Выдав каждому из помощников по двадцать килограммов чернокамня, вернулся к границе купола и принялся строить «весы». Главной особенностью любых объектов из обсидиана была их монолитность. Нельзя было ничего сделать из кусков или отдельных деталей. В таком случае кристаллическая связь просто рассеивалась. Был ещё ряд нюансов, которые улучшали проводимость структуры и качество удержания, но я даже сам не до конца понимал эти детали. Просто знал, как делать нужно, а как точно нельзя.
— Высыпайте тут и несите ещё столько же, — приказал я. Чаши необходимо было уравновесить, чем я и занялся.
Минут двадцать вымерял размеры, досыпал недостающее и создавал необходимую форму. Параллельно тянул к этой точке нити энергии от кристалла, чтобы запитать всю структуру. Времени на это ушло больше часа, но это была самая сложная и кропотливая часть работы.
— Давай, Олег, — отходя чуть назад, приказал я. — Что делать ты помнишь. Я разогрею, а ты держи форму.
— Понял, ваше благородие, — откликнулся Факел.
Что я делаю, он решительно не понимал, но, как и всегда, с энтузиазмом включился в работу.
Управление полями кристаллической связи далось тяжело. Сказывалась недавняя перегрузка. Ещё в процессе понял, что планы со стройкой придётся перенести на следующей день. Не хотелось надорваться в самый неподходящий момент.
Разогретая лава приняла форму двух связанных между собой кубов. Одни из них находился за пределами купола, а другой — внутри. Толстая полоса обсидиана соединяла их в одно целое. А на границе самого купола пролегала полоса длиной в три метра — будущая зона обмена.
— Красивое, — когда мы закончили, неуверенно произнёс Фёдор. — Но можно было и без украшений обойтись, ваше благородие. Мы люди простые… Палку бы в землю вбили, чтоб место застолбить, да и всё!
— Не прикидывайся идиотом, Федя, — проворчал наблюдавший за нами всё это время Мастер. — Точку прохода купола обычной палкой не отметишь. Правда, обсидиан для этого тоже не требуется. Как это работает, господин барон?
— Это работает? — удивлённо спросил Меняла. — Что тут может работать?
— Несите чернокамень, — приказал я. — Десять килограммов.
Всё необходимое притащила Ульяна, а я положил половину минерала на платформу с нашей стороны купола. Вторую часть вручил Олегу и отправил его за пределы барьера.
— Для открытия торгового окна тебе потребуется десять кило чернокамня, — принялся объяснять я. В этот момент Факел положил свой груз на вторую платформу и купол начал меняться. Возник дополнительный пузырь, который одновременно объединил меня с Олегом в одном пространстве и отрезал нас от остального барьера. — Работает тридцать минут. Обменять можно всё, что в этот момент находилось в пределах купола.
— Будь я проклят! — разглядывая получившуюся конструкцию, пробормотал Фёдор.
— Ну и попал ты, Меняла! — звонко расхохоталась Ульяна. — Думал, что сможешь грузить целые контейнеры и поплёвывать на обманутых клиентов из-за купола?
— Не болтай попусту, мелкая! — зло зыркнул на полукровку торговец. — Полчаса мало, ваше благородие.
— Тогда положи вдвое больше чернокамня, — пожал плечами я.
— Но для этого мне целая прорва камня потребуется! — возмутился Меняла. — Где его брать столько?
— Я слышал, как один из вожаков Вольных говорил, что нашёл большое месторождение, — нейтрально заметил я. — Может у тебя с ним получится договориться. На тебе ещё обязанность убирать весь чернокамень после сделки.
Пока обсуждали детали работы, обязанности и комиссии, прошло тридцать минут и купол вернулся к нормальному состоянию. Лежавший на платформах минерал начал мягко светиться.
— Что это с ним? — заметив странность, поинтересовался Фёдор.
— Это сияние отработанного камня, — охотно пояснил я. — Чтобы не путаться. Если его второй раз положить на платформу, то торговое окно не откроется.
— Это что же получается… — растерянно посмотрел на меня Фёдор и на этот раз уже рассмеялись все вокруг. — Мне каждый раз по пять кило надо, чтобы вещь передать?
— Всё верно, — улыбнулся я. — Но ты можешь позвать меня вместо этого. И это тебе обойдётся всего в половину твоего дохода от такой сделки.
— Я лучше чернокамнем запасусь, — проворчал в ответ торговец. — А то так никакой маржи не напасёшься. Ещё и должен останусь. И чего я поверил этому рыжему…
— Федька, ну с делами вы, вроде как, закончили, — подойдя к нам, с намёком произнёс Михалыч. — Пора бы и традиции соблюсти…
— Закончили, — согласился Меняла. — С меня причитается. Тут без вопросов. Просто не думал, что ваш барон таким ушлым окажется…
— Впервые слышу, что тебя кто-то обошёл в этом деле, — хмыкнул Мастер и потёр руки. — Ну чем будешь угощать?
— Тебе точно понравится, командир, — широко улыбнулся торговец.
О чём шла речь я понял уже минут через пять. Фёдор унёсся в свой дом на колёсах и принялся вытаскивать из него разнообразные ящики, свёртки, корзины и корзинки. Один из бортов машины оказался с двойной стенкой, и его Меняла превратил в большой навес. Своё место заняли лёгкие стулья, столик, несколько непонятного назначения боксов и небольшой холодильник. А потом, под дружные вздохи всей команды, Меняла вытащил на свет здоровенный мангал. Даже не мангал, а что-то вообще монструозное. На решётке этого чудовища можно было готовит одновременно человек на тридцать.
— Как же я скучал по твоей стряпне! — расчувствовавшись, произнёс Бугурт. — За последние дни вкус походных рационов уже в печёнках сидит.
Остальные поддержали Игоря дружными радостными возгласами, а я вдруг понял, что эти люди так много прошли вместе, что стали почти семьёй. Я на этом фоне казался чужаком, который случайно забрёл на чужой праздник. Однако, неловкое ощущение быстро испарилось, когда все расселись под навесом и начали обсуждать события последних дней. Я в них упоминался чуть ли не чаще Мастера.
От мангала вкусно тянуло дымом, ветер тащил запах травы и пыли, а когда Фёдор принялся обжигать решётки для жарки мяса, я осознал, что не ел уже целую вечность. А вкусно не ел ещё дольше. Особенно чётко это стало понятно, когда Меняла начал сочно описывать детали разных маринадов.
На специально столе, одно за другим, появлялись объёмные вёдра с мясом. Птица, говядина, свинина, баранина… Всё в нескольких видах и для каждого нужен был свой особенный