Лера устало откинулась в кресле, провела рукой по лбу. Стрим был долгим, эмоционально выматывающим, но странным образом — тёплым. Рядом Максим, смеётся, щёлкает по экрану смартфона, в наушниках стихает музыка игры.
— Ну, что я могу сказать, — широко улыбнулся он, вытягиваясь в кресле. — Стрим прошёл на ура! Мы буквально взорвали чат. У тебя, кстати, фанаты уже требуют продолжения.
Лера мягко улыбнулась, покачав головой:
— У меня фанаты? Вот уж не думала.
В этот момент её смартфон коротко завибрировал. Уведомление. Она машинально разблокировала экран — и замерла. «Поступление: 500 000 ₽»
Лера моргнула, будто не до конца веря.
— Макс... — Она повернулась к другу. — Мне только что пришли деньги. Полмиллиона. Это же... твой стрим. Это тебе должно было прийти, а не мне.
Максим оторвался от телефона, глянул на Леру, потом фыркнул:
— А я что, похож на бедного студента? — Он рассмеялся, откинулся на спинку стула. — Я нормально зарабатываю. А вот если хочешь отблагодарить — приглашаю тебя на чай. Мама сегодня пирог пекла. А бабушка, ты же знаешь, без своих травяных сборов не отпустит.
Лера встала, взяла рюкзак и с улыбкой кивнула:
— А знаешь… я соскучилась по Оксане и Римме Викторовне. Очень.
— Вот и отлично. Они тебе будут рады. Особенно старушечка — она тебе до сих пор твои оладьи вспоминает.
Они вышли из компьютерного клуба. Вечер был тёплым, по-летнему томным, с лениво ползущими по небу облаками и тусклым сиянием фонарей. Макс шёл чуть впереди, болтая о новых играх и забавных моментах со стрима. Лера же на мгновение задержалась на перекрёстке взглядом, всматриваясь в знакомый дом. Где-то там, на верхних этажах, её семья — отец, мать, младшая сестра. Те, кто давно уже перестали быть домом. Если и вспоминали о ней, то, скорее всего, с упрёком. А может быть, сестра и в самом деле сейчас на свидании с Лексом…
Сердце кольнуло, но Лера быстро отогнала эти мысли. Зачем снова возвращаться в больное? Максим вставил ключ в замок, распахнул дверь и, как в детстве, весело крикнул вглубь квартиры:
— У нас гости! Ставьте чайник, встречайте звезду эфира!
На кухне пахло малиной, мятой и чем-то ещё родным, неуловимо тёплым. Вся семья Максима собралась за столом: Римма Викторовна нарезала домашний пирог, Оксана ставила перед всеми чашки с чаем, а Максим с пылающими глазами эмоционально пересказывал, как прошёл стрим. Он жестикулировал, смеялся, в красках описывал, как Лера «промахивалась по кнопкам», и как он «героически вытаскивал раунд за раундом».
— А чат что творил! — хохотал он. — Один вообще написал, что у Леры «реакция как у ленивца, но улыбка как у суперзвезды»! А потом — бац! — донат на полмиллиона. Мы оба опешили!
Оксана слушала с мягким выражением лица, подперев щёку рукой. Римма Викторовна довольно кивала, и от этого её серебристые волосы, убранные в пышный пучок, чуть закачались.
— Ты молодец, Лерка, — тепло сказала Оксана. — Правда. С тобой стрим получился живой, душевный.
Лера чуть смущённо улыбнулась, обхватив чашку обеими руками. Её щёки разрумянились от горячего чая и внимания.
— Спасибо. Это всё Макс вытянул. Я… так, фон.
— Скромничает, — фыркнул Максим. — Зрители в тебя влюбились, а ты говоришь «фон».
Римма Викторовна снисходительно махнула рукой:
— Влюбились, не влюбились — дело наживное. Главное, чтоб человек был настоящий. А Лера — настоящая. Вон, как внука моего прикрывала, как старалась. Видно, не просто так рядом.
Лера мягко рассмеялась, глядя в чашку.
— Как у тебя дела, милая? — вдруг спросила Оксана. — Где живёшь сейчас?
Лера на миг задумалась, затем тихо ответила:
— Пока у работодателя. Но ищу съёмное жильё. Хочется уже что-то своё, встать на ноги, стать независимой…
Римма Викторовна кивнула серьёзно, ставя перед Лерой ещё кусочек пирога:
— И правильно. Женщина должна стоять крепко. На ногах, на уме, на характере. Надеяться можно только на себя, милая. А всё остальное — как повезёт.
Максим ухмыльнулся, но промолчал, только откинулся на спинку стула, грея ладони о чашку.
Обстановка была почти сказочной — уютной, тёплой, как в книгах о добре. На фоне Римма Викторовна рассказывала о новой песне, над которой работала. Оказалось, она собирается участвовать в фестивале авторской музыки.
— Надеюсь, голос не подведёт, — с озорством сказала она. — А то молодежь нынче такая требовательная. Ходят с наушниками, и пойди их удиви!
Оксана с воодушевлением делилась впечатлениями о новом сериале:
— Представляете, героиня на шестидесятом году жизни пошла учиться программированию. И у неё начало получаться! Я прям вдохновилась.
Все смеялись, перебрасывались репликами, спорили о сериале.
Лера смотрела на эту небольшую кухню с облупленной плиткой, с затёртым подоконником, и вдруг поймала себя на мысли, что здесь — дома. Что эти люди, пусть не по крови, но по духу ближе ей, чем родная семья. И, наверное, это было единственно правильным и честным в тот вечер.
Глава 43
Лера смотрела на сцену пустым, выжженным взглядом. Ведущий — сухой мужчина в сером костюме — с деланным воодушевлением зачитывал итоги тендера. Его голос глухо отдавался в зале, будто доносился сквозь вату.
— Комиссия установила попытку подкупа со стороны представителей корпорации «Атлант». На основании внутренних расследований, а также в соответствии с пунктом 4.3 регламента, победителем тендера признана компания «Эрида», — с важным видом произнёс он.
Аплодисменты раздались не сразу. Несколько человек захлопали вяло, неуверенно, потом — громче, организованнее. Кто-то вскочил, кто-то отошёл в сторону, говоря по телефону. Радость мелькала у отдельных лиц, но не у Леры.
Она стояла, как будто за стеклом, и смотрела в пространство. Победа. Та самая, ради которой она терпела, сражалась, работала ночами. Победа, которую когда-то представляла сладкой, искрящейся, освобождающей.
Но сейчас внутри — ни трепета, ни ликования. Только ровная пустота.
Она медленно повернула голову и взглянула на Лекса, стоявшего рядом. Он, казалось, даже не слушал. Его взгляд был устремлён куда-то вглубь зала, а лицо — спокойное, чуть хмурое. Никакой улыбки, ни признака торжества. Словно исход тендера вообще не имел для него значения.
И в этот момент к ним резко приблизился Глеб Викторович. Его лицо побагровело, губы дрожали от ярости, голос прозвучал резким раскатом:
— Ну что, довольна?! — почти выкрикнул он.
Он уже не сдерживался. Посыпались обвинения:
— Ты нас предала. Ты с ним