– Король ожидает вашего решения, он велел нам не возвращаться без вашего ответа.
Помолчав, королева ответила:
– Возвращайтесь во дворец и передайте королю ответ его преступной жены: она не смеет исполнить то, о чем он просит.
Долго уговаривали придворные дамы королеву, но так и не смогли уговорить. Вернувшись во дворец, они доложили обо всем королю. Король встревожился: он решил, что королева не может простить ему обиды. На следующее утро он отправил ей новое послание, а с ним и подарки – дорогие одежды, расшитые узорами одеяла и подушки, посуду из драгоценных металлов.
Королева приняла придворных дам, ничем не выдавая своих чувств, она была величава, как глубокая и широкая река.
– Вчера король расспрашивал нас, – говорят дамы, – есть ли у королевы нарядные одежды, красивые одеяла и дорогая посуда. Мы ответили, что не видели в ее доме ничего такого. Тогда король огорчился и сказал: «Я был несправедлив к ней и хочу исправить свою ошибку». И он повелел приготовить для вас подарки. Казначей заявил, что платья и одеяла он выдать может, а вот дорогой посуды в его кладовых нет. Тогда король приказал доставить к нему серебряный сервиз, изготовленный для церемонии поминания предков, осмотрел его придирчиво и велел послать вам. Потом король перебрал белье, распорядился заменить подушки, украсить все вышивками с изображениями фениксов и за одну ночь сшить для вас новые одежды. Он потребовал, чтобы шелк был темно-синего цвета, и чтобы к утру все было готово. Утром король сам все внимательно осмотрел и велел везти к вам.
Говоря это, придворные дамы давали понять королеве, что они восхищены заботливостью короля. Королева выслушала их не очень внимательно, слегка поклонилась и ответила:
– Милости его величества безграничны, и я обязана повиноваться ему и как государю, и как супругу. Однако не приличествует держать вещи из королевского дворца в частном доме. Особенно подушки и одеяла. Я не могу все это принять. Несите обратно.
Трижды придворные дамы просили ее принять королевские дары, но она не слушала их, вернула им подарки и сказала:
– Сожалею, что доставила вам столько хлопот, – примите мое сочувствие.
Дамам ничего не оставалось, как вернуться во дворец, не выполнив наказа короля. Король написал жене новое послание – в нем он корил королеву и уверял, что своей строптивостью она чинит вред делам государства: «Вы попираете законы Неба, насмехаетесь над мужем и унижаете мое королевское достоинство!» И он снова направил придворных дам с подарками к ней, наказав им:
– Горе вам, если опять вернетесь ни с чем!
Королева прочитала послание короля и поняла, что больше не должна противиться его воле. Она приняла подарки, но ответа королю писать не стала. Дядя и братья упрашивали ее, придворные дамы умоляли ее – наконец она взяла кисть и бумагу, написала пять или шесть строк и попросила передать их королю. Король нетерпеливо вскрыл ее письмо – слог письма был смиренный и покаянный, королева просила у него прощения за свою строптивость. Растроганный король умилился. В двадцать третий день четвертой луны, день рождения королевы, он отправил к ней придворных дам с поздравительным посланием и яствами с королевского стола. И снова прибыли дамы к королеве, и снова родственники королевы утирали радостные слезы. Однако королева не приняла дары и в волнении сказала:
– Государственная преступница не смеет лакомиться королевскими яствами в частном доме!
И она отослала дам обратно, так и не притронувшись к яствам. Король трижды просил ее сменить гнев на милость, весь двор побывал в доме королевы, прося ее принять королевские дары, но королева стояла на своем. Чиновники и простолюдины без устали восхищались ее скромностью и стойкостью.
Ежедневно приезжали к ней члены королевской семьи и члены ее собственной семьи – всех принимала она почтительно, хотя и сдержанно, лик ее был печален. У ворот ее дома постоянно дежурила личная стража короля; придворные чиновники и дамы, в соответствии с этикетом, охраняли ее и не допускали до нее никого. Королева была с ними ни ласкова, ни холодна, однако распорядилась открыть широко ворота, дабы в дом мог войти любой желающий.
Астрологи прислали королю уведомление о том, что двадцать седьмой день четвертой луны благоприятен для возвращения королевы во дворец. Король направил к ней посланника с приглашением явиться в этот день к нему. Королева ответила отказом:
– Милости ваши безграничны: отныне я вновь обрела возможность встречаться с родными и близкими – смею ли я, неблагодарная, вернуться во дворец и показаться вам на глаза?
Король приказал семейству Мин, высшим чиновникам государства ехать к королеве и уговорить ее выполнить его просьбу. Ежедневно он писал ей по четыре-пять писем. И королева поняла, что больше противиться она не может. Вздохнув, она надела парадные одежды и отправилась во дворец, взяв с собой племянницу – девочке шел уже четырнадцатый год, ее речи и поступки под влиянием королевы были безупречны. Королева взяла ее за руку и расплакалась – девочка тоже разволновалась и не могла сдержать слез. Служанки плакали, жалея свою госпожу.
Подали золотой королевский паланкин, но королева отвергла его и попросила подать простые носилки. Чиновники и слуги стали отговаривать ее, ссылаясь на то, что король будет недоволен, но она настояла на своем и села в носилки. На голове у нее украшенный цветами убор, вся она закрыта белым покрывалом. Королеву сопровождает почетный караул, возглавляемый начальником военной академии, за ним следуют высшие чиновники королевского двора и придворные дамы, одетые в красные кофты и увешанные драгоценностями. Курятся благовония, сверкают штандарты. День стоит теплый и ясный, веет ласковый