Под половицами спрятана шкатулка, а внутри нее — предмет. Отдай его Руатану — он поймет, что делать, как только взглянет на него. Как только предмет будет обнаружен, всё прояснится, и понимание снизойдет на всех тех, кому необходимо знать о твоем существовании.
Моя дорогая, прости меня за то, что я никогда тебе этого не говорила, но я — Миранда Мун, твоя бабушка, затворница в Риме, прятавшаяся под хрустальным куполом до тех пор, пока место моего укрытия не перестало быть для него тайной.
Желаю тебе быть смелой и продолжать верить, что со знаниями и любовью нам всё по плечу.
Не сдавайся, Алира. Пришло время начать новое путешествие, и в нем, любовь моя, мир открывает перед тобой свои двери.
С любовью, Бабушка.
До этого момента я пытаюсь осмыслить только что прочитанное, и, хотя всё еще остаются пробелы, которые я пока не могу заполнить, я начинаю искать под половицами ту самую шкатулку. С бешено бьющимся сердцем я не успокаиваюсь, простукивая пяткой все углы в поисках иного звука, чего-то глухого, что укажет мне на тайник.
На поиски уходит не так уж много времени. Я поспешно опускаюсь на колени, дрожащими руками отрывая деревянные доски, спрятанные под старинным персидским ковром. Сунув руку в дыру, я нахожу еще более старую деревянную шкатулку. Отложив ее в сторону, я возвращаю доски на место, накрываю их ковром, хватаю шкатулку и бегу к дивану.
В то же мгновение появляется Салем, садится рядом со мной и смотрит так, словно понимает, что происходит. Я открываю шкатулку и нахожу древний кожаный мешочек, очень старый и потертый, и, хотя меня охватывает страх, я открываю его, доставая оттуда то, от чего у меня отвисает челюсть.
— Этого не может быть, — я пребываю в полном недоумении.
Расхаживая из стороны в сторону, я всем сердцем желаю, чтобы Руатан почувствовал мое отчаяние, нарушил все правила и пришел мне на помощь. Нет ничего более безумного, чем носить в кармане нечто столь божественное.
Решив спрятаться так надежно, как только смогу, я беру Салема на руки и поднимаюсь в свою комнату, запираясь там до наступления ночи, пока Руатан не придет ко мне.
Глава 33
Книга последствий
РУАТАН
Возвращение в подземный мир разрывает меня на части. Что-то внутри меня кричит, чтобы я этого не делал, но у меня есть обязанности, и Мортиус зависит от меня — особенно сейчас, когда ему нужно разбираться со своей человеческой женщиной.
Я направился прямо к Северным Вратам и сейчас нахожусь рядом с весами правосудия. Переправа душ идет хорошим потоком, и пока у нас не было никаких непредвиденных обстоятельств, но мое сердце воет от желания быть рядом со своей самкой.
— Все в порядке, господин? — приближается солдат, проводив душу.
— Да. Поддерживайте поток, нам нужно спокойно закончить сегодняшнюю партию. У нашего бога Мортиуса сейчас нет времени на решение проблем, — утверждаю я, стараясь не выдавать своего отчаяния.
— Легион не разочарует нашего господина.
Я киваю в знак подтверждения, наблюдая, как он уходит.
Время, похоже, решило остановиться, потому что ничто из того, что я делаю, его не ускоряет. Мои когти то и дело вонзаются в ладони, а раны быстро затягиваются, не успевая даже начать кровоточить. Воспоминания о том, что я сделал с тем червем, овладевают мной, и меня накрывает смесь ярости и умиротворения.
— Я даже отсюда чувствую твое энергетическое истощение, — голос бога Тота застает меня врасплох.
— Бог у портала? — я слегка кланяюсь.
— Мне нужно, чтобы ты пошел со мной, я нашел книгу последствий.
Холодок пробегает по моей спине.
— Мне нужен кто-то, кто будет охранять врата… — я не успеваю закончить фразу, как появляется Мортиус.
