Захар долго смотрел на него. Потом крякнул, поднялся, отряхнул колени.
— Ну, смотри, Костя. Я тебя предупредил. Если что — у Сухого Брода для тебя место найдётся. С костылём и без костыля. И для людей твоих.
— Спасибо, Захар, — улыбнулся Константин. — Сам не дурак. Если что, заберу людей и приду.
— Добро, — кивнул Захар. — Ну а мы пойдем потихоньку. Чем смогли — помогли, не обессудь, друг.
Мужчины крепко пожали друг другу руки и Захар, так же беззвучно, как пришёл, ушёл обратно в темноту. Пират ещё некоторое время смотрел туда, где исчезла его широкая стёганая спина, потом снова медленно перевёл взгляд на чёрную кучу перед собой и сплюнул в сторону, не от злости, а скорее по привычке.
Под утро, когда серая полоса неба над пустошами начала набирать ровный, неяркий свет, кучи около выработки уже не было. Камень отвезли к куполу. Машина выдержала, отбойник тоже.
И сейчас вдоль кромки купола, метров на сто пятьдесят, лежал чёрный неровный вал — высотой в человеческий рост, из десятка разгруженных у самого края фургонов, чтобы его было видно, как только барон подъедет к границе.
Мужики Пирата, грязные, чёрные от пыли с ног до головы, потные, но без единой жалобы, заканчивали последнюю ходку.
Когда последний камень лёг в кучу, Пират поднялся, с походного стула, неторопливо приладил деревяшку, поправил на плече ремень и похромал к границе купола, где его уже ждал тщательно умытый и почти прилично выглядящий Фёдор-Меняла. Бывший скаут, приятель Мастера, а ныне — единственный посредник, которому Пират в этом деле доверял.
— Утречка, Федя, — сказал Пират негромко, и в голосе его звучала привычная угрюмая, чуть насмешливая интонация. — Буди барона, если он ещё спит. Скажи, Пират зовёт. Не говори ничего больше. Что тут — он сам увидит.
— А что сказать-то, если спросит? — слегка нахмурился Фёдор.
— А ничего не говори, — Пират кивнул в сторону чёрного вала, тянущегося вдоль купола до самого горизонта в утренней дымке. — Пусть приедет и посмотрит. Это, Федя, такая вещь, которую словами портить нельзя.
Меняла молча кивнул, забрался в кабину, и его машина мягко покатила вдоль кромки купола в сторону баронского лагеря.
Пират недолго стоял у барьера, глядя ей вслед, а потом перевёл взгляд на лежащую перед ним кучу камня и на собственных мужиков, которые впервые за ночь позволили себе сесть прямо на землю и закурить в открытую. В первый раз за всё это время у него отпустило под левой лопаткой.
А потом показался небольшой кортеж барона. И когда молодой Орлов вышел из машины и без разговоров подал Пирату руку, не смутившись грязи на его мозолистой ладони, Пират уже увидел в глазах барона удивление. От внимания молодого барона, казалось, не ускользала ни одна мелочь. И он уже успел увидеть и в голове посчитать количество привезенного камня.
И это его впечатлило, Пират был доволен. И поэтому, когда после взаимного приветствия Орлов задал вопрос, Пират уже знал, как на него ответить.
— И сколько это мне будет стоить? — прищурился барон, уже видимо готовясь к торгу.
— Нисколько, — улыбнулся Пират. — Это подарок.
Глава 22
Я новым взглядом осмотрел развалы чернокамня, рассыпанные вдоль купола и широко улыбнулся. Намерения Пирата были понятны и довольно прозрачны, но это не меняло того факта, что глава Вольных оказал мне огромную услугу своим подарком.
— Ну, подарок так подарок, — произнес я. Как Пират умудрился притащить столько минерала я спрашивать не собирался. Он хотел меня удивить и у него получилось. — Только ты не возмущайся потом, что я тоже что-нибудь подарю тебе или твоим людям, Константин.
— Вы и так для нас уже сделали больше, чем все остальные аристократы Империи вместе взятые, Святослав Иванович, — усмехнулся в бороду Пират. — А нам и не сложно вовсе было. Вы уж простите, но в купол мы заходить не решились. Если прикажете, то перетаскаем на другую сторону всё ваше добро.
Для него моя причуда со сбором чернокамня оставалась нелепой блажью дорвавшегося до власти юнца. А вот Мастер теперь смотрел на это всё совсем иначе.
Я видел, как бывший гвардеец Императора перескакивает взглядом с одной кучи на другую, будто прикидывая, что я смогу с этим всем сделать. Вот только Мастер не знал, что у меня уже все распределено. Не только этот случайный подарок, но ещё много-много тонн, если мне посчастливится где-то их раздобыть.
Будь с нами Аслан, то вопросов бы точно избежать не вышло. Душаны не только представляли себе возможности обсидиановых концентраторов, но и пытались их сделать самостоятельно. Однако, у них ничего не вышло.
А когда кто-то в таких безумных объемах собирает минерал, у которого только одно настоящее предназначение, то паззл складывается сам собой.
— Мы сами справимся, — спокойно ответил я и кивнул в сторону стоявших в отдалении Вольных. — Здесь все твои? Ты им доверяешь?
Чуть больше сотни взрослых мужчин и подростков выглядели усталыми и измученными. Я точно знал, что чернокамень достаточно мягкий минерал, но он никогда не встречался россыпями. Только пласты, которые нужно было ломать вручную, потому что техника просто не могла пробраться к месту раскопок.
А значит, Вольные, вместо выполнения своих задач и поиска важных ресурсов, последние двое суток практически зубами грызли землю, чтобы выполнить мою прихоть.
— Да, ваше благородие, — кивнул Константин. — Водителей только нет, но они и не из поселка. А своим я доверяю, как себе самому.
— Позови их, — попросил я. Пират пару мгновений смотрел на меня, а потом резко свистнул.
Усталые мужики встрепенулись и двинулись к нам. Близко подходить не стали. Я видел множество настороженных взглядов. Мне не доверяли и это было вполне нормально. Доверие не появлялось само собой. Особенно в тех местах, где любая ошибка могла стоить жизни.
— Я знаю, что вы недолюбливаете аристократов. Думаю,