.
Гордеева села за стол, щелкнула мышкой, разбудив экран, и принялась за работу. Пальцы быстро забегали по клавиатуре, но мысли путались. В груди пульсировало раздражение — тяжелое, почти гневное.
«Как он мог? Как отец мог так поступить?»
Проект, над которым она работала вечерами, просчитывая каждый пункт, каждую строчку, оттачивая логику — был передан Алесе. Просто так. Как будто Лера — временное недоразумение, которое можно вычеркнуть и заменить, будто она — черновик, а Алеся — итоговая копия.
Несправедливо.
«Хорошо. Раз так — посмотрим, кто из нас черновик.»
Её лицо застыло, взгляд стал холодным. Лера принялась прорабатывать структуру презентации, на ходу формулируя выгодные предложения и альтернативные пути внедрения. Она докажет, что её выбросили зря. Сделает проект безупречным, таким, что его нельзя будет не заметить. И никто больше не посмеет сомневаться в ней.
Усталость накатила вдруг. Лера выдохнула, опустилась глубже в кресло и на секунду прикрыла глаза. Затем взглянула на смартфон. Экран был усеян уведомлениями о пропущенных звонках. Несколько от отца. Несколько от Алеси.
«Когда успели?» — промелькнуло в голове. Она ведь даже не слышала, как телефон звонил.
Собираясь выключить звук, Лера замерла: входящий вызов — Глеб Викторович. Она нерешительно нажала «принять».
— Лера! — рявкнул в трубке голос отца с такой силой, что она инстинктивно отстранила телефон от уха. — Что ты творишь?! Ты понимаешь, что делаешь?
— Папа?.. Что случилось?
— Ты шантажируешь Алесю? Это теперь твой стиль ведения