— Я об этом позабочусь, — он смотрит на меня, и, зная, что я собираюсь возразить, не оставляет места для споров. — Уйди с глаз моих, генерал.
С беспокойным сердцем я следую за богом Тотом через открытый им портал, который переносит нас прямо в его храм. Безмолвная прогулка, в шаге позади бога, кажется бесконечной, пока мы не доходим до большого зала, где я издалека могу разглядеть стоящий в центре стол.
— Все очень серьёзно? — я не могу сдержать тревогу.
— Существуют очень тонкие грани, — он подходит к столу, останавливаясь перед книгой последствий. — Первое: одна душа существует только в том случае, если существует другая.
— Это было единственное, в чем мы были уверены.
Его глаза встречаются с моими, а затем он снова сосредотачивается на страницах, едва не касаясь их клювом.
— Кровная связь работает безупречно. Вы никогда не сможете отменить то, что было сделано. Существующее чувство возрастает до еще более абсурдных высот. Вы оба жизненно необходимы друг другу, чтобы дышать, чтобы находить в себе смелость и проживать день за днем. Как будто то, что вы вместе, дает вам топливо, необходимое для продолжения существования. Ревность у тех, кто связан кровью, в миллионы раз сильнее, и вспышки могут произойти в любой момент, в любое время и в любом месте. И только — слушай внимательно — только этот другой человек может успокоить сердце, отягощенное чувствами.
Именно это и произошло со мной и Алирой.
— Связанные души должны находиться в одном мире.
Мои глаза расширяются.
— Что ты хочешь этим сказать? — тихо рычу я.
— Что эти перемещения туда-сюда могут в итоге убить одного из вас: ее — от тоски, а тебя — от энергетического истощения.
Я чувствую тяжесть его слов, словно лезвие разрезает мою грудь.
— Значит, они знали о существовании других видов и существ?
Бог Тот читает что-то еще какое-то время и смотрит на меня.
— Да, всегда знали, — его ответ звучит поспешно, а затем он оставляет меня там, направляясь в другую сторону.
— Господин…
Он не дает мне договорить, поднимая палец на ходу, приказывая подождать.
Вернувшись с несколькими свитками в руках, он начинает читать, читать, читать без остановки долгие минуты, пока, когда он наконец смотрит на меня, я не поднимаю брови в непонимании.
— Ты скажешь мне, что там написано, или мне придется вытягивать это из тебя? — тон моего голоса звучит почти как угроза, но я чертовски обеспокоен.
— Еще одну минуту, — он снова поднимает палец и продолжает безостановочно читать, так быстро, что у меня голова идет кругом. Затем останавливается и, наконец, смотрит на меня.
— Что книги бога Ра делают поверх всех остальных?
Невозможно не начать раздражаться из-за нехватки информации.
— В этом-то и проблема. Я наткнулся на распутье, где одним из главных действующих лиц является Ра.
Мое сердце бьётся быстрее.
— Говори, говори то, что мне нужно знать! — я хлопаю рукой по одному из свитков, с силой закрывая его и глядя на бога, почти обнажив клыки.
— Кровная связь может быть создана только богами или божеством. Если бы Алира умирала, ее кровь, фрагментированная кровью бога Мортиуса, сохранила бы ей жизнь и навсегда связала бы ее с тобой, — я несколько раз моргаю, все еще не понимая. — Когда вы находитесь в разных мирах, она является самым слабым звеном, поскольку смертна.
— Нет! Моя вечность была привязана к ней. Мы — истинная пара, — рычу я, отказываясь с этим мириться.
— Это действует только в пределах одной линии вселенной. В разных измерениях твоя спутница — всего лишь человек. И более того, печать вечности появляется только тогда, когда она забеременеет. Помимо этого, не существует никакой другой защиты, кроме тебя самого, — я пытаюсь осмыслить его слова.
— Что общего у Алиры и Ра? — она не может принадлежать к его роду. — Она…
Записи Ра открываются, и начинает рассказываться часть истории — истории настолько актуальной, что я чувствую, как страх струится сквозь меня, толкая прямо к порталу, который я начинаю создавать.