— Я тоже… готов. Говори, Арина, кого из нас двоих ты выбираешь. И пусть этот выбор закрепит союз, а не развяжет новую войну между нами…
Настала и моя очередь выбирать. И, как бы я не готовилась морально к этой минуте, произнести вслух то, что намеревалась, оказалось очень сложно. Намного сложнее, чем я себе представляла.
— Прежде чем я озвучу ответ, я хочу сказать вам обоим, как вы мне оба дороги… Не только были тогда, когда душа моя жила в теле Агнеши, но и сейчас. Да, я полюбила вас обоих тогда, ещё в прошлой жизни, и продолжаю любить несмотря ни на что. Мне очень бы хотелось, чтобы вы оба были счастливы. И я сделаю всё, чтобы так оно и было. Прошу заранее простить меня, ведь мои слова сейчас принесут боль одному из вас, а мне так бы хотелось, чтобы мы все остались довольны.
— Говори, не тяни, — попросил волколак. Он всегда был порывистым и горчим, и ожидание для него было многим тяжелее, чем для Ярослава.
Я вздрогнула, приготовившись к признанию.
— Вольх… Прости.
Он замер, словно не поверил своим ушам, но после через силу кивнул, и это мгновение было для меня столь же болезненным, как и для него. В какой-то момент я даже испугалась, что он откажется выполнять своё обещание, но тот быстро взял себя в руки и справился с собой.
— Я сдержу своё слово, — глухо отозвался он.
В тот же момент Ярослав, радостно подскочив с места, бросился ко мне, заключив меня в объятия. Радость, что плескалась в его васильковых глазах, была искренней, настоящей, и мне сделалось чуточку лучше оттого, что хоть кому-то я сегодня принесла немного счастья.
Но после, оставив меня, князь протянул руку Вольху.
— Мир? — произнёс он, ожидая ответа.
Тот, поднявшись из-за стола, крепко пожал её, и тоже произнёс:
— Мир.
Эпилог
Свадьба гудела на весь мир, весёлая, заводная. Пригласили всех — и знатных, и крестьян, и хмурых, и весёлых. Всем место за столом нашлось! Всех угостили-накормили!
Правда, княжеский терем, каким бы большим не был, не в силах был вместить всех гостей. А потому столы накрыли даже на улице — благо, погода тому способствовала, было тепло для зимы, да всё потому, что весна была не за горами.
Мы с Ярой сшили мне свадебное платье и рубаху Ярославу, собрали приданное — не то, что родители обычно дают, а что требуется для завершения обряда. Жаль, что своего у меня тут ничего не было, но Ярослав всё время шутил, что князю ли на это жаловаться? Была бы невеста, а боле ничего и не надо.
Яра, загоревшись этой свадьбой, взяла практически всё на себя, объясняла мне, что и как нужно делать, как говорить. Порхала как бабочка, словно это она замуж выходила. Хотя, кто знает, девица-то была на выданье, да и призналась мне она, кто её сердечко успел украсть. Не сразу, конечно, и всё-таки.
С тех пор, как мы вернулись в терем, схуднула она здорово, разболелась. От живой и весёлой знакомой мне сестрицы князя одна оболочка осталась — и никто не знал, что с ней. Даже не догадывался. Кроме меня. Потому как знала я, отчего с живыми и весёлыми девушками такое порой случается. И имя той хвори было любовь.
Как-то оставшись с ней наедине, я прямо-таки заставила её признаться, в чём дело. Не выпускала из горницы, пока не сказала, а как сказала — разревелась, и слова из неё бурным потоком полились. Вольх. Вольх был тем, по кому она с ума сходила, день и ночь тосковала. А с ним всё понятно было ещё там, в лесу, когда они меня вместе разыскивали. Он на неё и не смотрел, потому как другую уже полюбил. Меня…
Слушала я её долго, молча. Пыталась в себе уловить хоть что-то похожее на ревность, но так и не смогла. Наоборот, всей душой мне захотелось, чтобы и Яра своё счастье обрела. Пусть даже с Вольхом. Но ведь насильно мил не будешь. И по указке полюбить нельзя.
Но наш разговор всё же принёс свои плоды: Яра немного успокоилась. Даже повеселела. А тут и новость о свадьбе мы с Ярославам ей сообщили. И стало не до того, чтобы переживать и слёзы лить, когда делом занялась.
Вот и сегодня она была краше всех девиц — румяная, круглолицая красавица, да и оделась не как служанка, а как настоящая княжна. Сестрой она мне стала, не по крови, так по духу.
На миг веселье умолкло, когда в ворота застучали. Велено было открывать всем, да не ожидали люди, что сами волколаки на свадебный мир пожалуют. И вроде мир между ними уже намечался, но всё же старые предрассудки ещё были живы.
Ярослав, увидев, что Вольх со своей свитой приближается к нашему праздничному столу, взял меня за руку и мы вышли ему на встречу. Конечно, мы не знали, чего ожидать от вожака волколаков, а потому было немного боязно. Но тот лишь поклонился в пояс и велел своим людям сундуки занести со свадебными дарами. А самым главным подарком было то, что Вольх с собой привёл моих подруг-волчиц! Только Ярины и Нельги среди них я не увидела, но то было к лучшему, ведь подругами они мне вовсе не были.
— Арина! — Русана бросилась мне на шею, а затем и все девушки обняли меня по очереди, и я была просто счастлива видеть их.
— Проходите за стол, гости дорогие! — пригласил князь, а теперь уже и мой муж.
И пришедшие волколаки расселись по местам и тоже начали праздновать. С нами остался лишь Вольх, что обнял меня, а после пожал руку Ярославу. Я мельком взглянула на Яру — та уже была сама не своя, щёки аж пунцовыми сделались.
— Совет да любовь! — официально произнёс вожак оборотней, и я видела, как тяжко ему это давалось.
— Благодарствуем! — ответили мы с Ярославом в один голос.
— Славный пир, да только, боюсь, мы здесь не задержимся. Домой пора возвращаться… — вздохнул вожак волколаков.
— Теперь мой дом для тебя всегда открыт, Вольх! — произнёс Ярослав. — Хватит нам враждовать да попусту ссориться.
— Согласен, — кивнул тот в ответ. — Но, чтобы не быть пустобрёхом, скажу честно: хотел бы я с тобой породниться. Слыхал я, сестрица у тебя отыскалась…
Нужно было видеть в этот момент лицо Яры! Она как раз чуть ближе подошла, чтобы гостей поприветствовать, и